Родился малыш, что делать с собакой?
Человеческий младенец родился в семье, где царствовала спаниелька Злата. Он был действительно Малыш – маленькое, сморщенное, темное личико с крохотным горластым ротиком, махонькие, крепко сжатые кулачки с довольно длинными ноготками. Он стал зваться Малыш, на Даниила он пока явно не тянул. Изредка его звали Данькой, но все остальное время он был Малыш.
Собака была русским охотничьим спаниелем. Спали-ели спаниели. Кличка у нее была красивая и звучная – Злата, потому что ее шелковая, волнистая шубка была рыже-белой, рыже-пегой - золотой. Характер Злата имела веселый и покладистый, немножко чересчур веселый и недостаточно покладистый, но ее в молодой семье любили и прощали многое, если не все.
Хозяин Саша ранней осенью ходил на охоту по перу, как он говорил. Злата ему с восторгом помогала найти перепела, куропатку и даже утку, а потом и подать, если выстрел был удачным. Выходы на природу для охотничьего сердца Златы были несравненно важнее такой прозы жизни, как еда и даже игры с мячом. Сборы на охоту, которые были ритуальными и очень долгими, приводили ее в стрессовое состояние.
Болтая длинными ушами, она хвостиком ходила за хозяином из кладовки в комнату, из кухни в кладовку и даже спальную комнату, куда вход в другое время ей был заказан. Она потихоньку стонала, она вскакивала и заглядывала в глаза, она отказывалась от еды и питья, она переставала рваться во двор на гуляние. Она со страстно-тоскливым нетерпением ждала.
Не совсем понятно почему, но Злата каждый раз подозревала, что в этот раз на охоту ее не возьмут и заранее страдала. Не очень громко, но с душой, она стонала, демонстрируя, что просто не перенесет отсутствия живых запахов и звуков, а также вида дорогого сердцу поля, леса, реки или болота.
Ах, да, все равно что, лишь бы это была Природа, а не занюханный двор и сквер возле школы. Саша такие походы тоже очень любил, очень ценил Злату за ее охотничью страсть, которая передавалась ему, озаряя своим светом мокрые, стылые поля, серую, туманную зорьку и часто отсутствие материально зримого успеха в виде всяческих охотничьих трофеев. Рядом со Златой отдыхалось как-то естественно и очень полноценно.
Хозяйка Мила – Милочка искренне любила Злату, баловала ее всякими вкусностями и играми. Игрушек у золотой собачки было столько, что в один ящик из-под телевизора и не помещались. Злата с восторгом аппортировала, отдавая в руки резиновый бумеранг или мячик, но только – один раз, второй-третий и двадцать третий она приносила но, дразнясь, бегала вокруг Людочки, трясла ушами и игрушку не отдавала.
С хозяйкой такие игры затягивались во времени, пока, смеясь и задыхаясь, Милочка не бросалась в объятия кресла, куда тут же запрыгивала и Злата, целуясь, топчась по коленям и попискивая от восторга приятного общения.
Но вот Милочка ушла и пришла с Малышом, запеленутом так, что понять, кто там, мог только тот, кто был знаком с этим запахом молока и жизни. Разумеется, знакомый и правильный распорядок дня, когда прогулка завершалась мытьем лап и кормлением, когда веселое настроение собаки всегда поддерживалось родными и близкими людьми смехом и играми, был напрочь порушен.
Ночь-полночь плач-писк поднимает из постели маму, затем происходит кормление Малыша сначала молоком самой Милочки, а потом из всяких бутылочек, поильничков, кружечек. Гуляние-купание не Златы, а Малыша вызывает теперь ласковое сюсюканье и смех Милы и Саши. Времени на ранее столь приятные и длительные игры с собачкой у взрослых людей уже просто не хватает. Хорошо еще, что кормят, поят и выгуливают.
Злата никогда не любила оставаться одна, ее привязанность к своим родным людям была деятельной и настойчивой. А тут. День за днем, месяц за месяцем ей явно не додают внимания и ласки. Злата вполне отчетливо демонстрировала свое огорчение сим фактом, но… кто она против взрослых и могущественных членов стаи.
Злата, в общем-то, смирилась со своим положением члена стаи, которого неожиданно и вроде бы беспричинно перестали так славно баловать самые главные люди Саша и Милочка.
Шло время, рос Малыш. У него уже режутся зубки. Этими новенькими, блестящими резцами он пытается кусаться, как… Он тяпнул Злату за роскошное золотое ухо, прокусив его чуть не насквозь. Вот это был номер. Ухо Малыш зажал в цепком кулачке и ни за что не хотел его отдавать.
