Андрей МУСАЛОВ
Из неопубликованного
Распад
К 1990-му году внешний облик советского солдата разительно отличался от предшественника десятилетней давности. Он был одет в «афганку», экипирован бронежилетом, автоматом АК-74 с малоимпульсным патронами калибра 5,45 мм, зачастую с подствольным гранатомётом ГП-25. Элитные части — ВДВ, спецназ внутренних войск, морская пехота, вертолётчики носили трёхцветное камуфлированное обмундирование с рисунком «бутан» (ВСР-84 «Дубок»). Пограничники, спецназ КГБ СССР и некоторые гвардейские части Министерства обороны — двухцветное, с рисунком «берёзка».
Хотя в ходу ещё были сапоги, их активно заменяли ботинки с высокими берцами. Они имели существенное преимущество в случае ранения в ногу — не нужно было разрезать голенище. Достаточно было расшнуровать или разрезать шнурки. Берцы в Советской армии были нескольких видов, в том числе с прогрессивной литой подошвой (такие на солдатском жаргоне назывались «облегчёнками»).
Когда Советский Союз перестал существовать, во всех вновь появившихся государствах, в том числе и в Российской Федерации, началось строительство собственных вооружённых сил. В рамках этого процесса каждая страна пыталась по-своему обмундировать своих военных. Впрочем, что касается полевой формы, то обычно основой для создания национального обмундирования служила советская «афганка». Отличались лишь незначительные детали, да расцветка камуфляжа.
В России впервые попытка ввести новую форму одежды была предпринята 26 марта 1993 года, когда Министром обороны была подписана Директива «О переходе на ношение новой военной формы одежды военнослужащих Вооружённых сил Российской Федерации». В ходе его выполнения возникли серьёзные трудности. Это было связано с тем, что значительная часть производителей униформы, тканей и красителей оказалась в ближнем зарубежье, а отечественные поставщики никак не могли определиться с бесконечно скачущими ценами. Выручали колоссальные советские запасы обмундирования, запасённые на складах на случай начала Третьей мировой войны. Их хватило на несколько лет.
Окончательно облик российской формы сформировался 23 мая 1994 года, когда Президент Российской Федерации подписал Указ «О военной форме одежды и знаках различия по воинским званиям». Полевая форма стала дальнейшим развитием знаменитой «афганки». Внешне она отличалась тем, что получила камуфлированную окраску. Форма поставлялась для всех родов войск. В комплекте к полевой униформе шли майки и трусы оливковой или камуфлированной расцветки. Традиционные кирзовые сапоги получили широкие голенища с ремешками-регуляторами. Помимо сапог военнослужащие срочной службы могли носить ботинки с высокими берцами на шнурках.
Ношение на полевой форме каких-либо значков и наград было запрещено, однако это правило повсеместно нарушалось. Эмблемы и кокарды должны были быть только защитного цвета, но не соблюдалось и это правило. Стоит добавить, что многие солдаты и офицеры нашивали над карманами камуфляжа нашивки с информацией о принадлежности к тому или иному роду войск и группе крови. В результате «полёвка» военнослужащих РФ представляла собой пёстрое зрелище, украшенное множеством значков и ярких нашивок.
В начале девяностых предполагалось, что основным видом камуфлированного рисунка советских вооружённых сил станет так называемый «бутан». Однако в реальности в годы распада Союза и в первые годы существования Российской Федерации подобный камуфляж использовало небольшое число специализированных подразделений структур госбезопасности, морской пехоты и ВВС.
Основным для российских воинских частей и подразделений стал более дешёвый и простой трехцветный камуфляж ВСР-93. Как и предшественник, он часто упоминается среди военнослужащих под названием «дубок». Его пятна действительно напоминали молодую листву дуба. По структуре рисунка он напоминал «бутан», но пятна были вытянуты в вертикальном направлении, из-за чего форма заслужила неофициальное название «вертикалка». Отличием от ВСР-84 стали также стали блёклые цвета и низкое качество красителей, из-за чего такая форма очень быстро линяла от стирок, выгорала на солнце и в целом выглядела весьма непрезентабельно. Впрочем, именно невзрачность ВСР-93 неожиданно стала главным козырем камуфляжа, который отлично маскировал на большинстве стандартных ландшафтов.
Поскольку армия постоянно недофинансировалась, в целях экономии полевая форма стала единственной для большинства солдат-«срочников». Многие из них за всё время службы никогда не видели ни повседневной, ни парадной формы одежды.
Впрочем, в декабре 1994 армии России стало не до парадов, поскольку начался наиболее затяжной кровавый конфликт в истории современной России — война в Чеченской Республике.
