Я задолжала вам рассказ про Савкину ручку. Завтра у него день рождения, так что точно будет не до ожога, к тому же от него уже не осталось и следа — только если шрам на моем сердце, но там их уже столько, что одним больше, одним меньше… и всё-таки, хотелось бы, чтобы меньше.
Итак, как это было.
За день до вылета в Абу-Даби у меня был очень напряженный день: нужно было подбить все рабочие задачи, чтобы не тащить с собой на отдых ноутбук. Поэтому вечером я заперлась в кабинете и попросила ни при каких обстоятельствах меня не отвлекать. Этот пункт был выполнен безупречно, но что я увидела, когда вышла в десять вечера уставшая после трех часов непрерывного напряженного умственного труда? Разгромленная квартира, голодные ненакупанные дети… никто и не думал собрать хоть какие-то вещи для поездки. Знаете почему? Потому что я не сказала. Это звучит для кого-то логично, а для кого-то (для меня) смешно. А если бы я еще пару часов не вышла? Умерли бы с голоду? Вероятно, да.
Случился скандал (я точно не считала, но, думаю, третий или четвертый за все время наших с мужем отношений). Нет, я не ожидаю, что на выходе из кабинета меня будет ждать убранная квартира, горячий ужин, собранные чемоданы и уложенные дети… Но хоть что-то? Хоть один пункт. Ведь когда муж приходит с работы, у меня все это готово, и оно само собой разумеется.
Для ясности нарисую вам картину — как происходит наш скандал: я долго, тихо и нудно перечисляю все, что меня не устраивает, а Кирилл молча слушает. А потом через пару дней приходит ко мне и дает обратную связь с продуманными вариантами решения всех проблем. Дальше я восхищаюсь идеальностью этих решений и принимаю их. Скандал исчерпан. Понимаю, что это не стандартный подход, но и мы ребята прибабахнутые, поэтому у нас так. Итак, я говорила, что так не годится. У меня завтра утром перед самолетом вебинар, мне нужно выспаться и привести себя в порядок, а теперь я вынуждена буду собирать вещи глубокой ночью, пока все спят, а до этого надо приготовить, накормить, убрать, искупать и уложить… Кирилл кивал и пытался как-то уменьшить уровень квартирного хаоса, который они развели за три часа.
Дальше понятно, что было: приготовила с Савой наперевес, накормила, искупала, уложила, собрала вещи… легла спать очень поздно.
Утром встала, привела себя в порядок и пошла на вебинар. Веб идет примерно час, и сразу после него мы должны были быстро перекусить и поехать в аэропорт.
Вебинар прошел на одном дыхании, я давала совершенно новый материал о том, как вести блоги на Дзене, в ВК, телеграме и Инстаграм: какие есть особенности в построении текстов, что важно знать, чтобы попадать в целевую аудиторию. В самом конце вебинара я услышала, что Савелий плачет. Ну, думаю, упал, ударился, бывает.
Прощаюсь с группой, закрываю ноутбук, иду к семье. По звуку понимаю, что точно что-то серьезное — плачет наш пирожок и не успокаивается. Прохожу мимо детской и вижу Егора в страшной панике, ускоряю еще шаг… На кухне сидит Кирилл с квадратными глазами, совершенно на панике дует на руку Савке, Савка плачет.
— Что случилось?
— Мы не справились… Обожглись…
— Быстро за пантенолом!
Беру Савку на руки, смотрю на ожог — там нет волдырей, кожа слезла. Иду с ним в ванную, поливаю ручку прохладной водой, параллельно звоню педиатру и уточняю верную последовательность действий, делаю фото, отправляю…
Нам надо выезжать в аэропорт, иначе опоздаем на рейс. Нам надо вызвать скорую, нам надо срочно везти Саву в больницу, чтобы там правильно обработали рану. Вот такая каша в моей голове пролетела за секунду, пока наш педиатр не брала трубку.
Итак, в первую очередь дали Саве обезболивающий сироп, потом обработали пантенолом (это такая пенка, которая у нас дома была исключительно, чтобы ожоги от загара пшикать). Еще мы зачем-то намазали рану бепантеном, потом оказалось, что этого делать не нужно — пленка препятствует заживлению, но мы на панике сделали так. Перевязали не плотно ручку стерильным бинтом, закинули вещи и детей в машину, поехали к хирургу.
Едем и понимаем, что в аэропорт мы уже опаздываем 100%. И тут видим, что Савелий совершенно спокойно сидит на кресле, как обычно разговаривает, песенкам по радио подпевает. Снова звоню педиатру, описываю состояние Савелия, в этот момент он засыпает… решаем совместно, что ехать не нужно, обговариваем риски, договариваемся, что будем наблюдать. Разворачиваемся и едем в аэропорт… На подъезде получаем сообщение, что вылет отложен на час. Мы успеваем. Савелий сладко спит.
В аэропорту мы провели примерно два часа, поэтому зашли в бизнес-зал и еще раз обработали рану, сделали фото, замотали.