Спаниелька визжит, рвется, Малыш волочется за собакой, зажав ухо в руке, и орет благим матом, что отбирают игрушку. Мама-Милочка, схватив ребенка и подняв его в воздух, почти отрывает от пола и Злату, подвешенную за свое ухо. Смех и грех.
Саша очень смеялся вечером, когда ему рассказали об этом случае. Злату тискали, ласкали, даже поиграли немножко, чтобы не обижалась на Малыша. Злата пыталась прятаться, забивалась под тахту, но ее извлекали и, смеясь, гладили роскошные золотые кудри, разбирая по волоску подсохшую ранку для последующей дезинфекции.
С этого времени Малыш рвался к шелковой собачке при всяком удобном и неудобном случае. Его приводила в совершенный восторг гладкая, шелковистая шерсть собаки, которую пухленькие пальчики стремились схватить и не отдавать никогда и никому.
Злата потихоньку рычала на больнючую ручку, но ее за это ругали и даже стукали газетой по голове. Правда, справедливость тут же требовала погладить и утешить горестно притихшую собачку. Саша присаживался на корточки, прижимал золотую головку к груди и рассказывал, как здорово они вместе поохотятся, когда подрастет, наконец, Малыш.
Мальчик совершенно не переносил, чтобы собаку ласкали без него. Он настойчиво лез с растопыренными ручками к замечательно живой собачке. Он впервые пошел своими ножками, когда, вывернувшись из маминых рук, тянулся за уворачивающейся Златой и пошел-пошел за ней.
Собака убегала, но Малыш, вставший на ноги в совершенно прямом смысле, находил ее повсюду. Он лез за нею под тахту и громко ревел, когда его за ножку доставал оттуда смеющийся отец. Он с восторгом смотрел, как, ловко орудуя своими зубками, Злата грызет подсохшую булочку. Он тянул ручки и просто лез к ней в пасть.
Встревоженная мама подбегала, выдергивала Малыша из укромного уголка возле газовой плиты, куда, прячась от него, забивалась собака, и любовно ругала юного тирана.
Так шло время, собака рычала и огрызалась все чаще, потому что приставания становились настолько частыми и назойливыми, что Злата не могла даже спокойно отдохнуть. Вот сладко шевелятся усы-вибриссы, бегают под закрытыми веками спящие глаза, подергиваются лапы в попытке догнать и схватить кого-то в беспокойном собачьем сне, а тут.
Тут шустрый Малыш топочет толстыми ножками прямо к собаке, не останавливаясь, шагает по ее лапам и падает от толчка плечом вскочившей собаки. Разумеется, рев и утешения. Потом Милочка или Саша пытаются приласкать и собаку.
Они справедливы в своем желании мира и добра. Они просто в очередной раз не обратили внимания, что возмущенная и испуганная Злата просто взревела, что в голосе ее все явственнее прорезаются злобно-истеричные нотки. Они ласкают собаку, которая только что в своем воображении укусила-укусила, да просто сожрала их Малыша.
У нее все еще есть тормоз – уважение к людям. Но этот Малыш. Вредный, опасный, больно кусающийся. На него можно и должно рычать, ведь как были рады этому любимые хозяева Саша и Милочка. Ведь раз за разом они хвалят Злату за все более агрессивное поведение по отношению к маленькому нахалу.
Злата укусила Малыша за щеку, потому что полуторагодовалый мальчик даже стоя все еще очень мал. Его лицо с восторженной, завороженной какой-то улыбкой оказалось совсем рядом с зубастой пастью охотничьей собаки, которую в очередной раз больно-больно, чтобы не убежала, не спряталась, схватили за роскошные кудри. Текла кровь, Малыш, посинев, задыхался от боли и обиды, пряталась под тахтой Злата, плакала, прижимая к груди своего любимого сыночка, Милочка.
Чтобы наказать Злату, пришлось поднимать тахту, что и сделал Саша, посмотрев на зареванных жену и сына. Злата сначала рычала, потом визжала, поскольку мягкая, в общем-то, собачка не выдержала и минуты противостояния с родным хозяином.
Ну, и что прикажете делать. Отдавать собаку в семью без детей? Или драть ее, как сидорову козу? Или отселить в отдельное помещение и не пускать туда Малыша? Как и где ошиблись хозяева Златы? Можно голову сломать над этими вопросами, на которые всяк отвечает по-разному.
