Прибыв в Радошицу, командующий польскими войсками генерал-лейтенант Томаш Вавжецкий посылает к Суворову гонца с извещением о том, что далее двигаться никуда не будет, и что ожидает только от польского короля окончательных сведений для капитуляции.
Казаки генерал-майора Федора Петровича Денисова все время пути от Новомяста до Радошицы буквально сидят у Вавжецкого на плечах. Передовые казачьи партии и разъезды появляются всюду внезапно, сея в рядах поляков панику и ужас, все более усиливая внутреннее расстройство в стане врага. В результате, казакам достается немало трофеев, в числе которых брошенные орудия. Так под Новомястом подобрано 1 орудие, под Карачовым 4, под Радошицей уже 20.
Между тем время ненастное. Дороги размыты дождями. Поэтому преследователям приходится много трудиться, чтобы настичь отступающих поляков. В одном из писем генерал-поручику Ферзену Суворов пишет: «о, пора, пора под кровли». И действительно, давно пора было закончить эту затянувшуюся погоню за Вавжецким. И, поэтому, Ферзен и Денисов торопятся, удваивая и утраивая энергию своих войск.
Для удобства снабжения генерал-лейтенант Вавжецкий, предварительно согласовав с генерал-майором Денисовым, приказывает перевести кавалерию из местечка в окрестные деревни. Но как только кавалерия покинула Родошице, часть пехоты Вавжецкого, неожиданно взбунтовавшись, переметнулась к Денисову.
В это же время предоставленный самому себе генерал-лейтенант Ян Генрик Домбровский с остатками своего корпуса, в числе трех полков, идет в Лопушино за 20 верст, откуда намеревается рвануть в сторону Кракова. Вавжецкий, почуяв опять измену, посылает вслед за ним вдогонку генерала с приказом вернуться обратно. Домбровский прекращает движение, но русские генералы Ферзен и, особенно, Денисов принимают экстренные контрмеры.
17 ноября генерал-майор Федор Петрович Денисов обходит своими силами войска Домбровского с юга и жестко блокирует поляков, введя свои казачьи полки между деревнями занятыми Дмбровским, преграждая путь на Краков. Вавжецкий тут же выражает протест. Денисов отводит свои полки, но все также продолжает загораживать путь к Кракову.
Опасаясь от поляков еще какого-нибудь подвоха, утром 18 ноября, Денисов посылает к Вавжецкому двух офицеров при трубаче с требованием разоружиться. Вавжецкий отдает приказ о складывании оружия в одном месте. В это время в Радошице прибывает сам Денисов в сопровождении двух эскадронов. Войдя в дом занятый польским главнокомандующим Федор Петрович предлагает Вавжецкому и другим генералам: Домбровскому, Неселовскому, Гедройцу и Гелгуду проехать с ним в Варшаву, к Суворову. Изумленный Томаш Вавжецкий попытался было возразить, что генералы, как и простые солдаты, согласно амнистии могут ехать с паспортами туда, куда им угодно; но Денисов говорит, что исполняет приказ Суворова (которого на самом деле не было). И польским генералам ничего не остается, как подчиниться Денисову.
Вслед за объяснением генерал-майора Денисова с Вавжецким в польском лагере поднимается суматоха. Польские солдаты толпой врываются в дом к Вавжецкому и в грубой форме требуют выдачи паспортов. Федор Петрович Денисов выходит на крыльцо, где ожидает, когда Вавжецкий закончит выписывать документы своим солдатам. Всего сдалось в Радошице 2000 человек. Вот до какой ничтожной цифры уменьшилось число польских войск всего за каких-то 9 дней.
Все 5 польских генералов в скором времени предстают перед Суворовым. По окончании аудиенции, Вавжецкий объявляется ненадежным и отправляется под стражей в Киев, а оттуда в Петербург, Домбровского Суворов отпускает сразу, а трое остальных отпускаются под ручательство польского короля Станислава Понятовского. Русско-польская война 1794 года заканчивается полной победой России.