Удивительная природа на Севере. По прибытии в Североморск сопки вокруг еще лежали наполовину заснеженные. К концу курса молодого матроса и по прибытии на «Окрыленный» они уже освободились от снега и стали покрываться зеленью. Природа брала свое, чтобы за короткое лето успеть завершить цикл обновления. А в солнечную тихую погоду лето ничем почти не отличалось от лета в Воронежской области, хотя, конечно, не было так жарко. Зато море было спокойное и настроение было отличное, не смотря ни на что.
Наш эсминец, не смотря на свой преклонный возраст и ветхость выходил в моря выполнять учебно – боевые, задачи в меру своих старческих сил.
Во как!? Мы с Виталием как чувствовали, что с этим кораблем нам не по - пути. Но это потом, а пока служим на нем и выходим в моря. Это, конечно, громко сказано, так как дальше Баренцева моря мы никуда не выходили, да и то, слава Богу! Выйдем, постреляем всем, чем можем: из орудий сто тридцатого калибра по стенду, глубинными бомбами и торпедами по подводной лодке, по самолетам зенитными автоматами. Оружие, тем не менее, грозное, только отставало от современного, системами радио - электронного наведения и гидроакустикой. Хотя для поддержания поставленной задачи – высадки морской пехоты, наш эсминец, наверное, годился.
Раза два мы уже выходили в море, но Баренцево море во всей его величественной красоте я еще не видел потому, что стоял вахты и занят был на мат части, а в этот раз я отдыхал и вышел из котельного отделения на верхнюю палубу. Меня удивила какая-то суматоха. По всему шкафуту левого борта находилось не менее половины экипажа матросов, старшин и даже офицеров и все они, глядя за борт, были заняты каким-то нелепым занятием, то нагибаясь, то разгибаясь каждый сам по себе. Но когда я подошел поближе – увидел сначала одного, а затем другого и третьего вытаскивающих большие рыбины на палубу и сняв с крючка, бросали их в лагуны (большие кастрюли), которых между ними стояло четыре. Ловили, конечно, не все, а те, у которых были немудреные снасти, представляющие собой толстую леску с большим, привязанным крючком на конце. Блесной служила обыкновенная алюминиевая ложка без ручки, а грузилом небольшая гайка. Снасть забрасывалась в воду на довольно большую глубину и через несколько подергиваний резко уходила в сторону, явный признак, что на крючок попалась треска более полуметра. Те зеваки, наподобие меня входили в азарт и болели за рыбаков не менее, чем они сами почти как на футболе с шутками и подколками. Лагуны быстро наполнялись рыбой. К бабке не ходи, что на ужин приготовят нам коки. Мы все были в предвкушении.
Вдруг среди рыбаков произошло какое-то смятение. Я подошел поближе. Человек пять склонились и рассматривали что-то. Пойманное на крючок билось о палубу какое-то чудище – пятнистая рыба серо-коричневого цвета с выпученными глазами и огромными зубищами. Рыбак пытался снять ее с крючка, но опасался за свои пальцы. Ухватить ее руками тоже не было никакой возможности, из-за раскрытых, во все стороны, острых боковых и спинных плавников. Матрос мучился уже минут пять. Ему хотелось ловить треску, а тут эта зубатка не отдает ему крючок. Обступившие его матросы давали только советы, шутили и смеялись, но ни один из них не посмел прикоснуться к этому агрессивному монстру. Все-таки нашелся один сообразительный среди всех. Ногой в прогаре он наступил на рыбину и стал совать в ее пасть гаечный ключ двадцать семь на тридцать два. Со второй попытки крючок был извлечен с кусочком плоти этого чудовища, а вот гаечный ключ застрял в ее пасти, вернее она схватила его зубами и не желала отпускать. Посмотреть на эту потеху собралось еще человек пять, побросав ловлю. Парень за один конец держал металлический гаечный ключ, а на другом его конце болталась среднего размера зубастая рыбина, не желавшая его отдавать.
Этот номер развеселил всех. Успокоились и снова принялись за ловлю трески только тогда, когда парень с ключом и висевшей на нем рыбиной направился на камбуз. Уродовать рыбу не стали потому, что несколько рыбаков сказали, что она вкусная и что зубатку можно употреблять в любом виде. Её можно сварить, потушить, запечь или пожарить.
Интересные события происходили не только в морях, но и когда наш корабль стоял у стенки.
