На заставке - судно обеспечения космических полетов "Космонавт Владимир Комаров" - ударными темпами перестроенный сухогруз пр. 595 "Геническ". Во время этой перестройки 24.04.1967 г. случилась непоправимая трагедия, и судно было логично переименовано в честь погибшего космонавта.
На фото - автографы всех первых космонавтов, но одного, увы, уже нет среди них... Дата, написанная рукою Юрия Гагарина, - 19.08.1967 г. - всего 49 дней с момента начала службы судна в новом качестве. Мне - 72 дня от роду...
А тем временем, дизельный подплав продолжал свою напряженную подводную работу по обеспечению космических полетов. Начало - тут.
Одновременно походами Б-77 и Б-66, другими подводными лодками было совершено ряд не таких значительных (30-40 суток) выходов без особого удаления от родных берегов. И в 1958 году был запланирован похожий по маршруту, но более продолжительный вояж, так же двумя лодками – с СФ и ТОФ. Планируемая продолжительность – до 135 суток и дальностью до 22 000 миль. Замеры требовалось делать на глубине 100 м через каждые 100 миль, требования к точности были ужесточены в полтора раза. Плюс выполнение стандартных задач боевых и дополнительных научных.
От СФ отправилась Б-82 пр. 611 (кап. 2 ранга Г.Н Швецов). Кроме команды гравиметристов, были прикомандированы второй командир, дополнительный штурман и механик, группа ОСНАЗ. Примечательно, что вторым командиром стал кап.2 ранга И.И.Гуляев, будучи уже на тот момент легендарным подводником и только что назначенный командиром на заложенную ПЛА с ЖМТ К-27 пр. 645. Лодку сопровождал танкер «Вилюйск», дополнительно оборудованный холодильной камерой для хранения продовольствия. На танкере находился сменный экипаж в количестве около 30 человек – половина штатного экипажа.
Лодка вышла из Полярного 15 ноября 1958 г. Новый 1959 год встретили на Экваторе (Нептуна изобразил сам И.И.Гуляев), произвели погрузку и замену трети экипажа (с помывкой остальной части). Всего были произведены четыре рандеву с «Вилюйском». Кроме погрузки производили ротацию экипажа. Режим отдыха был такой: после 45-75 (кому как повезло) суток в прочном корпусе подводники на 10-20 (тоже кому как повезло) суток отправлялись на отдых на танкер. При четвертой встрече с «Вилюйском» на него перешел подменный экипаж, а основному экипажу предстояло еще почти два месяца быть в прочном корпусе. Офицеры и матросы при этом переодевались в гражданское и изображали преподавателей и курсантов Одесской мореходки.
Миссия успешно закончилась (не без поломок и происшествий: выход из строя одного из дизелей, заклинивание РДП, провал на глубину 220 м) 1 апреля 1959 г. За 135 суток пройдено более 22 000 миль. В этот раз Партия и Правительство решили отметить подвиг моряков: командиры кап. 2 ранга Г.Н.Швецов и И.И.Гуляев удостоены ордена Красного знамени (по некоторым данным - первое послевоенное награждение этим высоким орденом в ВМФ), офицеры награждены орденами и медалями, остальные члены экипажа - Грамотами ЦК ВЛКСМ и ГК ВМФ, ценными подарками, ну и знаками «За дальний поход». Капитан «Вилюйска» - орденом Трудового Красного знамени.
На Тихом океане задачу выполняла Б-72 (кап. 3 ранга Р.А. Голосов) и «Певек» аналогичных проектов. На танкере находился подменный экипаж под командованием кап.3 ранга К.К.Киреева. Р.А. Голосов был известен тем, что в 1955 году, будучи командиром С-145 пр. 613, выполнил поход на полную автономность без всплытия, дважды прошел Северным морским путем на разных лодка в качестве штурмана и командира.
Лодка вышла из б. Крашенинникова 26 ноября 1958 г. Экватор пересекли 2 января 1959 г (Нептун – СПК кап. 3 ранга А.И.Косых). После этого начались рандеву с «Певеком», погрузки, отдых экипажа по частям. Но некоторые члены экипажа: кок, шифровальщик (интересно, их тогда уже звали «шаманами»?), сам командир и некоторые офицеры не отдыхали, провели весь поход в прочном корпусе. На «Певеке» на всех отдыхающих были заготовлены загранпаспорта, гражданская одежда, они были включены в судовую роль. Но отдых, в отличии от северян, продолжался по 5 – 7 суток.
