— А у нас что, детей не было, что ли? И работали, и растили. Никому не сказала, уволилась и уселась на шею сыну! Вместе с ребенком! Он теперь троих кормить должен, а еще ипотека... — у Маргариты Сергеевны раскраснелось лицо. В одной руке у нее был телефон, а вторую она прижала к груди, пытаясь успокоиться.
— Да, придется сейчас к ним поехать, сына поддержать, поговорить с этой эгоисткой. Мы же не олигархи, я считаю каждый в семье должен работать, — беседа между подругами продолжалась уже минут 40, но тема прокручивалась вновь и вновь.
— Да я же говорю тебе, сказала, что ребенок болеет часто, на работе начальство злится. Как будто наши дети не болели. До декрета работала, хотела причитающиеся денежки получить, а из декрета вышла, трудиться не хочет. Даже не сказала нам, пошла и уволилась! А с руководством нужно налаживать хорошие отношения. Все работают, всех коллектив устраивает. А наша красавица не может пресмыкаться и терпеть унижения. Не может лишний раз промолчать. Да она всегда такая, невозможно с ней общий язык найти, все всегда поперек скажет.
Маргарита Сергеевна наконец-то закончила разговор и начала собираться к сыну. Она кипела возмущением и была готова к бою за родимую кровинушку. У пожилой женщины не было конкретного плана победы, вряд ли она надеялась, что сноха вернется на работу. Тем более, Мария, жена сына, была не робкого десятка и обижать себя не позволяла. Но, вооруженная поддержкой подруги, Маргарита Сергеевна решила непременно устроить скандал.
Ее сын, Алексей, был удивлен поступком жены. Он встретил в штыки новость об увольнении Маши. Значит, нужно вмешаться. Тяжело дыша, Маргарита Сергеевна шагала в сторону метро.
«Эта эгоистка должна знать свое место. Иначе совсем обнаглеет, мало ли что ей еще в голову взбредет! Сидит дома, ребенком прикрывается», — думала она.
Сын вскоре должен вернуться с работы, нужно расставить все точки над i.
Маргарита Сергеевна решительно нажала на кнопку звонка. Маша открыла дверь, в руках у нее был градусник и какая-то микстура. Девушка вежливо пригласила свекровь войти.
Маргарита Сергеевна раздевалась и разувалась, едва сдерживаясь, чтобы не начать скандал немедленно, прямо у двери.
Маша ушла в комнату дочери. Маленькая Оля опять температурила, врач диагностировал бронхит.
Маша и Алексей жили в двухкомнатной квартире, за которую платили ипотеку. В маленькой комнате обустроили детскую.
Когда молодая мама вышла из декрета на работу, Олю устроили в садик. Но девочка плохо адаптировалась, часто болела, плакала. 2 недели в садике — 3 недели на больничном, неделю в садике — 2 недели бюллетень. Мария всерьез беспокоилась, вдруг эти болячки перерастут в хронические? На работе нарастало напряжение:
— Ваши обязанности выполняют другие сотрудники, вы постоянно на больничном, зарплату получаете просто так! — заявил ей начальник на прошлой неделе.
Мария была измотана огромными нагрузками по уходу за маленьким ребенком. На работе также сложилась конфликтная ситуация. Атмосфера в рабочем коллективе и до декрета была нездоровой, руководитель поощрял льстецов и доносчиков. Маше это было противно, но до декрета девушка дотянула, рабочее место было близко к дому.
Но теперь у Марии не хватало сил выносить моральные унижения, тем более, здоровье дочки важнее.
Молодая женщина неплохо шила. В свободное время создавала шедевры для детишек, продавала через соцсети. Заработок был небольшим, но вполне хватало на карманные расходы.
Поэтому она, взвесив все за и против, положила заявление об увольнении на стол начальника. Он тут же ее рассчитал.
Маргарита Сергеевна дождалась пока сноха выйдет из комнаты внучки и выпалила:
— Как жить-то собираешься, Маша? Хотя бы бюджет семьи посчитала бы, прежде чем совершать такие опрометчивые поступки! Думаешь, шитьем детской одежды много заработаешь? Чем ипотеку платить будете? Или, может, ты на меня рассчитываешь? Так вот, моей пенсии на вас не хватит!