Какой шок для недавно столь устойчивой к неприятностям семьи! В такой ситуации чувство беспокойства и озабоченности у родителей может сохраняться годами, сказываясь на настроении и даже здоровье.
Оказалось, что Саша выступает за самое суровое наказание Златы в случае любой ее попытки крысится на Малыша. Милочка же, видя, какое магическое действие оказывает на ребенка собака, как он тянется к теплому, живому, шелковому существу, а также, сознавая, что наказаниями и запретами можно не просто обидеть собаку, но и превратить ее в забитое и несчастное существо, Милочка была в полной растерянности.
В несколько более кратком варианте этот рассказ был преподнесен мне подружкой Лидочки и моей хорошей знакомой по школе Агатой Фирсовой, которая, наслушавшись о моих успехах в деле перевоспитания сексуального гиганта - пекинеса Стефочки, с явным умыслом получить совет поведала мне о проблемах молодой семьи.
Я начала лихо рассуждать об агрессивности Златы в ситуации ее игнорирования, об аверсивных раздражителях, то есть о том, что Малыш, судя по всему, Злату просто терроризирует, постоянно ухитряясь делать ей больно, то физически, то психически. Агата с интересом и вниманием слушала меня почти час, а потом сказала, что переговорит с Сашей и Милочкой на предмет моей им помощи в критической ситуации.
Мы созвонились и встретились на уютной кухне в светло-сером и светло-фиолетовом колере. Мы пили чай из семи трав с цедрой лимона. Мы говорили и говорили, и вроде бы понимали друг друга. Чисто теоретически все мои умозаключения и построения этологически правильного поведения вполне приветствовались. Но практически советы мои, увы, не выполнялись.
Вот, например, после славной утренней прогулки, на которой я присутствовала в качестве почетного гостя, я убедительно, с некоторым даже накалом и пафосом говорю Саше, перейдя с ним на ты: «Саша, после утренней прогулки не разрешай Малышу приставать к грязной еще и разочарованной Злате. Ведь пойми, какую негативную связь ты и сейчас пытаешься сформировать у собаки на вид и запах Малыша». В ответ совершенно недоуменный взгляд юного усатого папаши.
- Лера, ты это о чем? Малыш у нас на глазах, как ты просила, гладит Злату. Какой тут криминал? Пусть грязная, помоем ручки и все. Из чего проблема-то. - Я смотрю в светло-серые, чуть усталые глаза и начинаю объяснять заново.
- Давай поставим себя на место Златы. Прогулка удалась. Погода. Природа. Мы даже на городской ручей посмотреть сходили, на уток полюбовались. – Я вспомнила, какую истерику закатила рыже-пегая спаниелька, когда ее не пустили в грязноватый ручей.
- А потом мы шли домой, и Злата все больше сникала. Помнишь?
- Ну и что, у нас каждый день так. Прогулка – это сплошной восторг, а домой возвращаемся с траурным видом. – недовольно цедит сквозь зубы Саша. – Что ж теперь гулять до посинения? Ей день беготни на охоте и то мало.
- Да не в этом дело, Саш, ну как ты не понимаешь! – Я тоже морщусь от психологической безграмотности и какой-то эмоциональной глухоты молодого человека. – Твое право гулять столько или еще меньше никто не оспаривает, и Злата это право вполне признает, но возвращаться домой ей не хочется. Так?
- Так, - довольно уныло подтверждает хозяин. – И мыться ей не нравится. И Малыш Данька ей тоже не нравится. – он, с каким-то даже извращенным удовольствием сваливает всю беду на Златкины «не нравится». Ему бы пришлось по душе, если бы мои рецепты одним махом сломали бы упорное сопротивление Златы, ее нежелание быть всем довольной.
- Ей-ей. Не обобщай и не перебарщивай. Конкретно, пожалуйста. Злате не нравится возвращаться домой, не нагулявшись вволю, да?
- Ну, да. А еще…
- Все-все, – прерываю я упорного мужика. – Первый, кто встречает понурую собаку на пороге, это Данька, да?
- Да, - покорно отвечает Саша.
- И так повторяется много-много раз, да? – уже повеселее опрашиваю я собаковладельца.
- Да, - уже веселее отвечает не слишком умный ученик.
- Какая при этом связь образуется? – учительским тоном, на глазах вреднея, продолжаю я допрос.
- Плохая, - тихонько догадывается Саша.