К чести Савелия надо отметить, что он плакал только во время перевязок, а так — играл, бегал, кушал, вел себя максимально стандартно. В самолете мы читали книги, играли, спали. До отеля добрались глубокой ночью и сразу легли спать.
Волшебная повязка, которая должна быть в каждом доме
Утром открыли бинтовую повязку, а там вот такой ужас — просто мясо.
Сав, конечно, плачет, я в ужасе гуглю клиники Абу-Даби, чтобы срочно туда поехать и параллельно консультируюсь со всеми возможными врачами онлайн.
Встречаемся с нашим гидом, объясняем ситуацию, читаем вместе страховку… Через полчаса он возвращается с волшебной штукой, которую мы потом закупили в огромных количествах, чтобы ВСЕГДА была с нами под рукой — именно она спасла и ручку Савелия и наш отпуск.
Это специальная повязка для пожарных, спортсменов и экстремалов, выглядит как человеческая кожа, но по факту это какой-то воск, пропитанный лекарственными препаратами. Накладываешь его на ручку и больше ничего — только стерильный бинт. Мы наложили эту штуку Савке, перевязали и остались в отеле. Гуляли, вкусно ели, отдыхали, играли — Савелий чувствовал и вел себя отлично. Вечером сняли повязку и испытали шок! Рука выглядела так, как будто ожогу уже неделя. Рана подсохла, да и Сава уже не так остро реагировал — понятно, что ему уже не было так больно. Еще одна прелесть этой повязки в том, что она не прилипает к ране — легко надевается и легко снимается. Короче говоря, это было спасение!
Потом мы раз в день накладывали эту повязку под бинт и спокойно отдыхали. Единственное ограничение — рану нельзя мочить. Так что наш великолепный пловец Савелий испытал Персидский залив и бассейн только на последних днях отпуска, хотя в планах было, чтобы он накупался вдоволь. Ну что поделаешь, это меньшее из зол.
Рука быстро подсыхала, и наступил момент, когда стоило детально обсудить — как и что конкретно произошло. А все банально: Кирилл готовил спагетти, отвлекся на секундочку, Савелий схватился за крышку, засунул руку в кастрюлю и паром её обжог. С каждым могло произойти. Реально с каждым. Но произошло именно с папой и именно тогда, когда он обесценил «мамский труд». Потому что: «ой, ну что такого — прибраться и приготовить поесть? такой-себе уровень сложности». Он не произнес это тогда вечером вслух, но мы общаемся с ним телепатически, и я по углу подъема брови понимаю — что там за мысли.
До появления детей я убиралась раз в неделю, и эта уборка занимала всего пару часов. Сейчас уборка может занять весь день! Еще можно весь день варить суп. Начать утром, а закончить к ужину. И это очень раздражает, ведь мы молодые взрослые люди, нам хочется быть эффективными, наращивать свой КПД… Я вот тесто дрожжевое как-то раз идеальное наконец-то замесила, руки в него опустила, а тут: «Мама, какать!» И это «какать» нельзя отложить, поэтому вытираешь тесто прямо об себя и бежишь снимать штаны. А потом вытираешь попу. А потом «иглать в масынка». А в это время Егор случайно разбил бокал и осколки на всю кухню. А потом «Ааааа Ааааа Ааааа» и надо прижать, подуть и поцеловать в царапку… А потом уже время укладываться. А потом ты возвращаешься к своему пышному шикарному тесту, а оно уже засохло. И ты вываливаешь это в ведро и немножко плачешь.
Разговор состоялся, и он полностью меня удовлетворил. Наконец-то Кирилл осознал окончательно, что такое работа мамы. Очень жаль, что для этого нашему ребенку нужно было пережить такую боль. Нет, это не означает, что с мамами дети не обжигаются и не падают. Но это означает, что каждую секунду мы находимся в фоновой тревоге, что это может случиться. Каждую секунду жизнь и здоровье самого дорого человека находится под угрозой, и ответственность лежит только на мне! И эту ответственность нельзя отменить, с этой работы невозможно уволиться, взять паузу, уйти на больничный.
Мне очень повезло, что до декрета я успела построить карьеру и поработать на очень стрессовых работах. А еще мне повезло, что мой муж — мой бывший коллега, и он лучше, чем кто-то другой знает, что я могу завтра выйти в офис и прекрасно зарабатывать деньги на всю семью. Это никогда не обсуждается, но мы всегда это понимаем. Поэтому фраза: «Зато я зарабатываю» никогда не прозвучит в нашем доме. Да, круто, когда муж обеспечивает семью, но именно труд мамы невозможно переоценить и оплатить. Он бесценен!
Я не хотела бы в комментариях читать ваше мнение по поводу нашей ситуации. Все, что произошло уже, поверьте, детально разобрано и препарировано. Кирилл — очень хороший отец и самый лучший муж, просто нужно время от времени сверяться по ориентирам и понятиям, а кризисы как раз для этого. Поэтому нет, я не хочу читать комментарии по поводу случившегося. Зато с интересом почитаю ваши истории, желательно с хорошим концом, а то сил на горе уже совсем нет.