Сегодня - Всемирный день защиты лабораторных животных (англ. World Day for Laboratory Animals). Дату приурочили ко дню рождения первого президента Национального антививисекционного общества 1-го барона Даудинга.
А началось всё в середине прошлого века с общественного движения "Красота без жестокости", которое вынудило косметические производства перейти на сырьё без использования животных компонентов и на альтернативное тестирование - также без применения животных. Такую продукцию помечают фирменным знаком кролика или буквой V - значит, "веган".
Вдохновлённые победой, активисты не остановились на этом и теперь уже выступают против любого лабораторного использования животных, включая медицинские исследования.
Наука сильно продвинулась в этом вопросе и появилась возможность испытывать лекарства не на крысах, а на клетках. Но полностью отказаться от участия животных в испытаниях человечество себе позволить не может.
Почему: прежде, чем препарат попадёт в аптеку, он должен пройти ряд испытаний. Что проверяют: 1. безопасна ли инновационная молекула для человека, 2. будет ли она лечить.
Испытания долгосрочные - рассчитаны на несколько поколений, чтобы не было вариантов повторения "талидомидной катастрофы", когда врачи стали прописывать новое успокоительное беременным, не зная о его побочных свойствах. В результате тысячи детей появились на свет с инвалидностью.
Таким образом, тесты любого лекарства на животных проводятся от нескольких месяцев до нескольких лет. Только после этого новый препарат проверяют на людях, изъявивших добровольное согласие.
Почему крысы?
Потому что, к сожалению, они лучше всего для этого подходят. С человеком их роднит не только набор генов (генетически свинтусы к нам ближе) - но и интеллект. Крысы дают самую богатую картину тревожности и дискомфорта.
Кстати, некоторые препарат проверить на крысах всё же нельзя. Например, средства от атеросклероза. У крыс вырабатывается желчная кислота, которая растворяет холестерин в сосудах. У человека этого не происходит, у него весь холестерин задерживается, а у крысы выводится и не может отложиться в виде бляшек.
Когда к исследователям попадает новая, ранее не известная молекула, ее испытывают сначала только на одном животном. Даже если молекула не причинила видимых повреждений, животное приходится усыпить, чтобы провести вскрытие и проверить состояние внутренних органов. До окончания опытов доживает обычно около 5–7% подопытных крыс.
Когда молекула проверена на одном животном, начинаются следующие испытания, уже на группах животных. Разные тесты требуют разного количества животных: для аналогов уже известных препаратов иногда берут всего трех животных, для сложных испытаний инновационных средств, которые длятся до двух лет (что приближается к среднему сроку жизни крысы), берут до полутора сотен зверьков.
В начале работы результат предсказать невозможно: он иногда бывает совершенно неожиданный. Более того, даже если испытания на крысах прошли успешно, иногда лекарство может дать неожиданные побочные эффекты на других животных.
Иногда исследования показывают безвредный или даже полезный побочный эффект, на который не рассчитывали разработчики лекарства. Например, при испытании средства-аналога виагры оказалось, что оно работает не так - зато увеличивается подвижность cneрматозоидов и количество беременностей от самцов - вместо 10 детёнышей у них рождалось 20.
Так почему животных нельзя заменить клеточными культурами? Потому что такие исследования отвечают лишь на вопрос воздействия вещества на клетку. Не на организм в целом! Нередки случаи, когда вещество оказывалось смертельно для организма после успешно пройденных клеточных испытаний.
Что делается для того, чтобы минимизировать ущерб лабораторным животным? Во многих лабораториях появляются специальные крысьи аппараты МРТ, что позволяет не усыплять животных на промежуточных этапах исследования.
Здесь - текст международной конвенции по содержанию лабораторных животных.
Думаю посвятить этой теме всю неделю. Продолжим разговором о финальной стоимости лекарств.