На кладбище — самая спокойная работа.
Раньше я убирался в кабаке, и каждую ночь кто-то норовил ввязаться в пьяную ссору или отобрать метлу. Однажды у них даже получилось. Был ночным сторожем в продуктовой лавке, но ушёл после того, как за одну ночь её пытались ограбить дважды.
Теперь я — сторож на кладбище. И очень этим доволен.
Предыдущего сторожа уволили после того, как однажды ночью кто-то раскопал могилу и похитил тело молодой девушки. Была там с ней потом какая-то неприятная история, я не помню.
Но я пообещал, что такое не повторится.
Поэтому я не сплю в сторожке, а обхожу территорию: множество раз за ночь. От аллеи с огромными мавзолеями — несколько поколений в каждом — до одиноких крестов. Прохожу мимо статуй ангелов и муз. Мимо безымянного надгробия, у которого каждое полнолуние появляется букет белых лилий.
Всё спокойно.
Но не этой ночью.
Говорят, день тоже выдался беспокойным: хоронили какого-то богача. Меня рядом не было, днём я мирно сплю в своей кровати. Ребята, которые копают могилы, поделились сигаретами и новостями.
Я узнал, что родственники начали ссориться по поводу наследства ещё до того, как гроб в землю опустили. Что цветов было немного: молодая актриса, которую хоронили неделю назад, получила намного больше.
Зато памятник этот богач выбрал не из скромных.
— Привезли из самой Греции, — узнал я. — Статуя какой-то богини или нимфы... Красивая.
А ведь я проходил мимо этой могилы, но на новую статую не обратил внимания. На кладбище они теряются среди белого мрамора. Может, стоило вернуться и посмотреть?
За спиной раздались шаги.
Я обернулся, поднимая лампу. Хотелось верить, что это спокойный пьяница или тоскливый поэт — которому не нужно раскапывать могилу для вдохновения.
Всё оказалось ещё более странно: среди надгробий я увидел женщину.
Женщину с белой, словно снег, кожей.
Она и одета была не по нашему: в лёгкое платье, я никогда таких не видел. Одна рука придерживала подол. Вторая сжимала яблоко.
Странное, белое яблоко.
— Простите, я заблудилась, — выговор у неё тоже был странным. — Не подскажете, где выход с этого погоста?
Я молча махнул рукой в сторону ворот. Она кивнула и прошла мимо. Изящные ступни в сандалиях с грохотом врезались в дорожку.
— Но вы... — Я не знал, как заговорить с живой дамой, не то, что с мраморной. — Но ваше место здесь!
А она обернулась и дёрнула плечом.
— Моё место там, где я хочу быть. А украшать чью-то могилу я не хочу. Нет уж.
Я мог только стоять и смотреть вслед статуе, которая покидала кладбище. В голове роились мысли: как объяснить это родственникам богача? Что напишут в газетах?
Но я понял ещё кое-что.
Почему-то я был очень за неё рад.
77/366.
Одна из историй, которые я пишу каждый день - для творческой практики и создания контента.
Соцсети с моими текстами - если вам интересно~.