— Смотрите, солдат ползёт! — гвардии капитан Салтыков биноклем показал на серую фигурку, еле заметную среди высоких, выгоревших трав. И действительно, вскоре, тяжело дыша, в траншею свалился боец. Он был без каски, босиком, в изодранной гимнастёрке.
— Рядовой Воробьёв, — доложил о себе, с трудом разомкнув спёкшиеся губы. — Донесение.
И протянул майору Кравцову клочок бумаги. Неровные строчки сообщали:
«Все офицеры погибли, высоту держим. За день отразили десять атак, подбили шесть танков и уничтожили свыше пятидесяти фашистов. Боеприпасы на исходе. Нас осталось мало. Держаться будем до последнего дыхания. Командование ротой принял на себя младший сержант Носов». — Носов... — задумчиво произнёс Кравцов. — Комсорг роты!
— Так точно. Комсорг, — ответил связной.
Повернувшись к комбату, Кравцов отдал приказание:
— Возьмите две роты и на выручку Носову. Огнём поддержим...
Солнце огромным раскалённым шаром стояло в зените, когда роты автоматчиков пошли на выручку горстке наших бойцов.