К женщине зашла подруга ее дочери. Так изменилась, что с трудом узнаешь: располнела. А раньше тоненькая была, даже хрупкая.
- Решила к вам заглянуть, Нина Петровна, столько лет не виделись. Раньше, можно сказать, не вылезала от вас.
И с интересом рассматривала с детства знакомую квартиру.
Сидят, и женщина улыбнулась: «Да, часто вспоминаю, как сидите на улице с моей Наташкой, в куклы играете, сопли морозите. И домой не загнать».
Много воды утекло с тех пор, все изменилось. Наташа вышла замуж и уехала в другой город. Осталась мать одна. Мужа давно нет: «Тяжело мне. Иногда кажется, что надоела всем, и жизни надоела. Наташа далеко, семья у нее. Редко звонит, не приезжает и к себе не зовет, потому что мы с зятем не ладим. Знаешь, часто кажется, что тишина в ушах звенит».
Сама себя перебила, стала говорить, что раньше хорошо было, когда дочь в школе училась, а потом в институте: «Я тогда молодая была, работа в руках горела, никогда не уставала. Семья есть семья, забот полно. Всегда спать хотелось, в шутку говорила, что на том свете высплюсь».
А сейчас времени свободного полно – спи и спи, только вот сна нет, бессонница замучила.
И аппетита нет, желания куда-то уплыли – тупая растительная жизнь: приготовить и поесть. Зачем все это? Радости же никакой. Ублажаешь себя с утра до вечера, чтобы о тяжелом не думать: «Но все равно пустоту не заполнить. Все думаю: вырастила дочь, старалась, на ноги поставила, образование дала. Замуж выдала, свадьбу богатую сыграла. А с зятем как враги. За что меня ненавидит? Ничего плохого не сделала. И дочь его выбрала. С ним ей хорошо, с семьей, а я уже, значит, не семья».
Высказалась, платочек достала, слезы вытирает.
Гостья слушает, ничего не говорит, ни о чем не спрашивает. А женщина продолжает: «Внучка в первый класс пошла, а я ее всего два раза видела. Разве это хорошо? Большой станет и бабушку не вспомнит. А я же люблю ее, понимаешь»?
Подруга дочери головой кивнула.
Опомнилась хозяйка: «Всё про себя да про себя. Ты-то как живешь»?
Вздохнула гостья: «По-всякому, Нина Петровна. Мама у меня лежачая, не вылечить. Хорошо, что на одной площадке квартиры. Дома дел полно, семья, и работаю. Сиделку наняла. Вечерами сама ухаживаю, и в выходные тоже. Дочь не помогает, потому что брезгливая. Так что все на мне».
Посидела, несколько раз вздохнула: «Мама не унывает, несмотря ни на что. Про погоду спрашивает, надо, чтобы подробно рассказали. И всем другим интересуется. Не капризничает, ничего не требует. Жалко ее до слез. Приду, а она говорит, что навязалась на меня, жить мне не дает. Поглажу, как маленькую, скажу, чтобы дольше жила. Посмотрит на меня, спросит: «Правда»? И здоровья пожелает. Лежит, молится весь день. Иконы рядом прикрепили, чтобы утешить. Вот так, Нина Петровна».
Поднялась – уходить пора.
Ушла подруга дочери, а женщина долго успокоиться не могла. Дочь позвонила, мать сказала: «Все у меня хорошо, слава Богу, что жива и здорова. Сегодня купила первую редиску. Не удержалась и купила, хотя дорого. Так захотелось витаминов. Салат вкусным получился
Передай привет зятю моему, внучку мою поцелуй».