Оля не могла прийти в себя после разговора с матерью. Слова постоянно звучали в голове:
— Кому ты нужна в свои тридцать семь лет? Старая дева, а всё никак это понять не можешь! Меня слушать не хочешь, так хоть бы сестру родную пожалела. И не жалко тебе её? Живут с мужем и ребёнком в съёмной квартире. Деньжищи такие платят. А у тебя роскошная двушка. Вот только не могу понять, зачем она тебе? Давай я перееду к тебе, а Оксана — ко мне.
— Мама, кто Оксане виноват? Работать надо идти, а не на шее у мужа сидеть. Денег станет больше. Тогда и квартиру можно взять в ипотеку. Я вот взяла и уже кредит выплатила.
— Что ты сравниваешь? Ты же одна, ни мужика, ни ребёнка. А у Оксаны муж, которому и приготовить, и постирать нужно. И ребёнок в первый класс пошёл. Уроки, готовка, уборка — кто это всё будет делать?
— Мама, другие справляются. Если ты так переживаешь, могла бы и помочь Оксане, за внуком приходила бы в школу и уроки с ним делала, а не мне звонила бы. Или позвала бы их к себе. У тебя тоже двухкомнатная квартира.
— Я бы с радостью, но ты сама знаешь, что у нас с зятем не ладится. Я его недолюбливаю, а он меня. Так сказать, взаимная антипатия у нас с ним.
— Тогда такой вариант. Пусть они купят тебе небольшую квартиру, например, малосемейку, а ты им уступишь свою. Тогда всё будет по-честному.
В ответ мама просто выругалась такими некрасивыми словами, что Оля не могла прийти в себя. Было очень обидно, ведь она ничего плохого своим родным никогда не делала. Наоборот, помогала всегда, чем могла. Она была старшей сестрой, и мама постоянно повторяла, что Оля просто обязана заботиться об Оксане.
Оля каждый раз, когда получала заработную плату, часть денег отдавала матери и сестре. Хоть они часто и разговаривали с ней в пренебрежительном тоне, Оля любила и мать, и сестру. Никогда ничего у них не просила. Смогла сама купить себе двухкомнатную квартиру, взяла ипотеку, которую уже смогла погасить. Правда, для этого Оле пришлось многим пожертвовать, но она надеялась, что ещё сможет встретить достойного человека, за которого выйдет замуж и родит ему детей. Поэтому была категорически против того, чтобы мама переезжала к ней. Зная властный характер своей мамы, Оля понимала, что её спокойная жизнь превратится в кошмар. Придётся ей очень трудно, но маму было жаль.
Вот уже несколько дней мать не звонила и ничего не говорила. Оля знала, что надо дать ей время. Мама обычно ходила надутой, а потом «отходила» и сама звонила. Вот только сейчас почему-то мама молчала. Тогда Оля сама набрала номер, но абонент находился вне зоны доступа. До вечера она подождала, потом снова позвонила, но ответа и в этот раз не последовало. Тогда Оля решила спросить обо всём у сестры. Они в последнее время мало общались. Только поздравляли друг друга с праздниками, а так у каждой из сестёр была своя жизнь.
Оксана трубку взяла сразу и ответила:
— Ты что-то хотела, Оля? Я занята!
— Где мама, не подскажешь? Телефон недоступен, я не знаю, что думать.
— Раз не берёт трубку, значит, не хочет разговаривать. Об этом ты не думала?
И здесь до Оли донёсся голос мамы. Значит, она сейчас была у сестры или ты приехала к матери. Больше Оля ничего не спрашивала. Она уже привыкла к такому отношению. Конечно, переживала и не понимала, почему к ней так относятся.
Прошло три недели, когда мама сама явилась к Оле
В этот раз выглядела она очень плохо, лицо распухло от слёз.
— Доченька, пусти меня к себе, мне жить негде, — всхлипывая, произнесла мама.
— Как негде? У тебя же двухкомнатная квартира.
— Я всё-таки совершила самую большую глупость в своей жизни.
— Какую?
— Я оформила твоей сестре дарственную на квартиру.
— Ты об этом и раньше говорила.
— Но сделала это только сейчас. И понимаю, как была не права, потому что сама осталась на улице.
— Подожди, тебя выставили?
— Можно и так сказать. Ты же знаешь, мужа Оксаны. Когда я пыталась сделать ему замечание и сказать, чтобы он как-то более спокойно разговаривал с моим внуком Костиком, зять так рявкнул и показал на дверь, что я не ушла, а бежала. Кричал мне вслед, что он сам знает, как надо поступать и как воспитывать ребёнка. С того дня он перестал со мной разговаривать.
— И ты решила уйти от них?
— А как мне быть? Куда деваться? Одна надежда у меня только на тебя. Ты не такая, как Оксана, я только сейчас это поняла.
У Оли не было другого выхода, как оставить маму у себя. Прошло всего три дня, когда мама почувствовала себя полноправной хозяйкой в квартире и начала устанавливать свои порядки. Первым делом ей не понравилось, что Оля ест всё постное.
— Я так не могу. От такого подножного корма мне скоро станет плохо.
— Мама, извини, но готовить отдельно я не буду.
— Тогда я буду готовить нам с тобой. Помнишь, какой ты была приятной пышечкой в детстве?
— Конечно, я еле смогла похудеть. И сейчас набирать лишние килограммы не хочу.
Через месяц Оля не хотела возвращаться с работы домой. Мама не давала ей покоя. Можно сказать «выносила мозг» своими разговорами об Оксане, о телепередачах, которые смотрела без конца.
Бессонной ночью Оля решила, что надо как-то решать вопрос. Выход был только один: продать дорогую машину, взять кредит, влезть в долги и купить маме однушку. И Оля понимала, что устроить личную жизнь у неё уже никогда не получится.