Я как-то упоминала, что в пять лет Маруся стала оставаться дома одна. В тот период моя мама часто болела: то сердце, то давление, то печень. Сказались голодные военные годы. Хотя, между больницами, она и забирала Марусю к себе, всё же в остальное время, той приходилось вести самостоятельный образ жизни. Правда, только до обеда. Потом приходила из школы Люба и разогревала на плите обед.
Предварительно нами был проведен строжайший инструктаж: трогать спички и зажигать газ Маше категорически запрещалось. Ей не разрешалось открывать входную дверь незнакомым людям и выходить из дома до прихода Любы. Потом гулять можно было сколько угодно. Уговор был только такой: с шести до семи часов вечера кто-то должен был быть дома. Потому что у меня ключей не было.
Как сейчас помню, возвращаюсь я с работы, не спеша, с заходом по магазинам, а на лавочке возле подъезда сидит Маша с печальным лицом. На улице уже темно, прохладно, а она в лёгкой кофточке.
- Манюнь, что случилось? Ты меня встречаешь? А почему без пальто? Холодно же уже!
Оказалось, мои дочери вышли гулять ещё в обед, когда обманчивое мартовское солнышко припекало, как в мае. Большой ребячьей компанией они играли в Робина Гуда.
Повальное увлечение тех годов всех мальчишек, да и девчонок тоже - стрельба из самодельных луков.
Как-то Люба притащила домой лук, подаренный ей одним из её рыцарей. Тяжёлый, с кожаной оплёткой. Правда, стрела была только одна, и та быстро сломалась. Любашка быстро вышла из положения. На какой-то мусорке нашла электрод, подходящего размера и попросила отца заточить его.
Прикинув, чем это может закончится, Санька запретил пользоваться таким оружием дома, электрод велел выкинуть, взамен пообещав настрогать деревянных стрел.
Запрета хватило не надолго. Уже через полчаса, я услышала Машкин рёв.
Пока отец был в ванне, Любашка захотела напоследок испытать металлическую стрелу и попробовать попасть в бумажную мишень на стене. Однако стрела решила сменить направление и выбрала себе другую цель. Маруська, сидящая на полу в окружении своих игрушек, на мгновение подняла голову и в тот же миг стрела попала ей прямо в лоб.
Если бы этот металлический стержень был заострён, история закончилась бы трагично.
Но на таком небольшом расстоянии, она оставила всего лишь небольшую вмятинку и синяк.
Любашку, конечно, наказали за непослушание, а электрод Санька, в гневе, согнул дугой и выкинул из окошка.
Но сегодня обошлось без травм. Наигравшись, часть детей разбежалась, остальные сели в кружок на песочнице и стали рассказывать страшилки.
Это ещё одно любимое сумеречное занятие любой детской компании - напугать друг друга так, чтобы было страшно возвращаться домой.
Внимание! Внимание! Гроб на колёсиках уже едет по городу!
А ещё в любой компании находились те, кто лично был знаком, с тем, кто знал семью, в которой по ночам что-то капало. Кап! Кап! Сначала бабушка пошла посмотреть, что там капает. И не вернулась.. Больше её никто не видел..
В следующую ночь, когда все спали, их опять разбудил этот звук: кап! кап!
Дедушка встал и пошёл посмотреть, что это.. И не вернулся!
Ну, и так далее..
Но апогеем всех кошмаров была Пиковая Дама.
Нет, дети тогда ещё не читали это произведение А. С. Пушкина, хотя оно и могло стать прототипом этой страшилки.
Если в предыдущих пугалках в конце случались моменты нервного смеха, то истории про Пиковую Даму всегда заканчивались трагической смертью тех, кто посмел её ослушаться. Тут уж было не до смеха.
После таких историй дети долго боялись расходиться по одиночке. Но каждый раз, как только темнело и ребята собирались в кружок, страшилки обрастали новыми, ещё более ужасными подробностями.
После таких посиделок Манька плохо спала, кричала по ночам, а мы никак не могли понять, в чём причина.
Вот и сегодня, наслушавшись страшилок, Маша побоялась идти домой. В подъезде перегорели лампочки, и хотя жили мы на первом этаже, в каждой тени ей чудилась Пиковая Дама.
Ей пришлось ждать меня на лавочке освещённой уличным фонарём.
Вам-то смешно, но когда после ужина, уже лёжа на своём раскладном кресле, Манюня решила мне поведать свои страхи, после этого, даже я, целую неделю боялась по ночам ходить в туалет.