Представители более пятидесяти стран Межпарламентского союза (МПС), который насчитывает 180 национальных парламентов-участников, уже подписались под текстом российской декларации, подготовленной в связи с массовым убийством людей в Красногорске 22 марта 2024 года. Ожидаемо, под документом нет подписи стран Запада. Хотя их парламентарии, за исключением самых ярых оппонентов, в личном общении высказывали свои соболезнования нашим парламентариям в Женеве, где 23—27 марта проходит 148-я Ассамблея Союза. Об этом «Парламентской газете» рассказал глава российской делегации в МПС, заместитель председателя Совета Федерации Константин Косачев.
- Константин Иосифович, как реагировали на теракт в «Крокус Сити Холле» парламентарии из разных стран?
- Если говорить о чисто человеческой реакции, то она была единодушная — практически все, вне зависимости от того, какую страну представляют, подходили к нам со словами соболезнования. Включая, к слову, и представителей стран Запада — первым, кто подошел ко мне лично в зале заседаний МПС, стал парламентарий Нидерландов, например. После подходили и другие представители западных стран. При этом заведомые русофобы — такие, как прибалты, скандинавы — никак не обозначились.
Что касается официальной реакции, то выступления как минимум половины глав национальных делегаций на ассамблее начинались с искренних соболезнований России в связи с терактом 22 марта.
- Будет ли эта поддержка оформлена в виде какого-то официального документа МПС?
- Мы инициировали подписание такой декларации, текст которой подготовила российская сторона. С нашей точки зрения, он приемлемый и объективный, осуждает терроризм в любых формах и призывает объединить усилия в борьбе с ним. Мы собрали уже более пятидесяти подписей под этим документом. Там есть, конечно же, страны БРИКС, государства Африки, Азии, Латинской Америки. А вот от представителей стран Запада нет ни одной подписи. Видимо, там, где есть слово «Россия» им подписываться нельзя.
Несмотря на это, количество уже собранных подписей позволяет нам предлагать исполкому МПС легализовать этот документ — опубликовать декларацию на официальных ресурсах Союза, и по возможности распространить ее среди парламентов — участников МПС.
- При бывшем председателе МПС Дуарте Пашеку из Португалии работать на этой площадке нашим парламентариям было, прямо скажем, трудно. В 2023 году Пашеку ушел, его сменила спикер парламента Танзании Тулия Аксон. Как сейчас работается в МПС представителям России?
- Работа идет в нормальном ключе и в нормальных условиях — вакханалии, которая была при предыдущем председателе, нет и в помине! Нет и изоляции России, о которой мечтали наиболее ярые наши оппоненты — главы большинства делегаций демонстративно подходят к нам, жмут руки, обнимают. А если кто-то не хочет общаться с законодателями из России — это, как говорится, их проблемы. Тем не менее ситуация для нас остается сложной, хотя работать стало легче. Во всяком случае, мы имеем возможность доносить нашу аргументацию без ограничений.
- Есть что-то специфическое, что привлекло ваше внимание на этой ассамблее?
- Пожалуй, то, что мы впервые заметили в МПС много знакомых лиц из враждебных нам ПАСЕ и ПА ОБСЕ. Никогда они здесь не появлялись, а сейчас, как мы вышли из Совета Европы, им стало интересно, что здесь происходит. Речь идет о наших заклятых оппонентах — таких, например, как бывшая председатель ПА ОБСЕ, представительница Швеции. Она и другие записные наши недоброжелатели, кому лично я и руки не подам, в этом году впервые приехали на ассамблею в Межпарламентский союз.
- Как это можно объяснить?
- Для меня это предвестник того, что у них назревает дополнительный план — попытаться настраивать МПС на более жесткие позиции в отношении России.
- Поднимается ли на ассамблее тема Украины?
- Она из повестки ушла как минимум на второй план. На первом плане у МПС сегодня — ситуация в Секторе Газа. И попыток протащить украинскую повестку не предпринималось — она звучит только разве что от представителей самой Украины и ограниченного числа стран Запада.