Она также посадила его на стул, вылила воск над головой. Как показалось жене, процедура лечения была аналогичной. Воск, конечно же, тоже был черным. Ничего нового. Единственное, не было слышно, что бабушка там шепчет. Может, что-то другое?
Когда она закончила, муж опять вылетел на улицу. Ему как будто не хватало воздуха. Но от свечей и сумеречного света вполне может произойти такая реакция. Бабушка придержала уходящую за мужем женщину и сказала: «Сегодня не оставляй его ни на минуту одного. Ему будет плохо, и понадобится твоя помощь».
Женщина в недоумении выскочила вслед за мужем, чтобы не «оставлять его одного». Она в ужасе увидела жуткую картину. Мужа трясло. Трясло так, что не только он это чувствовал, но это было видно и визуально. Он сказал, что ему очень холодно. Зубы у него стучали, как на морозе. А на дворе стояла жара, середина лета.
Жена судорожно полезла в багажник. Где-то тут должен быть завалявшийся с весны свитер. Достала, принесла мужу. Но сам он не смог его одеть, пришлось помогать. Конечно, ни о каком вождении и речи не могло быть, за руль села жена.
Приехали домой. Муж с трудом дотащился до постели. Он не мог говорить, есть и пить тем более. Его все так же колошматило. Он весь горел и был мокрым от испарины. Жена поставила ему градусник, который показал, что дело – дрянь. Ей пришлось дать ему жаропонижающее. Без этого никак.
Кое-как дождались утра. Мужу стало полегче. Он спал, потом проснулся и также ничего не мог есть, только пил воду. Сил не было даже шевелиться.
Через какое-то время нужно было ехать опять. Когда стало немного получше, поехали. Жена вела машину сама. Это и понятно.
Бабушка встретила их с тревогой, уже сомневалась, что они приедут, а лечение останавливать ни в коем случае было нельзя. Сбивчиво рассказали ей о пережитом. Она не удивилась, только сказала, что предупреждала об этом.
Процедура повторилась. Потом еще раз, потом еще. Муж стал много спать, немного уже ел. Но все равно его трясло. Он говорил, что внутри него все трясется, как в трансформаторной будке. Он мог этого и не говорить. Лежа с ним в одной постели, она сама чувствовала исходящую от него дрожь.
Четвертый раз должен быть решающим, ведь «дом о четырех столбах»! Зашли в дом. Все, как обычно. Все та же процедура. Та, да не та! Теперь стало штормить бабульку. На нее было страшно смотреть: губы шептали все быстрее, движения стали быстрыми и резкими. Жена даже подумала, что не помутилась ли бабушка разумом? Тут от увиденного у самой-то как будто «башню» сносит.
И вдруг все. Тишина. Бабушка в прямом смысле упала в стоящее в углу кресло. Замерла, словно уснула. Молчание. Что делать? Оцепенение какое-то.
Женщина встала, подошла к бабушке, положила руку ей на плечо. «Не трогайте меня, уходите», - с трудом выдавила из себя та. А муж в это время уже с такой прытью выскочил во двор, как будто никогда и не болел. Ехали домой молча. В шоке. Машину все также вела жена. Приехали уже под вечер. Рано легли спать.
Под утро маленький сынишка запрыгнул на постель к родителям. Проснулись, стали «шалить» с ребенком, кувыркаться, смеяться, играть.
«Как ты?» - спросила жена.
«Ты о чем?» - последовал вопрос.
В процессе наводящих вопросов жены выяснилось, что муж вообще ничего не помнит. Только как болел и валялся с жаром в постели.
«Вот это да!» - подумала про себя женщина, ну а для себя решила, что никогда не озвучит при нем эту историю. Так спокойней.
Продолжение следует...