— Маргарита Сергеевна, почему вы вмешиваетесь в дела нашей семьи?
— А что, мой сын не моя семья, что ли? — воскликнула свекровь, — Он надорваться должен, чтобы вас содержать? В семье у каждого свои лапки, все обязаны работать, мы так были приучены!
— Маргарита Сергеевна, а вы ничего не забыли? Я могу напомнить, из чего складывается бюджет нашей семьи: ипотеку мы платим за счет денег, полученных от аренды квартиры, которую мы сдаем, еще и средства остаются.
Квартиру мне подарила моя мама. А кто нам дал солидную сумму на первоначальный взнос по ипотеке? Моя мама! Вы можете почитать договор, этот факт там зафиксирован. Посчитайте, кто больше вкладывает в семейную копилку и подумайте.
В это время с работы вернулся Алексей. Молодой человек попал в гущу скандала. Слушая рассуждения жены, он внутренне понимал, что Маша права.
— Мама у меня золотая, очень умная женщина. Она позаботилась о дочери, поэтому у нас сейчас есть квартира, есть чем платить ипотеку. А что же вы не подумали о своем сыне, ведь могли бы при желании!
Свекровь аж подпрыгнула на стуле:
— Что это я должна помогать, дашь денег на первоначальный взнос, потом вы разведетесь, а денежки тю-тю!
— Маргарита Сергеевна, вы уже на свадьбе думали о разводе? Если так, вы прекрасно знаете, квартира принадлежит нам с Алексеем пополам, при разводе каждому достанется половина. Если бы моя мама денег не дала, мы не смогли бы купить эту квартиру.
Алексей молчал. Хоть он был против увольнения жены, не находил ни одного довода против ее слов. Теща была умнейшим человеком. Еще подростком она навещала двоюродного дедушку, жалко было старика.
Родные дети разъехались и забыли о нем, а он доживал свой век одиноко в трехкомнатной «сталинке». Дед привык к внучатой племяннице, полюбил. А когда ушел в мир иной, оказалось, оставил ей квартиру. Родственники кинулись в суды, но ничего у них не получилось. Завещание грамотно составлено было, со всеми необходимыми справками, не подкопаешься.
Маша рассказывала, что мама смогла выгодно продать недвижимость, купить квартиру в центре Москвы для себя и однокомнатную квартиру в центре для дочки. Однокомнатную мама сдавала и копила деньги на будущее.
Алексей вздохнул, слушая возмущенный голос матери:
— Какая же ты эгоистка, та квартира — твоя, она и будет твоя. Смогла твоя мать нажить, не всем так везет. А за эту квартиру надо платить? Питаться надо, одеваться надо? Так и будешь сидеть дома на содержании?
— Я и так плачу за эту квартиру, а ведь вы тоже получили наследство от тетки, Маргарита Сергеевна. Только все промотали, купили машину себе и мужу, сделали дорогой ремонт, приобрели хорошую мебель, покатались по заграницам. Так все и профукали.
О сыне не позаботились, о его будущем не подумали. Кроме носков и трусов ничего у него для жизни не было. Вот и приходится Леше теперь работать, а мог бы тоже дома сидеть, — усмехнулась Маша, посмотрев на мужа.
— Мама, хватит ругаться, давай я отвезу тебя домой. У тебя наверняка давление поднялось, посмотри, какое лицо красное, — только это и мог сказать Алексей, возразить супруге было нечего. Ведь это было правдой. Он сам рассказывал Маше, как ему было обидно, что мама потратила все деньги, ничего не оставив на будущее для сына.
— А вот это не твое дело, как я свои средства трачу, не суй свой нос, куда не положено! — взвизгнула свекровь.
— Я бы тоже была вам очень признательна, если бы вы не вмешивались в наши дела, — ответила Мария.
Свекровь вскочила со стула и ринулась в прихожую. Маргарита Сергеевна надеялась на поддержку сына в этом бою. Но она просчиталась.
С гордым видом свекровь покинула квартиру. По дороге домой в машине сына она обиженно молчала и обдумывала, в каком свете опишет произошедшее подруге.