Расскажу вам интересный случай из жизни. Есть у меня закадычный друг — Иван. Мы с измалетства с ним дружим. И бабенки наши дружат, ух и боевые они у нас! Про таких говорят — и коня на скаку остановят, и в горящую избу войдут. Если честно, они совсем нас с Иваном прижали. Чего греха таить — под каблучком они нас держат, подкаблучники мы получается!
Однажды зашел ко мне мой друган и говорит:
— Тяжко мне Саня, вчера заходил ко мне свояк, с самогоном, выпили, вроде и немного, видать неподрасчитал — голова болит с похмелья, спасу нет. Нет ли у тебя чего опохмелиться?
Я отвечаю:
— Есть вроде у бабки растирание какое-то, она на ночь как намажет ноги, мне и пить ничего не надо, от одного запаха пьянею.
— Да плесни хоть растирания Нюркиного. Голову надо поправить. Моя мне не нальет ведь, предупреждала вчера — много не пей, Ванька! А я видать меры не знаю. Отменный у свояка самогон, градусов под 50. Во рту так огнем горело.
Бабы наши в магазин ушли, не скоро придут, потому как вчера вечером товар привезли, очередь немаленькая. Ну это хорошо, это радует. Нашли, значит мы растирание Нюркино, ну я для компании тоже бахнул, стопочку.
Ой, лучше бы не пили, только разожгло внутри. Маловато. В бутылке еще оставалось, по стопочке, не утерпели, выпили и это. Налили в бутыль воды, поставили на место. Когда баба моя еще ее хватится, когда у нее ноги заболят, неизвестно. Придумаю отговорку, мне не привыкать.
Смотрю в окно, идет моя Нюрка, с полными сумками. Говорю Ивану:
— Надо тикать, а то унюхает от нас запах алкоголя, мало не покажется.
Вышли мы через сени и двор и направились в огород, продумывать дальнейший план действий.
Слышу, Нюрка моя идет в огород, и кричит:
— Санька, а Санька, ты куда запропостился?
— Да здесь я, Нюрка, в огороде.
Мы по инерции схватили с Иваном лопаты и начали копать.
— Чего это вы копаете? Гряды вроде вскопаны и посажено все, —удивленно произнесла Нюрка.
— Скажешь тоже, гряды. Какие гряды? Червяков копаем с Иваном, на рыбалку собрались.
— Куда это вас на ночь глядя понесет, уж обед скоро, пока соберетесь, пока дойдете, 6 км — не близко, и обратно надо возвращаться. Шли бы завтра по утру.
— Да мы с ночевкой пойдем, говорят вечером клев хороший. Завтра к обеду вернемся, наловим рыбехи на уху.
Нюрка сказала:
— Дело хозяйское, идите, раз решили. Ловите больше, давно ухи не ели.
Нюрка ушла, мы облегченно вздохнули.
— Ну что Иван, придется идти на рыбалку, а чего то сегодня, да еще с ночевом, так не охота.
— Ну ты, Саня, и придумал. Какая рыбалка?
— Слово, Ваня, не воробей, вылетело — не поймаешь.
— Саня, а давай мы соберемся и уйдем, будто на рыбалку, а сами незаметно прокрадемся к моему сараю и заночуем там.
Так мы с Иваном и поступили. Сходили незаметно в магазин, купили маленькую бутылочку водочки, и самое главное купили свежей рыбы по килограмму для завтрашнего отчета.
Мы хорошо отдохнули, выпили с другом, молодость вспомнили, от души наговорились. Утром проснулись, не стали ждать обеда, отправились по домам.
Рыбу я положил в холодильник. Нюрка пригласила к нам в гости Катерину и Ивана на уху. Катя принесла свою рыбу.
Пошли они на кухню, готовить уху. Слышим, кричат:
— Мужики, ну-ка подите сюда. Вы рыбу, случайно, не в магазине наловили? Вроде такая в нашей реке не водится. А вот в магазин точно такую привезли. Я успел крикнуть:
— Иван, бежим! Мы бросились со всех ног. Бабы схватили ухваты и за нами.
Три ночи мы ночевали у Ивана на сеновале, больше не выдержали. Нарвали цветов с клумбы и пошли сдаваться своим бабам, как настоящие подкаблучники. Бабы наши видать тоже по нам соскучали — накормили нас, напоили, в баньке напарили. Вот такая веселая у нас с Иваном, покаблучная жизнь!