Я уже писал о том, что на корабле все делается руками матросов: приборки, бачкование, стирка формы одежды и другие хозяйственно - бытовые работы в свободное от службы время и работ на мат части, учебы вахт и т.п. А общехозяйственные работы? Такие, например как: прием с берега овощей, картошки, хлеба, масла и других продуктов и загрузка их в соответствующие хранилища на корабле – да тоже личным составом из числа карасей и матросов до двух лет службы, выделяемых из боевых частей. А хозяйственные работы общефлотского масштаба? Думаю и так все понятно. Так вот эта морская братия, временно предназначаемая для выполнения такого рода работ, называется расходное подразделение. Расходное, не потому, что по окончании идет под расстрел, а потому, что временно освобождается от службы на различные работы. Нам, карасям такие работы были не в тягость, а даже наоборот, особенно если их надо было выполнять на берегу.
В этот раз надо было поработать на складах продуктовой базы Северного флота. По команде дежурного по кораблю расходное подразделение построилось на юте левого борта. Он объявил, что от нашего корабля необходимо выделить двух добровольцев для работы на береговой базе. Лето, конец августа, работа на берегу – куда еще лучшее совпадение оторваться от корабля. Вызвался я и один турбинист мой годок. В сопровождении лейтенанта мы прибыли на базу. Это оказался огромный склад мяса, вернее, огромный ангар – холодильник метров двадцать пять в ширину, около сорока метров в длину и метров десять в высоту наполовину загруженный половинками телячьих туш, которые были уложены ступенями по полтора метра от начала склада до самого верха у задней стены. В сам склад вела железная дорога, но вагонов -рефрижираторов видно не было. В складе на каждой ступени с тушами, словно муравьи копошилось около сотни матросов. Нам выдали фартуки, резиновые сапоги и перчатки.
Задача была простой и даже примитивной. Перелопатить все туши, находящиеся в этом холодильнике, потому, что привозимые туши разгружались из вагонов на свободное место вначале этой терассы, оттуда же они отгружались в автомобили и развозились по кораблям, остальная масса бесчисленных туш лежала нетронутой. Офицер, руководивший работами, предложил нам подняться наверх и оттуда спускать половинки бычков вниз. Это был настоящий холодильник, и в нем была минусовая температура. Удивительно было то, как в таком объеме среди лета можно было поддерживать холод. Мы стали карабкаться наверх. Верхние туши были покрыты изморозью, и подниматься по ним было очень скользко.
Работа была организована таким образом, что сверху туши опускались вниз по цепочке и сразу увозились, а сам верх горы должен был постепенно стать низом. Таких живых цепочек было три, примерно по двадцать человек. Остальные матросы отдыхали и грелись на улице, затем где-то через час работы, по команде руководителя люди менялись. Было холодно и скользко. Некоторые не удерживались и падали, скользя вниз по тушам. Тем не менее, работа спорилась - в цепочке не посачкуешь – только успевай поворачиваться.
Во второй половине дня у нас, работающих наверху, образовалась огромная яма между тушами и стеной. Нам подсказали, что ее надо расширять к середине. В общем все шло по плану, как вдруг ровный рокот работающих нарушил чей –то крик: «Смотрите, смотрите тысяча девятьсот пятьдесят восьмой год»! Мы побросали работу и полезли к кричавшему. А он держал тушу и продолжал удивленно причитать: «Смотрите пятьдесят восьмой год, Новая Зеландия». На красном штампе на окороке туши была четко видна надпись «New Zealand. 1958, 02. 03.», а ниже на синем штампе по-русски «Новая Зеландия. 05. 04. 1958 г.».
Теперь всем стала ясной цель нашей работы. Туши как мамонты, если их не трогать могли пролежать в вечной мерзлоте еще не один десяток, а может не одну сотню лет. Получается, что мы чуть было, не прикоснулись к вечности.
Подпишитесь на мой канал. Впереди новые интересные истории
Продолжение следует.
Анонс рассказов первого цикла «Мечты сбываются»:
1. Пролог
2. Рассказ 1. Призывник
3. Рассказ 2. Здравствуй море
4. Рассказ 3. ОС-19. Ванька – встанька
………………………………………….
Рассказ 7. Начало на «Окрыленном»
…………………………………………
Рассказ 9. В ад по предписанию
………………………………………...
Рассказ 11. Караси живучие как крысы
………………………………………...
Рассказ 16. А чем черт не шутит
……………………………………….
Рассказ 18. Под Северным сиянием
………………………………………
Рассказ 21. Болтун – находка для шпиона и прощай «Окрыленный»