Весь поход сопровождали поломки и неисправности, но это не влияло на качество выполнения основной задачи. Но 4 февраля 1959 года на «хвост» прочно села подводная лодка вероятного противника, классифицированная как АПЛ «Sargo» ВМС США. Вероятно, ее внимание привлекло нахождение советского танкера там, где раньше они не встречались и его странное маневрирование. Скрытность была потеряна, не выполнена одна из задач на поход. Вопрос стал ребром: либо отрываться (хотя, как можно оторваться дизельной подлодке от атомной в открытом океане?) или выполнять основную задачу.
Было принято решение ночью (!) произвести погрузку и попытаться скрыться, маскируясь танкером. Это была первая встреча с неизвестным противником – атомной подлодкой, да еще «не на своем поле». Через двое суток была получена радиограмма с КП флота о прекращении попыток отрыва и продолжения миссии по прежнему плану. Дело в том, что к тому времени в прессе была официально опубликована информация о том, в рамках «Международного геофизического года» подводные лодки ВМФ СССР выполняют научные изыскания во всех океанах. В последующем, Б-72, практически до прибытия в базу, была под опекой подводных лодок, надводных кораблей и авиации вероятного противника.
Домой вернулись 26 марта 1959 года, пройдя 20 120 миль за 120 суток. 17 офицеров, старшин и матросов были награждены орденами и медалями (командир – орденом Красного знамени и немецкой двустволкой от Министра обороны), остальные – грамотами и знаками «За дальний поход».
Советские моряки доказали, что могут выполнять задачи в значительном отрыве от баз и в течении длительного времени. Но и это было не предел.
Тем временем, космическая гонка продолжалась. Началась Лунная эпопея: запущены станции Луна-1 и Луна-2. Требования к точности и масштабности гравиметрических измерений росли. Было решено совместить межфлотский переход двух ПЛ пр. 611 Б-88 (кап. 2 ранга Н.А.Мышкин, ранее командир С-189, которая стоит сейчас у наб. лейтенанта Шмидта и кап. 3 ранга В.С.Глушков, участник похода Б-77 в качестве старпома) и Б-90 (кап. 2 ранга П.Т.Зенченко, будущий контр-адмирал и кап. 2 ранга К.К. Киреев, до этого - командир подменного экипажа Б-72) через три океана с продолжением измерений.
В обеспечение были выделены старый знакомый – танкер «Вилюйск» и невиданная роскошь – грузопассажирский теплоход «Михаил Калинин». Новейший, построенный в ГДР, круизный лайнер был рассчитан на 340 пассажиров, имел салоны для пассажиров 1, 2 и 3 класса, рестораны 1 и 2 класса на 80 мест и 3 класса на 56, курительный салон на 16 мест, бар на 18 мест. А так же две парикмахерские, амбулаторию, лазарет, библиотеку, промтоварный киоск и кондиционирование воздуха.
Лодки, соблюдая строжайшую скрытность, вышли в из Полярного 27 октября 1959 г. Укомплектованы они были тихоокеанскими экипажами, впервые было применено одноразовое белье. Шли самостоятельно с дистанцией примерно 100 миль. Предстояло обогнуть Африканский континент, углубиться в Индийский океан, обогнуть с юга Австралию и, с тремя заменами экипажа, дойти до Камчатки. В походе срочно пришлось принять участие еще одному старому знакомому – танкеру «Певек». На Б-90 вышла из строя аппаратура ЗАС, ее срочно доставили из Владивостока.
В то время, как подводники выполняли задачи в экстремальных условиях при температуре внутри лодок в 50 градусов, штаб 182 бригады находился на «Михаиле Калинине». Один из ученых, Б.Б. Левицкий, вспоминает: «Корабль – люкс, кругом роскошь: золоченые перила, музыкальный салон, ресторанный зал, бар. … Обед для офицерского состава в ресторане первого класса. Белые скатерти, фарфоровая посуда, по две ложки, две вилки, салфетки».
На Б-88 случился гнойный аппендицит у матроса. Передать его на теплоход, где была полноценная амбулатория, возможности не было и операцию сделали на лодке в подводном положении, при температуре воздуха в 45 градусов.
С поломками и аварийными ситуациями справлялись успешно. Задача скрытности была выполнена полностью, не говоря у же о других задачах похода. Экспедиция закончилась 24 марта 1960 г, пройдено 23 000 миль за 150 суток. Практически таким же маршрутом пройдут шесть лет спустя атомные К-116 и К-133 (21 000 миль, 52 суток).
