Делимся историями наших подопечных, которые приняли непростое решение временно покинуть свои дома и почему им не подходят те меры, которые сегодня предлагаются профильными министерствами.
«Нам нужно было отдельное жильё, чтобы у Захара место проживания было приближено к домашнему, он очень тревожный. Мы приехали в Орел и заселились в отдельную квартиру, но у него сильный страх даже зайти на кухню. У нас рабочая стена в Белгороде на кухне в другую сторону, а тут наоборот. Он заходит так, будто у него земля сейчас обрушится из под ног. Дома в Белгороде — кухонный уголок со спинкой, здесь табурет. Он боится даже на них сидеть. Прём пищи — это стресс. Стараюсь готовить вкусно, как он любит, чтобы он захотел зайти на кухню. Я переставила стол, но он видит табурет — у него подкашиваются ноги. Так мы прожили сутки на новом месте.
Хорошо, что я взяла его игрушки и вещи любимые, у него происходят моменты заземления, благодаря знакомым вещам. В ПВР я не представляю как жить, там обычным людям тяжело. Даже когда мы переехали в новую квартиру и он осознал, что мы здесь будем жить — он оделся и пошёл к двери. ПВР — это незнакомая еда, много людей в столовой, незнакомое место. Это были бы истерики, фразы «поехали домой». Нам тяжело даже в отдельной спокойной квартире, а что было бы там — не представляю. Мы пошли на площадку, тут такие же качели, но он всё пробует с тревогой, боится, что это опасно.
Мы рассматривали вариант переезда только на своей машине и недалеко от папы, чтобы он мог нас навещать — приехать, увидеть и обнять. Захару очень важно сохранять близость с папой. Все массовые сборы для отъезда на автобусе или поезде нам не подходят. В летних оздоровительных лагерях наши дети без родителей и без обученных сопровождаемых тоже не смогут».
Мы продолжаем просить вас о помощи по временному расселению наших подопечных в другие регионы или помочь финансово. Все отчёты о поступлениях и расходовании средств будут размещены по ссылке. https://disk.yandex.ru/d/UiG6TBIDPXo-vw