Форма № 8
Если описывать обмундирование чеченских войн, то на ум приходит старая солдатская присказка: «Форма номер восемь — что достали, то и носим!» Уже первая война в Чечне оказалась тем водоразделом, который полностью изменил отношение российских военнослужащих к качеству экипировки. С началом боевых действий из войск стремительно исчезли шинели, неудобное брезентовое снаряжение, вещмешки, портянки и прочие архаичные предметы, дошедшие со времён второй мировой войны. Взамен военнослужащие за свой счёт стали надевать и использовать то, что подходило для условий полупартизанской войны с боями на коротких дистанциях, постоянным проживанием в полевых условиях, снайперской угрозой.
Что касается конструкции полевой формы, то, по сути, она оставалась развитием всё той же «афганки», только очень дешёвым. В Указе Президента Российской Федерации от 23 мая 1994 года не было подробного описания полевой формы, поэтому в нее постоянно вносились изменения и упрощения. Некоторые изменения оформлялись научно-техническим комитетом и утверждались начальником Центрального вещевого управления МО, другие были отданы на откуп производителей.
И производители, и армейские заказчики, казалось, готовы были экономить на каждой нитке. Поэтому форма лишилась ряда элементов. Исчезли манжеты с рукавов зимней куртки, а также внутренний карман для пистолета. Вместо накладных карманов по бокам куртки появились два прорезных. Утепляющая подкладка грела слабо, ткань стала совсем тонкой, легко рвалась и истиралась, особенно во время активных боевых действий. Из-за отвратительного качества красителей форма быстро застирывалась и выгорала на солнце. Ужасным было качество армейской обуви — подошвы ботинок и сапог отваливались даже после недолгого ношения.
Большой проблемой стало обильное использование при изготовлении полевого обмундирования синтетики. Год от года её становилось всё больше, а хлопка — всё меньше. Коммерсанты, получившие подряд на изготовление формы, практически не использовали огнеупорные пропитки. Это приводило к тому, что экипажи подбитых вертолётов и бронемашин получали ожоги, несовместимые с жизнью, — синтетические нити под воздействием высоких температур превращались в подобие напалма и буквально прилипали к коже. Не применялись и пропитки, призванные скрыть военнослужащего от приборов ночного видения. Как вспоминают участники боевых действий, во время первой кампании чеченские боевики активно использовали старые советские шинели, у которых такая пропитка была.
Чтобы выйти из положения, военнослужащие закупали оружие, снаряжение и обувь на свои скудные средства. Благо, в свободной продаже можно было достать форму на любой вкус и цвет. В подразделениях с трудом удавалось найти хоть какое-то единообразие. Зачастую у одного солдата штаны были одного цвета, а куртка — другого. Это сильно затрудняло идентификацию на поле боя своих военнослужащих, поскольку боевики противника зачастую покупали обмундирование в тех же самых магазинах.
В ходе Первой и Второй чеченских войн в экипировке военнослужащих появился целый ряд новых, порой неожиданных элементов. Например, летом вместо штатных кепок стало модно носить косынки-банданы. Их повязывали на голову или на шею — чтобы её не натирало воротником. Во время поездки на БТРе бандана служила ещё и пылезащитной маской. Вместо тяжёлой зимней шапки-ушанки военнослужащие активно пользовались вязаными шапочками защитного цвета, которые хорошо грели и были куда удобнее штатного головного убора.
Особое внимание уделялось обуви. Каждый военнослужащий в первую очередь старался приобрести качественные берцы взамен ужасных по качеству сапог и ботинок, выдаваемых государством. Именно от обуви во многом зависела боеготовность, а порой и жизнь солдат. В зимний период в Чечне неожиданной популярностью стали пользоваться резиновые сапоги. Причина была в своеобразном климате — морозы сменялись резкими оттепелями, во время которых земля обильно поливалась дождями, превращаясь в подобие пластилина.
Своя мода появилась у старших офицеров и генералов. Они стали носить полевую форму в сочетании с повседневной фуражкой. Сам Министр обороны Павел Грачёв любил «щеголять» именно в таком виде. В районах боевых действий генералы, не боясь снайперского огня, носили особую полевую кепку — с высокой тульей и декоративным ремнём. Статус, видимо, был важнее безопасности.
В чеченских кампаниях помимо вооружённых сил активное участие принимали и ряд других силовых структур. Самый многочисленный контингент предоставило Министерство внутренних дел: части внутренних войск, ОМОНы (отряд милиции особого назначения), СОБРы (специальный отряд быстрого реагирования), линейные отделы и так далее.
В отличие от Министерства обороны тыловые структуры МВД были более свободны в вопросах выбора поставщиков вооружения обмундирования, снаряжения. Зачастую ими становились малоизвестные коммерческие компании, осуществлявшие поставки малыми партиями. Многие военнослужащие и сотрудники закупали предметы экипировки за свой счёт. В результате подразделения МВД также становились похожи на коробку с разноцветными карандашами.