- Отрицательная и прочная – поправляю я его ответ. – Как видит Малыша, так грустнеет, так? А тут еще грядет мытье лап и выговор за то, что неряха, и что пузо тоже забрызгала. И все это время рядом крутится милый Малыш, который даже и не подозревает, что его запах и вид прочно привязывается к самым неприятным ситуациям в жизни золотой собаки.
Ура! Это дошло. Ну, сделай сам шажок в этом направлении, сообрази, что вид и запах Малыша должен связываться с самыми приятными для собаки вещами. Так нет же. Саше пришлось выслушать столь же развернутую лекцию по формированию положительных связей в психике Златы в ответ на многие, если не любые действия Даньки.
- Саш, ты когда кормишь Злату, то где сына держишь? – лекция плавно перетекает в дискуссию.
- В детской комнате, чтобы не раздражал Златку, чтобы она на него не рычала и не кидалась. Ведь ест же зверь – это святое. – все более раскованный владелец собаки к концу фразы уже ерничает.
- Ну, ты же сама уже говорила, что, когда собака грызет косточку, Малыш не должен тянуть свои ручонки. Говорила, ведь. – Его тон становится обличительным.
- Говорила, но не в этом контексте. – мне, в очередной раз хочется стукнуть глупую и упрямую голову, чтобы она соображала потоньше. – В данном случае мы, удерживая шаловливые ручонки твоего сына вдали от морды собаки, тем не менее формируем у нее положительную связь с едой его вида и запаха, его рева, его попыток приставать. – я повышаю тон.
- Голодная собака ест с таким удовольствием, что постепенно все, что находится рядом становится близким и родным, сулящим пищу насущную, понял? - напрягаю я Сашу, и тут у меня проскакивает мыслишка и пытается улизнуть неопознанной. Я за самый кончик успеваю ее словить и озвучить вопросом:
- «Саш, а когда ты кормишь Злату, она голодная? Она с удовольствием ест или просто кусочки выбирает?»
- Да, я редко Златку кормлю. В основном это Милочка делает. Балует, конечно, собачку. Особенно сейчас, когда мы ее то лупим, то виноватыми себя чувствуем. - раздраженно-виноватый тон Саши сменяется удивленным. – Знаешь, она так лихо умеет показать, какая она несчастная и нелюбимая, что хоть плачь с нею вместе. Вот и балуем, как умеем. – Он сам себе кивает головой, отвечая и рассуждая, все дальше уводя нас по ложному пути. Но я не позволяю сбить себя с конструктивной мысли, которая кажется все более и более вероятной.
- Вы явно кормите Злату, когда она еще совсем не голодная, когда она просто не в силах понять, откуда и за что появляется эта вкусная и здоровая пища, да, Саш? – Я уже утверждаю это. – Смотри, Саш, как часто вы прокалываетесь в своем непонимании и неумении пользоваться рычагами власти для воспитания своей собаки. Вы ведь просто отдаете свой «пряник» без всяких условий, а это, - я уже чувствую, что попала на болевую точку и с удовольствием давлю на нее, - это, Саша, - страшная сила в умелых руках. Саша пытается что-то сказать, но я уверенно пресекаю эту робкую попытку.
- Итак, два раза в день неизвестно откуда, как по волшебству, к которому, увы, так быстро привыкают, что и не замечают своей от него зависимости, – я лицемерно и с удовольствием продолжаю, - появляется пища для Златы. Она еще не голодна, или почти не голодна, во всяком случае, - я поглядываю на Сашу и появившуюся, наконец, Милочку, - неблагодарная собачка нехотя выбирает кусочки, надеясь, что в недалеком будущем ей еще что-нибудь перепадет со стола. Так? - мой тон становится обличительным. Хозяева Златы, еще не совсем понимая, где и в чем они провинились, виноватыми себя уже чувствуют. И пусть! Я им сейчас дообъясню:
- «Для собаки, которая практически не хочет есть, образовать какие-то связи с едой просто не удается». Мой пафос для них не доходит. Вот ведь тупицы. Они все еще не понимают. Вон как переглядываются.
- Да это значит, - я уже почти кричу, - что ни одной команды, ни одной выгодной для вас житейской ситуации вы не можете подкрепить прочно и качественно, потому что собака уверена в своей будущей сытости. Она у вас просто не знает, что значит быть по-настоящему голодной, да?
