Папка у меня был тонкий и звонкий. Зато мама быстро превратилась в квашню после рождения младшей сестры. Лицом я пошла в отца, а фигура досталась от мамки. В детстве бабушка помогла жирком обрасти. Я тогда еще отказывалась кушать, но дед руки за спиной держал, а бабуля мне в рот котлеты запихивала или белый хлеб с толстым куском сливочного масла. Все боялась, буду худенькой. Соседи, мол, осудят, скажут «внучку совсем не кормит, злыдня жадная». Вот она и старалась. Папа за мной приезжал, узнать не мог! Хохотал, бил себя по бедрам: «Я за дочкой приехал, а вы мне чего сдобную булочку привели, колобка сладенького? Где моя дочка?!» Тогда я сама смеялась так, что щеки тряслись и пухлый живот ходуном ходил. В школе пришлось туго. Может, я и нравилась мальчишкам, но они, проявляя симпатию, кусали меня: «Жируха, не схватишь за ухо! Попробуй догони — пол провалится!» Повзрослев, классе в 8-м, отказалась ехать к бабушке на лето. Устроила истерику со слезами, чтобы только дома остаться и сесть