В начале девяностых годов в МВД стала поступать форма и снаряжение в камуфляжной расцветке с условными названиями «орех» (округлые пятна различных оттенков зелёного) и «талый снег» (округлые пятна серо-голубых цветов). В подобный камуфляж окрашивалась не только форма, но и разгрузочные жилеты, рюкзаки, чехлы для шлемов. Известно великое множество вариаций подобного камуфляжа от самых разных производителей.
Не менее популярна среди военнослужащих внутренних войск и сотрудников МВД была камуфляжная расцветка «камыш», также производившаяся в зеленом и серо-голубом вариантах. Очевидно, что за основу был взят широко известный камуфляж tiger stripe (тигровые полосы) времен войны во Вьетнаме. Трудно сказать, как рисунок, рассчитанный для применения в тропических джунглях, маскировал в лесах и горах Чечни, но «камыш» был довольно широко распространён среди разномастных частей МВД.
Среди сотрудников другого силового ведомства — ФСБ России — в ходу была отечественная копия другого известного камуфляжа — британского DPM. Российский вариант получил название «кукла». Именно в подобном камуфляже сотрудники группы «Альфа» штурмовали захваченный террористами Театральный комплекс на улице Дубровке в Москве. Весьма распространён как в МВД, так и в ФСБ был и камуфляжный рисунок «партизан». Он представлял собой округлые пятна на коричневом фоне.
Несмотря на внешнее разнообразие, конструктивно вся полевая форма независимых производителей была схожей. Как правило, это была укороченная куртка с застёжкой на молнии, широкие брюки с набедренными карманами. Зимние куртки имели утепляющий слой, основой которого чаще всего служил синтепон. Комплекты в основном шились из смесовой ткани с большим содержанием синтетики. Они плохо пропускали воздух, были жаркими, быстро забивались грязью и занашивались, начинали лосниться.
Тогда же, в девяностые годы, появились полностью синтетические камуфлированные ветровлагозащитные костюмы. Из-за особенностей материала их прозвали «шуршунами». Обычно такой костюм представлял собой мешковатый костюм спортивного типа — куртку с капюшоном на молнии и штаны на резинке. Карманов минимум — обычно два врезных кармана на подоле куртки и два врезных на брюках. В низ брюк вшивались резиновые утяжки. Обычно «шуршуны» носили в пунктах постоянной дислокации. Ходить в них на боевые операции, особенно ночью, было попросту опасно — ткань очень громко шуршала, выдавая владельца костюма.
Большой популярностью пользовались и костюмы «горка». Во время чеченских войн их ассортимент стал просто огромным. Были варианты с камуфлированными вставками, утепляющими элементами и так далее. Чаще всего их использовали подразделения, действовавшие в горах: разведчики, спецназовцы и так далее.
Ко времени начала Второй чеченской кампании ситуация со снабжением несколько улучшилась. Форма, закупаемая для Российской армии, стала более качественной. В 1998 году появилась новая камуфляжная расцветка — «флора». Набор цветов остался таким же, как у ВСР-93, но изменился рисунок. Полосы теперь проходили не вертикально, а горизонтально, за что солдаты окрестили новый камуфляж «арбузным». В целом новая расцветка стала напоминать американский Woodland или французский ССЕ. Примечательно, что во «флору» окрашивалась не только военная форма одежды, но и большая часть экипировки: бронежилет, подсумки, вещмешок, чехол на шлем и даже спальный мешок.
Жилеты, «Кикиморы» и «Сферы»
Войны в Чечне стали временем расцвета разного рода разгрузочных жилетов. Если в начале первой кампании их ещё продолжали изготавливать самостоятельно, то ближе к её завершению практически всё подобное снаряжение закупалось военнослужащими в коммерческом секторе. Все подобные изделия имели схожую конструкцию: куртка без рукавов с регулировочными утяжками по бокам. Спереди размещались подсумки под магазины, гранаты, нож и иное имущество, а на спине — большие багажные карманы. Примечательно, что поначалу магазинные подсумки размещались в области груди, а под ними — карманы для вещей поменьше. В более поздних версиях магазинные подсумки стали размещать в районе живота — так было удобнее при длительной ходьбе и ниже нагрузка на плечи.