Пришло время награждать отличившихся. «За дальний поход» всем, включая гражданских – это святое. Комбриг 182 бригады кап. 1 ранга Б.А.Вешторт (который со своим штабом весь поход находился на круизном лайнере) и капитан этого лайнера Бородин награждены Красным знаменем. Красные звезды получили три командира: кап. 3 ранга В.С.Глушков, кап. 2 ранга К.К.Киреев и П.Т.Зинченко, а так же доктор, сделавший операцию в море, Р.А.Окунев. Штурмана и механики, видимо, орденов не заслужили. И командир Б-88 кап. 2 ранга Н.А.Мышкин – тоже. Говорят, когда на официальном приеме нужно было поднять тост за неоценимую роль Партии и Правительства, Николай Александрович поднял тост за «наших матросов, которые своим мужеством и трудом обеспечили успешный поход» и начальству это не понравилось.
Похожая участь вскоре настигнет КБЧ-5 ПЛА К-27 кап. 3 ранга А.В.Шпакова, который, представленный вместе с СПК и ЗКПЧ к ордену Ленина, был вычеркнут из списка за резкий ответ какому-то большому адмиралу. Воистину, история награждений переполнена насправедливостями.
Так же, к орденам Ленина, Трудового Красного знамени и Знак Почета были представлены руководители научных институтов, задействованных в экспедиции, но не покидавшие своих кабинетов. Остальные участники получили грамоты.
Полет Гагарина состоялся 12 апреля 1961, как известно, он проходил в автоматическом режиме по баллистической траектории, и небольшой промах при приземлении относится к работе матчасти, а не к расчетам баллистиков. Вот и реальный вклад подводников-дизелистов в этот всенародный подвиг.
Гравиметрическая гонка набирала обороты. Впереди были новые трудности и рекорды.
Самое длительное плавание – 266 суток – совершила уже известная нам Б-66. Командир - кап. 3 ранга Е.А.Плаксен. В некоторых источниках его называют Плаксин, но имя и отчество – Евгений Альфредович – однозначно говорит в пользу буквы «е». Кап. 2 ранга Б.И.Чарный попал в экспедицию случайно: за неделю до выхода был отстранен командир подменного экипажа, и его место занял Борис Израилевич. До этого, в 1968 году, он имел опыт драматического похода, тоже по программе гравиметрии. Будучи командиром Б-62 пр. АВ611, в условиях непрерывных штормов и изношенной матчасти, потерял последовательно все три дизеля, дрейфовал с разряженными аккумуляторами и был отбуксирован на Камчатку теплоходом «Индигирка» (легендарное судно, доставившее на Кубу 160 атомных боеголовок в ходе Карибского кризиса). В последующем он выполнит успешный 218-суточный поход в качестве командира подменного экипажа Б-88 и станет рекордсменом среди подводников-гравиметристов.
Миссия имела собственное имя «Вега» и не окутывалась режимом секретности, как предыдущие походы. Одновременно североморцами проводилась аналогичная миссия «Лира»: ПЛ Б-73 (кап. 2 ранга Б.В.Рудых, кап. 1 ранга М.В.Гуськов), танкер «Елгава» и круизер «Эстония», длительностью 234 суток.
Обеспечивали «Вегу» танкер ТОФ «Дунай» пр. 577 и теплоход «Моисей Урицкий», на котором находился походный штаб во главе с контр-адмиралом С.С.Хомчиком и кап. 2 ранга А.Д.Петровым. Уверен, что сервировка стола и содержимое баров на «Урицком» были не хуже, чем на «Калинине».
Отряд в составе трех вымпелов вышел из Владивостока 24 сентября 1969 года. Режим плавания был стандартным: 100 миль в надводном положении, потом погружение на 100 м и замеры. Планировалось пройти Японское море, выйти в Тихий океан, обойти Австралию, выйти через 40-е широты в Индийский океан и прибыть на о. Мадагаскар, где встретиться с «Лирой», и вернуться во Владивосток. Так же планировались целых пять заходов в иностранные порты, но выполнены только два: в порт Нумеа в Новой Каледонии и в Порт-Луи, столицу Маврикия. Отказ от трех заходов вызвал ропот среди населения «Урицкого».
Задача уклонения от сил и средств ПЛО вероятного противника не стояла, до экватора отряд преследовал американский эсминец. Маневрируя в непосредственной близости, он часто мешал подлодке осуществлять безопасное всплытие, несмотря на передаваемые ему сигналы. По-видимому, контр-адмирал не считал нужным использовать свой комфортабельный лайнер и танкер (полное водоизмещение 7 240 тонн) для обеспечения безопасности подводной лодки. Но адмиралу виднее. После экватора отряд часто облетывали австралийские «Орионы». Судя по всему, для пассажиров «Моисея Урицкого» это была приятная морская прогулка с аттракционами.