- Ну, конечно, что ж нам свою собаку голодом морить? – Милочка выглядит и ведет себя, как заботливая мать семейства. Это хорошо, но своей реальной властью накормить или оставить голодным, она пользоваться явно не умеет. Я про себя хитро усмехаюсь, потому что я тоже люблю кормить своих мужчин и кобеля Тошу, но, на мой взгляд, я это делаю гораздо правильнее. Психологически правильнее. Они у меня знают на практике, что такое голод, который сосет и крутит и ни о чем думать не позволяет, кроме как о сожрать хоть что-то. Здоровый организм энергетическое топливо требует так настырно, что ого-го. А я изредка допускаю холодильник до полного опустения. Я изредка специально забываю купить хлеб, но когда недовольство овладевает массами, что-нибудь пеку на скорую руку. Оладушки там или коржик с корицей. Шедевром признаются пирожки со всякой жирной, а потому сытной и вкусной начинкой типа с ливером и тушеной капустой, где много-много лука и моркови. Но главное в пирожке – это тесто. Пресное, рыхло-слоистое, вымороженное оно очень вкусно даже без начинки.
В целом, когда я хочу внимания и уважения, когда я нарабатываю остроту чувств и ощущений в себе ли самой, но лучше - в своем ближнем мужского пола, то грамотно подвожу его к состоянию голодного обморока. О, как благодарен мне лабрадор Атон-Тоша, когда ему, наконец, дают в полной мере насытится вареными субпродуктами, бывшими когда-то трахеей и легкими коровы. Он виляет хвостом на всем протяжении поглощения пищи, а потом подходит гладиться и строить умильные рожи. Практически так же рады вкусному куску и Вовка, и Витенька, и Стас. И, уверяю вас, они ценят именно меня, потому что получили этот кусок из моих рук.
Все это я изложила хозяевам Златы, упирая на ее собачью благодарность за прекращение временной голодовки, что должно происходить на фоне радостного Малыша и после выполнения множества команд на послушание. Тут же родители Малыша дали слово, что этому совету последуют непременно и доложатся о его результативности.
Результативность превзошла все ожидания, правда, предварительно пришлось пропустить целых три кормежки. Саша и Милочка стоически не обращали внимания на желание Златы покушать, пока оно не превратилось в желание пожрать. Собачка уже не отходила от своей посудинки, периодически обнюхивая ее и трогая лапой. Наконец, она подняла голову и прямо посмотрела на Милочку, призывая ее в свидетели вопиющего безобразия. Милочка сдалась, позвала Сашу и Даньку и приступила к кормлению. Не отрывая взгляда от ее рук, Злата исходила слюной.
- Вот эти обрезки придется порезать, чтобы ты, свинюшка, не вытаскивала их из миски, а ела так, как положено, - издевательски медленно Милочка резала сваренную боковинку.
- Теперь добавим целых три ложки кашки и зальем все это подогретым бульоном, - входя во вкус продолжала юная хозяйка. Она искоса поглядывала на замершего в руках отца Малыша, который тоже не отрывал глаз от ее манипуляций.
- Ставим все это перед собачкой Златочкой. – Милочка, будто вспомнив что-то очень важное, прерывает сама себя, - Да-да, еще не ставим, мы еще не выполнили команды послушания.
- Злата, сидеть. – Злата, только то вертевшаяся под ногами и стонавшая от нетерпения, села тут же, вздернув изящную головку и сверкая глазами.
- Злата, лежать, – стукнувшись локтями, Злата плюхнулась на живот, тут же вскочила, села и легла еще раз, проделав это быстро и четко.
- Во как! – с изумленным удовольствием произнес Саша и присел на корточки. – Смотри, Малыш, как наша Злата сейчас есть будет. Злата, возьми, – он, разрешающим жестом позволил жене поставить, наконец, мисочку на пол. Злата начала жадно хватать кашу с мясом. Впервые в жизни она ела и виляла хвостом, ела и одновременно благодарила за еду. Чистенько вылизав мисочку, Злата прямо посмотрела на своих мучителей и улыбнулась им, им всем, им и Малышу тоже. В этом мне в один голос присягнули юные супруги. С изумленным восторгом они снова и снова рассказывали, как повеселела Злата, когда они все вместе, сидя на коврике в детской, покатали мячик сначала в четыре, а потом и в шесть рук. Малыш с восторженным визгом пытался поймать мячик, шлепая неуклюжими ручонками мимо, задевая изредка за шелковые кудри Златы, которые бдительно охранял Саша. Сытая Злата бегала, и прыгала, и ловила, и отдавала мягкий, чуть сдувшийся мячик. Она ловко сновала между людьми, не пугаясь Малыша, потому что рядом были ее любимые хозяева, потому что они доказали свое к ней хорошее отношение, покормили, поиграли, поласкали.
