Почему днём, когда революционерки должны были выходить на улицы и декларировать нынешнюю ущемлённость прав, а также свое нерушимую убежденность в грядущей эмансипации, было определено именно 8 марта? Кого уволили с работы в этот день? Кого бросили в тюрьму? Кто из лидеров демдвижения родился в этот день? Ответа нет.
Значит, мотивы для такого решения были не социальными, не историческими, не публичными. Что-то личное ассоциировалось у творцов этого праздника с этой датой. Что? Чем мог быть дорог этот день для лидеров европейского революционного движения рубежа веков?
Раз мотивы были личными – значит, надо присмотреться к личностям. А этот портретный ряд знаком нам с юности. Вот только недавно позволили мы себе заметить, что роднили этих корифеев и героев не только принадлежность к партии революции и преданность идеям Интернационала. Еще у них было этническое родство. Интернационал, как оказалось, был на редкость мононационален. Что ж, сегодня это факт, без которого невозможен серьёзный разговор об истории революционного движения в Европе рубежа XIX-XX веков. Именно выходцы из еврейского народа подняли мир на борьбу с «миром насилья» и призвали разрушить его «до основанья».
Вспомнив это обстоятельство, попробуем вжиться в мир этих людей. Представьте себя на месте, скажем, Клары Цеткин. Вам пришла в голову замечательная идея создать женский революционный отряд, использовать женскую энергию для борьбы с «эксплуататорами». И для консолидации и пропаганды этого движения вам нужен символический день, который был бы днем Женщины-Революционерки. Какому дню придать такое значение?
Революция, как известно, живет религиозным пафосом, она сама есть миф, а для мифа характерно мышление прецедентами. Нынешнее действие должно воспроизводить некоторый образец, архетип, впервые явленный миру в мифологически насыщенное «время оно». Надо подражать образцу. И мифотворческий инстинкт революции требует поставить вопрос так: Были ли в истории женщины, которые поднимали народ на борьбу с тиранией и добивались успеха?
Немец, француз, англичанин при такой постановке вопроса сразу вспомнили бы Жанну д'Арк. Но Клара Цеткин – еврейка. И для нее вполне естественны ассоциации с историей ее родного народа. И в этой истории была такая фигура - Эсфирь.
Много веков назад она спасла свой народ от тирана. Память о тех событиях сохранилась в веках. И не только на страницах Библии. Эсфири посвящен ежегодный и самый весёлый праздник еврейского народа – праздник Пурим. И празднуется он как раз на переломе от зимы к весне (у иудеев сохраняется лунный календарь, и потому время празднования Пурима скользит по отношению к нашему солнечному календарю почти также, как скользит по отношению к нему время празднования православной Пасхи). Возможно, в тот год, когда было принято решение начать праздновать «Международный женский день», праздник Пурима пришёлся на 8 марта.
«Как делают антисемитом?», 2004 г.
Германская революционерка Клара Цеткин была не еврейкой, а немкой по фамилии Айснер. Евреем являлся её муж одессит Осип Цеткин, который умер в 1889 году и к установлению женского дня, более чем двадцать лет спустя отношения не имел. Впервые Международный женский день был отмечен 19 марта 1911 года, согласно решению II Международной социалистической конференции женщин 26–27 августа 1910 года. Дата была выбрана не случайно. Именно 19 марта 1848 года король Пруссии Фридрих-Вильгельм IV обещал дать избирательные права женщинам, но ни он, ни его наследники Вильгельм I и Вильгельм II обещания не выполнили. Кроме того днём раньше – 18 марта, отмечалось 40-летие Парижской Коммуны.
В дальнейшем дата праздника колебалась и лишь с 1914 года его стали отмечать 8 марта. C праздником Пурим, который празднуют в честь истребления иудеями 75 тысяч враждебных им персов, женский день не совпадает. Согласно еврейскому календарю Пурим в 1908 году праздновали 10-11 марта, а в 1914-ом - 12-13 марта.