Примерно в 1997–98 годы впервые в истории Российской армии на снабжение был принят общевойсковой разгрузочный жилет — ЖТУ (жилет транспортный универсальный) 6Ш92. По конструкции он напоминал американский жилет IIFS, он же LBV. Жилет состоял из двух грудных панелей, плечевых лямок и пояса. На грудных панелях находились подсумки для магазинов АК, гранат, ракетниц и прочего. В комплект жилета входили подсумки для выстрелов к подствольному гранатомету и подсумок для длинных магазинов к РПК — они вешались на поясной ремень. Сзади размещался небольшой патрульный ранец. В целом ЖТУ устраивал военнослужащих, за исключением слишком узкого и мягкого ремня, который мог перекручиваться под весом подсумков.
Особую опасность в Чечне представляли снайперы. В республику со всех концов стекались высокопрофессиональные стрелки-наёмники, стремившиеся подзаработать. Федеральные силы были вынуждены осваивать контрснайперскую борьбу. К сожалению, в России долгое время не было специализированных снайперских костюмов. Военнослужащим приходилось самостоятельно дорабатывать стандартные маскхалаты и накидки, пришивая к ним лоскуты ткани, пучки мочала и так далее. Лишь в середине 1990-х были разработаны специализированные камуфляжные комплекты для снайперов, такие как «Кикимора» и «Леший». Они позволяли маскировать не только самого стрелка, но также его винтовку и оптику, для чего предназначались специальные чехлы.
В ходе чеченских войн огромный шаг сделало развитие российских бронежилетов. Если в начале первой кампании в ходу были 6Б5 «Улей» времён Афганистана, то к её концу появилось множество новейших разработок, в том числе таких, в которых титановые пластины заменили керамические и кевларовые. Эволюции способствовало то, что в 1995 году в Российской Федерации появился ГОСТ Р 50744-95, который регламентировал классификацию и технические требования к бронежилетам.
В конце 1990-х появились такие бронежилеты, как 6Б12, 6Б13. По итогам их боевого применения возникло такое понятие как базовый комплект индивидуальной экипировки (БКИЭ), в состав которого помимо бронежилета и шлема входил ряд дополнительных защитных элементов. Первый российский БКИЭ «Бармица» включал проект 6Б23 «Забрало» − новый армейский бронежилет, пришедший на замену серии «Улей».
Что касается стального шлема, то в вооруженных силах и в Первую, и во Вторую чеченские войны им оставался СШ-68. Ближе к концу 1990-х на снабжение в небольшом количестве поступали его модификации — СШ-68М. По сути, это был тот же СШ-68, но изнутри по всей площади шлема располагался подпор из комбинации арамидных тканей и полимерных связующих. По срезу шлема крепилась специальная арамидная кайма — для снижения травматичности. Купол шлема снаружи окрашивался чёрными и зелёными камуфляжными пятнами.
В спецслужбах и МВД помимо СШ-68 использовалось сразу несколько средств защиты головы. Настоящим символом участия МВД России в Первой чеченской войне стал защитный титановый шлем СТШ-81 «Сфера». Он был создан в 1981 году Институтом научного исследования специального оборудования по заказу МВД СССР. Массовое производство началось в 1985 году под названием «Специальный титановый шлем образца 1981 года «Сфера». Шлем защищал голову по второму классу защиты по ГОСТу, то есть от пуль, выпущенных из пистолетов ПМ, АПС, ТТ, ПСМ, а также практически от любых осколков.
Конструктивно шлем «Сфера» представляет собой три профилированных титановых бронеэлемента толщиной 3 мм каждый, вставляющихся в соответствующие карманы внутреннего чехла шлема, выполненного из специального материала; снаружи шлем был покрыт внешним тканевым чехлом. На голове шлем фиксировался при помощи ремня с чашкой, закрепляемой на подбородке. В настоящее время СТШ-81 снят с производства и заменён на стальной ССШ-94. Однако многие сотрудники МВД по-прежнему предпочитают более лёгкий и надёжный титановый шлем.
В ФСБ и спецназе внутренних войск ограниченно использовался титановый шлем «Алтын», созданный в НИИ Стали в 1980 году. За основу был взят швейцарский Tig, который уже два года использовался антитеррористическими спецподразделениями в Европе. Tig был испытан бойцами «Альфы» КГБ СССР в Афганистане во время штурма дворца Амина. В 1984 году «Алтын» поступил на снабжение КГБ СССР, а позже — в спецподразделения МВД. Различные модификации «Алтына» имели переговорную радиогарнитуру, противопульное забрало и так далее.
Несколько похожим на «Алтын» был шлем ЗШ-1-2М. Но он состоял не из титана, а из прочного алюминиевого сплава, покрытого изнутри арамидными тканями, который не давал пробить защиту и принимал на себя динамическое воздействие пули или осколков. Конструкция шлема обеспечивала установку радиогарнитуры под носимую радиостанцию и его использование со средствами защиты органов дыхания.
Фото из архива автора и сети интернет