(Мне доводилось несколько раз выходить в море с «наукой». Это были непродолжительные выходы в Тихий океан, и они были самыми спокойными. Погода всегда была штилевая или близкая к этому, старпом не насиловал экипаж учениями по БЗЖ и защитой от ОМП, грациозные бакланы и неповоротливые «Орионы» развлекали нас в меру своих способностей. Не торопясь приходили в нужную точку, «наука» опускала свои загадочные приборы с юта, ученых, гордясь своей причастностью к великому, степенно обеспечивали боцмана. Однажды я поинтересовался глубиной места (эхолот включали только вблизи берегов) и мне ответили – четыре километра… Как-то стало неуютно ходить по палубе, хотя, какая разница – 30 метров на якорной стоянке или четыре километра здесь? Ну и чем наш ракетный крейсер в тот момент отличался от круизного лайнера?)
А подводники, тем временем, боролись с бытовыми трудностями и погодными условиями, неизменными со времен прошлых походов, разнообразными поломками матчасти. Горели клапана дизелей, которые проходилось обваривать электросваркой. Лопнула тяга кормовых горизонтальных рулей. 500-килограммовую запчасть, рискуя жизнью, доставили шлюпкой при большом волнении и ухитрились погрузить в лодку. Вышли из строя кормовые горизонтальные рули и лодка начала проваливаться с дифферентом 48 градусов – всплыли, починили.
Походный штаб тоже не скучал. С «Урицкого», на котором находилось около 60 (!) женщин, отправили в Союз на попутном БМРТ заместителя командира отряда по политической части. За «аморалку». То-ли застукали только его одного, то-ли «инженер человеческих душ» набезобразничал больше других… .
Большой морозильный траулер шел мимо с приспущенным флагом.
- Что у вас случилось?
- Труп домой везем в морозильнике.
- Примите еще один. – вспоминает один из участников похода.
Плавание успешно завершилось 17 июня 1970 года выполнением всех поставленных задач. По результатам командир отряда контр-адмирал С.С.Хомчик (который, по воспоминаниям моряков, находился, в основном, на ПЛ, а не на лайнере вместе со штабом) и командир Б-66 кап. 3 ранга Е.А.Плаксен награждены орденом Красной звезды. Начальник походного штаба, кап. 2 ранга А.Д.Петров (будущий адмирал и начальник управления кадров БФ, который на лодке не находился) и командир подменного экипажа кап. 2 ранга Б.И.Чарный награждены орденом Красного знамени. Удивительно, что первые лица награждены ниже, чем вторые. Механикам и штурманам ордена опять не достались. О награждении женского персонала «Моисея Урицкого» знаками «За дальний поход», грамотами или ценными подарками история умалчивает.
В последующем были проведены еще несколько походов с названием "Лира" и Вега", но силами других подводных лодок.
Об этих грандиозных плаваниях советских подводников-дизелистов можно рассказывать долго, объем статьи не позволяет осветить всё и более подробно. Поэтому пора подвести итоги.
Всего по программе гравиметрических измерений было выполнено походов:
подводными лодками пр. 613 в период 1955 - 1964 гг. длительностью от 14 до 100 сут – 10
подводными лодками пр. 611 в период 1957 – 1968 гг. длительностью от 51 до 266 сут – 15
подводными лодками пр. 641 в период 1977 – 1983 гг. длительностью от 168 до 229 сут - 6
Рекордсменами по количеству походов и суммарной продолжительности (сут.) стали
Командиры:
В.Г. Кравченко – соответственно 3 и 589
Б.И. Чарный – 3 и 554
О.С. Самцов – 2 и 394
Подводные лодки (все пр. 611):
Б-66 – 3 и 517
Б-73 – 3 и 439
Б-88 – 2 и 386
Полностью и с большим качеством выполнены научные работы: составлена гравиметрическая модель Земли, благодаря которой сейчас выполняются успешные полеты в космос и точные попадания ракетами «в колышек». Дополнены карты течений и глубин, что значительно влияет на навигацию подводного плавания. Решены и боевые задачи: отработана организация длительных плаваний, испытаны на прочность люди и механизмы, воспитана целая плеяда талантливых подводников.
Так сложилось в истории, что пальма первенства в романтике подводной службы принадлежит атомному подплаву, но на этих примерах мы видим, что дизелисты не уступают им в длительности и дальности походов при значительно бОльшем напряжении сил.
Источники:
Комаров М.П. Уникальные походы подводных лодок в интересах науки – СПб.: «Стратегия будущего», 2020 – 262 с.
https://lot1959.livejournal.com/93717.html
https://military.pravda.ru/news/216787-sdht/
http://deepstorm.ru/DeepStorm.files/45-92/dts/641/326/326.htm
http://deepstorm.ru/DeepStorm.files/45-92/dts/611/B-88/B-88.htm
http://www.ruspodplav.ru/sub/5/611/5_611_66.html
https://dzen.ru/a/Y8Uza8I4Ciq_QNyn