Вскоре после свадьбы Расковых Марину вместе с другими практикантами отправили на биржу труда. Оставшись без работы и пребывая в декрете, она вновь увлеклась пением под руководством тёти Татьяны Спиридоновны Любатович.
Пения Расковой, однако, оказалось мало. Соскучившись в декрете по коллективу, она стала искать новое место работы и нашла его с помощью двоюродной сестры Надежды Сумароковой, которая работала в Военно-воздушной академии. Иначе она это место не получила бы – туда брали только по знакомству.
Марина была зачислена на должность лаборанта аэронавигационной лаборатории. В своих книгах и Раскова, и её мать писали, что трудовая деятельность в этом учреждении началась на должности чертёжницы: «Она пришла в авиацию через черчение. Не раз с благодарностью вспоминала она своих школьных учителей, научивших её искусно владеть рейсфедером и быстро, безошибочно считать. Как хорошо, что они были так требовательны, что много задавали на дом уроков! Иногда в школе это казалось непосильным, но как же теперь, в «большой жизни», всё это пригодилось Марине! Она умела превосходно и быстро делать любой расчёт, а это так важно в штурманском деле!». Документы ВВА по личному составу показали, что в трёх вышеупомянутых источниках называлась, по сути, одна и та же должность: с 1 октября 1931 года Марину Раскову приняли на должность лаборанта-чертёжника Лаборатории аэронавигации сверх штата6.
С первых же дней в лаборатории Раскову обязали присутствовать на лекциях, показывать слушателям приборы и чертежи, вычерчивать схемы на доске. Разницу в многочисленных навигационных приспособлениях, не известных до этого молодой женщине, объяснял преподаватель Академии Николай Константинович Кривоносов, бывший морской лётчик-наблюдатель.
Через два месяца после начала работы Марины в Академии начальником аэронавигационной лаборатории был назначен Беляков. При нём круг обязанностей Расковой расширился: она проверяла приборы, устанавливала их на самолёты вместе с техниками, записывала показания во время испытаний. Беляков давал возможность своим подчинённым «самостоятельно решить любую задачу, любой технический вопрос», поощряя их стремление развиваться в своей области. Желая расширить свои знания, Марина уже в конце 1931 года поступила на заочное отделение Ленинградского авиационного института, где изучала математику, механику, физику и геометрию на протяжении двух лет.
С 1 июня 1932 года вольнонаёмную сотрудницу Лаборатории аэронавигации Раскову перевели в постоянный состав Академии на должность чертёжника-конструктора.
Летом 1933 года Раскову командировали в Научно-исследовательский институт Гражданского воздушного флота. Осенью того же года Марину Михайловну назначили авиационным штурманом Черноморской аэрографической экспедиции (ей посвящена отдельная глава этой книги). Её участники занимались обследованием будущей воздушной трассы Одесса – Батуми. По завершении экспедиции Марина сделала доклад об её итогах на штурманской кафедре, сдала экстерном экзамен и получила звание штурмана воздушного флота. Приказом по Академии её зачислили инструктором-летнабом.
Что было дальше, до ухода Марины Расковой из Академии, вы сможете узнать, в книге "Марина Раскова. За страницами "Записок штурмана". Её электронную версию можно купить, заполнив форму по ссылке или написав на почту lukoyanovahistory@yandex.ru
