Выдающейся победе казачьих отрядов над многократно превосходящим турецким войском исполнилось 250 лет
На реке Калалы (ранее Калалах) в окрестностях ставропольского райцентра Красногвардейского ровно 250 лет назад, 3 апреля 1774 года, произошёл уникальный бой, который входит в мировую историю военного искусства.
Что же произошло в ставропольских степях на границе с донским раздольем две с половиной сотни лет назад? Ключ к пониманию этого вопроса находится в реалиях многочисленных русско-турецких военных противостояний, а конкретно – финала Русско-турецкой войны 1768-1774 гг., в котором Крымское ханство выступало вассалом Порты (Османской империи).
В эти весенние дни 1774 года турецкий корпус в 10 тысяч воинов-крымчан под командованием калги Шабаз-Гирей-Солтана начал поход против союзников России – Эдисанской ногайской орды. Вскоре к корпусу калги присоединился отряд Девлет-Гирея из Тамани. Этот военный демарш означал пересмотр договора о «вечном союзе» между Россией и Крымским ханством от 1772 года.
На помощь ногайским союзникам был направлен отряд подполковника Бухвостова из армии князя Долгорукова. Русские воины, разгромив турецкий передовой отряд на берегах Кубани, овладели городком Копыл. Однако Бухвостов, трезво оценив соотношение сил, принял решение срочно перебросить своё войско к реке Ея, где предвиделось большое сражение. В результате этого маневра большой обоз отряда Бухвостова оказался почти без защиты. Именно охрану этого обоза поручили небольшому соединению донских казаков под командованием опытного атамана Ларионова и 23-летнего атамана Платова – будущего героя Отечественной войны 1812 года.
Историки утверждают, что объединённое войско турков, окружившее утром 3 апреля русский обоз, насчитывало не меньше 25 тысяч воинов. А казаков было не более 1,5 тыс. человек. Но Платову всё же удалось грамотно организовать оборону и ночью перед боем направить двух бойцов в штаб подполковника Бухвостова за подмогой.
Перед атакой турков тогда ещё никому широко не известный атаман Платов обратился к казакам с пламенной речью, в которой напомнил им об ответственности перед своими предками. Судя по развернувшимся далее событиям, эта речь возымела действие: крымско-турецкая орда, двинувшаяся ранним утром на русские порядки, была встречена яростным сопротивлением. Трупов врага было столько, что из тел погибших образовывались целые баррикады, и каждый новый штурм давался противнику всё труднее.
Всего бойцы Платова-Ларионова отбили семь атак. Ожидалась восьмая, которая должна была определить итог противостояния. И тогда опытный Ларионов предложил Платову договориться с турками. Но Платов отверг предложение, выразив готовность сражаться до конца. В этот момент в тыл врагу ударили бойцы подполковника Уварова, которых отправил на помощь платовцам Бухвостов. И враг дрогнул.
Как пишет об этом военный историк Василий Потто – «Десятки тысяч людей, несомненно, храбрых, вдруг дрогнули и, смешавшись, как робкое стадо, обратились в неудержимое бегство».
После столь разгромного поражения Крымское ханство отказалось от дальнейших попыток нападать на Дон. Матвей Платов был награждён императрицей Екатериной II специальной золотой медалью «За ревностную службу». А подполковник Бухвостов стал первым на Кавказе кавалером ордена Св. Георгия 3-й степени.
В советской историографии этому событию не уделялось должного внимания. Отчасти, возможно, из-за роли Платова в разгроме восстания под предводительством Емельяна Пугачёва. Но сегодня оно вправе претендовать на роль одной из самых ярких побед русского оружия в истории Отечества.
Следует также помнить, что эта битва произошла именно на ставропольской земле. Следовательно, является неотъемлемой частью истории Северного Кавказа.
Фото: Сергей Кузнецов \ РИА Новости – памятник атаману Платову в Москве; репродукция картины Петера-Эдуарда Штрелинга «Портрет Матвея Ивановича Платова, казачьего атамана».
Евгений Фролов