Муж иногда приносит с прогулок фотографии случайно встреченных людей.
Люблю его истории. Вот недавняя.
На улице весна, светит солнце. Хорошо. Тепло.
Тем заметнее уныние и безнадега в почтовом отделении. Еще и барахлит интернет, номера посылок работники вбивают вручную, народ переминается с ноги на ногу в длинной очереди, потеет в теплой одежде, мечтая поскорее забрать свои «малые пакеты из Китая» и вырваться обратно на свежий воздух.
К почтовому окошку пробирается бабуля с собачкой под мышкой, невозмутимо ставит свою драгоценную ношу прямо перед оператором, будто это не вертлявый шпиц, а затейливая дизайнерская сумочка от каких-нибудь безумных итальянцев.
«Женщина, собаку уберите на пол» — говорит бесцветным голосом оператор. Пёсель успевает изучить витрину с лотерейками, просовывает любопытный нос в окошко, нюхает тётю-оператора — та пахнет бумажной пылью и тоской. Собака сочувственно виляет хвостом.
«Где вы видите собаку? Это кошка!» — обиженно заявляет посетительница, не переставая, впрочем, перебирать и раскладывать квитанции на оплату. Шпиц остается на прежнем месте, делает «цок-цок-цок» вдоль стеклянной перегородки, радостно и нетерпеливо потявкивает.
Оператор понимает, что в этой битве не победить — слишком долго длится ее заточение на службе среди посылок и писем, слишком много она тут повидала безумных бабуль, а потому знает — спорить не стоит, лучше поскорее напечатать чек и отсчитать сдачу. Что она и делает, аккуратно отстраняя жизнерадостную собаченцию.
Старушка с достоинством пересчитывает купюры, неторопливо складывает квитанции, убирает кошелек и вновь пристраивает собаку где-то сбоку от себя наподобие сумки. Двигаясь к выходу, женщина вслух возмущается: «Это ж надо, кошку перепутать с собакой!»
Шпиц не спорит с хозяйкой, глазами-бусинками изучая длинную очередь. Он всем доволен, вокруг него приятные люди, пахнет шоколадками и печеньем, которые никто и никогда здесь не покупает, а потому они навсегда остаются на полках, постепенно ссыхаясь и выцветая. Ну а что назвали кошкой — так это разве имеет значение?
Оператор тут же отвлекается на новых посетителей, продолжает искать посылки и письма, отбивая на клавиатуре морзянку отчаяния и безысходности.
«Это пациентка неврологов? Она правда верит в то, что собака — это кошка? Или это она просто троллила оператора от скуки?» — спрашивает меня Саша. Ему кажется, что я врач, а значит, немного экстрасенс. И без нейропсихологического тестирования поставлю диагноз, ни секунды не сомневаясь в его точности.
Мне же хочется верить, что это специфическое чувство юмора у пожилого человека. То есть признак нормальной работы лобных долей мозга, а вовсе не симптом дегенерации нервных клеток, когда что собака, что кошка — всё едино.
А еще я надеюсь, что у оператора того почтового отделения скоро будет отпуск…