У женщины не было вредных привычек, со здоровьем все в порядке. К тому же недавно оформила пенсию, и сбережения были.
Крыша, как говорится, своя, и сын удачно женился. Вот уже пятнадцать лет в счастливом браке.
Невестка – милая, хозяйственная, трудолюбивая – настоящая хранительница домашнего очага.
А еще внучка четырнадцатилетняя. Воспитанная девочка, сдержанная, старших уважает, маме помогает.
А сегодня душа вдруг болеть стала. Даже страх появился, будто вот-вот нечто страшное случится.
Может, потому, что не гуляла? На улице злая пурга. Сильный мороз. В такую погоду лучше сидеть в теплой квартире – никуда не ходить.
В холодильнике продукты есть, так что без проблем.
Вечер наступил, слышно, как воет ветер, все в снегу. И у женщины беспокойство.
Нарушила правило – избегать лекарство. Но пришлось капли успокоительные принять.
Снова по квартире ходила, открывала и закрывала шкафы, часто смотрела в окно, перебирала на полочке безделушки.
Понять не могла: «Что это со мной? Не дай Бог – беда. Позвонить ребятам? Нет, подождать надо, может, пройдет».
Тревога не отпускала, напротив, стало ее больше – почти паническая атака.
В очередной раз – мимо полок. Остановилась перед иконой: «Мать Пресвятая Богородица, помоги, Родная. Извелась я. Вроде ничего худого не сделала, и такое мучение».
Прошло некоторое время, звонок в дверь. Пришел сын – совсем замерз: «Мама, я, кажется, ноги отморозил, не чувствую пальцы. Всего трясет. Надо было такси заказать в такую погоду, а я сдуру поперся на трамвай. Три остановки проехал – авария, все вагоны встали. Рванул пешком. Кое-как до твоего дома дошел».
Мать засуетилась быстро набрала в тазик теплую воду, достала из шкафа шерстяное одеяло.
Усадила сыночка на диван, на плечи – одеяло, ноги – в теплую воду.
Сидит сыночек, в себя приходит, отогревается.
Мама нет-нет – да и подойдет, потрогает лоб, слегка по голове погладит.
Согрелся, надо его покормить. На столе горячие щи, хлеб черный, горчица – сынок любит на хлеб мазать.
В блюдечке квашеная капуста – в ней много витаминов, а «мальчику» они очень нужны.
Сидят мать и сын, ужинают. И словно не было этих пятнадцати лет. Снова сынок холостой, он сейчас домой вернулся, в университете занятия закончились, а она с работы приехала.
Холодно на улице, надо плотно поесть. И мать добавляет в тарелку любимого сыночка куски мяса из кастрюли.
Так приятно смотреть, как он ложку ко рту подносит. А сейчас мило поморщился – много горчицы на хлебе – перестарался: «Ты бульон хлебни, сразу легче станет».
В шкафу любимая кружка сына, на ней собака изображена. Пусть из нее чай пьет.
Нашла на полке шерстяные носки, надо проследить, чтобы надел: «Машину вызовем, от подъезда до подъезда».
Сын что-то спрашивает, и всегда начинает вопрос со слова – мама. И от этого сладко кружится голова.
Поел, полежал немного на диване: «Ехать надо, вдруг засну? Тяжело вставать будет».
Поднялся, вызвал такси, надел мамины носки, обнял мать, к себе прижал. Уехал.
Дождалась звонка, что доехал, мыла посуду и пела. Песенка сама пришла: «Спи, моя радость, усни, в доме погасли огни».
Постелила себе, на душе так хорошо, так хорошо, что не выразить.
Встрепенулась неожиданно, подошла к иконе: «Родная, как без Тебя жить»? Поклонилась.
За окном вьюга утихла, снег, как в сказке, тихо падал на замерзшую землю. Это Защитница Небесная всем утешение послала. Не надо тревожиться, все хорошо, все.