Читая «Историю государства Российского» Карамзина и сверяя ее с данными Нестора, я был поражен ошибочности выводов о призвании варягов. Дальнейшее чтение Карамзина дало ясность: работа Нестора была сильно переработана иностранными учеными в попытке представить славянскую историю в неблаговидном свете.
К несчастью для русской истории, всесильный Бирон не желал, чтобы русские считали себя самобытным, самостоятельным народом. И хотя ряд ученых пытались противостоять антирусской школе Байера, Миллера и Шлецера, но все их попытки были тщетны. Немецкая партия одержала верх, а Карамзин, историк новейшего времени, не отважился оспорить утверждения авторитетных в Европе иностранных ученых.
Но Карамзин совершил и великое дело: своим прекрасным слогом он воспитал в людях любовь к родной истории, а вместе с этим возросло и чувство патриотизма.
В умах русских ученых людей сформировалась мысль о необходимости заново объяснить историю не только России, но и всей Европы. Предстояло объяснить, что гунны и скифы были не пришельцы из Азии, а славянские колена, обитавшие по берегам Черного, Азовского, Каспийского морей и Дуная. Встала необходимость доказать всей Европе ложность их представлений о всей средневековой истории.