Найти в Дзене
Кино-Театр.Ру

Шаркнули по душе: «Калина красная» — кино, которое мы так и не обрели

95 лет назад, 25 июля 1929 года, родился Василий Шукшин — известный советский писатель, режиссер и актер. Как последний фильм покойного классика «Калина красная» отзывается в современности, рассуждает Алексей Филиппов — в тексте, написанном пять лет назад, к повторному прокату шедевра. В 2019-м «Калине красной» исполнилось 45 лет. Еще не круглый юбилей, но цифра для постсоветского пространства заметная – в ней видится отголосок тяжелого победного 1945-го (символично, что Шукшин умер от инфаркта во время съемок военной драмы «Они сражались за Родину»). Рифмуется этот возраст и с важной репликой из картины: «40 лет живу, а сказать нечего». Откинувшийся с зоны вор-рецидивист Егор по кличке «Горе» (сам Шукшин) при этом за словом в карман не лез, любого затыкал за пояс, бил по окружающим готовыми афоризмами, но за этой брехливостью скрывалась невозможность сказать что-то сущностное, способное вскрыть реальность, как отмычка замок. В то время как тема достоинства, а также полифония представл

95 лет назад, 25 июля 1929 года, родился Василий Шукшин — известный советский писатель, режиссер и актер. Как последний фильм покойного классика «Калина красная» отзывается в современности, рассуждает Алексей Филиппов — в тексте, написанном пять лет назад, к повторному прокату шедевра.

В 2019-м «Калине красной» исполнилось 45 лет. Еще не круглый юбилей, но цифра для постсоветского пространства заметная – в ней видится отголосок тяжелого победного 1945-го (символично, что Шукшин умер от инфаркта во время съемок военной драмы «Они сражались за Родину»). Рифмуется этот возраст и с важной репликой из картины: «40 лет живу, а сказать нечего». Откинувшийся с зоны вор-рецидивист Егор по кличке «Горе» (сам Шукшин) при этом за словом в карман не лез, любого затыкал за пояс, бил по окружающим готовыми афоризмами, но за этой брехливостью скрывалась невозможность сказать что-то сущностное, способное вскрыть реальность, как отмычка замок. В то время как тема достоинства, а также полифония представлений и страхов, отзывающихся в современной России каждым заметным культурным событием, каждым резонансным обсуждением и каждым митингом, если и присутствуют в современном кино, то лишь пунктиром. «Умеешь радоваться – радуйся, не умеешь – так сиди», – говорит Горе. Вот режиссеры, способные что-то снять о запутанной современности, и сидят: скепсис стал оппозицией радости, не совместишь два берега.