Совершенно умиротворенную, ее отвели на место, в нишу, рядом со входной дверью и прикрепили ошейник цепочкой к панели, на что собака не обратила никакого внимания. По моему совету Злате предстояло чуть увянуть в своих ожиданиях вечного праздника. Предстояло практическое игнорирование ее желаний до момента, когда вся семья соберется на вечернюю прогулку, а потом и на ужин.
Проблема явно переставала быть болезненной, хотя формировать правильные отношения между подрастающим Данькой и Златой предстояло еще долгие годы. В этой семье любили и детей, и собак. Осталось только подсказать им, как лучше строить интересные отношения.
Надо сказать, что проблема взаимоотношений маленького ребенка и собаки в семье действительно признается настоящей, полноценно сложной проблемой для зоопсихологов, этологов и ветеринарных врачей во всех развитых странах мира. Генри Р. Аскью – ветеринарный врач и зоопсихолог из США считает, что за последние 20 лет поведенческие аномалии у собак и кошек стали проблемами семьи, с которыми владельцы четвероногих любимцев все чаще стали обращаться к специалистам. А самой, пожалуй, сложной, жизненно важной и животрепещущей является проблема «дитя и собака».
Ситуация, в которую попали родители Малыша, они же - владельцы Златы, вполне обычная, не слишком острая, поскольку спаниель, это вам не ротвейлер или стаффорд. Ошибки в воспитании серьезных служебных или бойцовых собак могут обернуться гораздо более опасными физическими и психическими ранами, как для малыша, так и его родителей. И все же оставлять без разрешения даже эту ситуацию нельзя. Что же нужно делать?
Решаемая проблема:
ВЗАИМООТНОШЕНИЕ РЕБЕНКА И СОБАКИ В СЕМЬЕ
Предлагаемые методы коррекции:
1. Улучшить понимание ситуации хозяевами животного:
рычание – одна из форм угрозы, которую нужно воспринимать всерьез,
игра в перетягивание каната – повышает уровень агрессивности животного,
запрыгивание в кресло – покушение на законное место вожака стаи.
для ребенка: игры малыша не должны быть болезненными для собаки, угрожающими ее жизни и здоровью.
2. Изменить основные правила общения внутри семьи:
кормить, играть, ласкать собаку нужно только в присутствии малыша,
необходимо отказаться от игр, возбуждающих агрессию собаки,
отучить собаку от напрыгивания в качестве приветствия.
для ребенка: нельзя пугать собаку резкими движениями, криками, болезненными ударами и щипками, особенно во время сна и еды. В правильном варианте собака легко уступает малышу место, игрушку и косточку
3. Исключить непреднамеренное поощрение неправильного поведения:
в случае проявления агрессии собакой в любом виде нельзя гладить ее и ласкать, то есть поощрять ее в этом,
при испуге, когда собака забивается в угол или скалится, нельзя успокаивать или пытаться отвлекать ее внимание другим способом,
для ребенка: нельзя поощрять настойчивость в приставании к собаке тем, что собаку заставляют терпеть поглаживания. В правильном варианте общения собака сама подходит к малышу поиграть и погладиться.
4. Исключить проблемные ситуации вообще:
изолировать собаку, заперев в другую комнату, в вольеру..., на срок, когда контроль за нею и ребенком невозможен,
одеть на собаку намордник, взять ее на поводок, показать орудие устрашения,
для ребенка: не разрешать малышу подходить к собаке, когда она спит или ест, не разрешать тыкать пальчиками в глаз, ухо или рот, т.е. причинять боль.
5. Обучить правильному поведению при общении с малышом:
поощрять миролюбивое и игривое поведение,
мягко наказывать за проявление агрессии или нетерпимости к детям,
ослабить, а потом свести на нет страх перед ребенком,
для ребенка: обучить малыша играть с собакой мягко и спокойно, не впадая в состояние чрезмерного возбуждения, играть, учитывая породные и индивидуальные особенности собаки, и только под присмотром родителей.
6. Отказаться от непродуктивных методов коррекции поведения:
не использовать жестких методов наказания, часто лишь усиливающих агрессию или страх собаки по отношению к малышу,
не стараться уделять собаке больше внимания и ласки в отсутствие малыша,
для ребенка: не ругать малыша за желание трогать собаку и играть с нею, не отвлекать его внимание от собаки хитростями и сладостями, что не снижает уровня интереса к собаке, а напротив – повышает его.
7. Заново отработать команды послушания для усиления контроля над собакой в потенциально проблемных ситуациях.