Всякий раз, когда происходит теракт или другое громкое преступление, в обществе возникает вечная дискуссия об отмене моратория на смертную казнь.
Это едва ли не один из первых вопросов, который всплывает. И, наверное, это естественно: людям необходимо выплеснуть ярость, агрессию, злость на собственное бессилие. Найти виновных и наказать их как можно жестче. Уничтожить.
Кажется: пусть это не вернет погибших, но хотя бы позволит восстановить справедливость.
Аргументы всегда одни и те же: убийцы существуют на наши налоги, мы их содержим; почему они живы, а их жертвы нет, где же возмездие; смертная казнь удержит потенциальных преступников от перехода черты.
Нет. Как показывает мировая практика — не удержит. В странах, где существует смертная казнь, так же существует преступность. И бывают теракты. И жестокие убийства. Тот факт, что преступник может лишиться жизни, если его найдут и осудят, не останавливает убийцу.
И это тоже понятно с точки зрения психологии: ведь ни один человек, решающийся на преступление, не планирует быть пойманным. Он уверен, что уйдет от правосудия, а значит, и смертная казнь ему не страшна. Кроме того, многие террористы — смертники, то есть изначально готовы к гибели. Их уж точно не напугать казнью, тогда какой в ней смысл ради борьбы с терроризмом?
Аргументы противников высшей меры наказания тоже известны: а если мы расстреляем невинного; осужденный на пожизненное может подать апелляцию, а расстрелянный нет; право человека на жизнь, в конце концов.
Я бы добавила еще один аргумент, который много лет назад услышала от старшей коллеги. Государство — это не какие-то неведомые «они». Государство — это мы, каждый из нас. И ответственность за каждый расстрел будет на каждом из нас, и уже не важно, справедливо ли это или нет.
Меньше всего на свете я хочу жить под грузом такой ответственности.
То, что случилось в «Крокусе», — чудовищно. И понятно, многие из нас в определенном смысле слетели с катушек — начали требовать смертной казни, требовать уничтожить террористов, наказать, пытать, убивать медленно и мучительно. Это от бессилия, от страха, от боли. Но мы должны оставаться людьми.
Сеть облетели кадры с задержания подозреваемых, и в частности — страшное видео, где одному из них спецназовец отрезает часть уха. Какие были мотивы у этого бойца — неизвестно и, пожалуй, не слишком интересно. Кто-то пытается подогнать под это псевдорелигиозные мотивы: якобы безухих не пускают в мусульманский рай. Но УК РФ вроде бы пока не регулирует столь тонкие материи, как билеты в рай. Ярость и ненависть по отношению к террористам понятны. Но это не повод их калечить, ведь такие действия только множат агрессию, усиливают безумие, которое нас окружает.
Эта страшная история показала и кое-какие позитивные изменения в обществе: мы видим множество историй о том, как люди готовы рисковать жизнью ради спасения других. Как мальчишки-гардеробщики уводили людей из ТЦ. Как отважный парень вырвал автомат из рук террориста. Как сотрудники центра оставались на своих местах, ориентируя посетителей на выход. И еще десятки подобных примеров.
О чем это говорит? Мы объединяемся как общество в таких ужасных ситуациях. Мы готовы помогать друг другу и поддерживать. Тысячи людей сдали кровь, узнав о случившемся (напоминаю, что через 120 дней после сдачи все доноры должны повторно прийти в то же медицинское учреждение на анализ — иначе кровь утилизируют и ваша помощь будет бессмысленна. Это важно, не забудьте, пожалуйста!). Мы становимся человечнее в бесчеловечных условиях. Мы сострадаем и помогаем.
И мы не должны позволить воронке ненависти нас затянуть. Теракты — чудовищны. Но смертная казнь в ответ на них — ничем не лучше.
В любой ситуации нам надо оставаться людьми.
____________________
Автор: Редактор отдела «Мнения» Евгения Фомина
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.