Татьяна Аркадьевна смотрела на орущего мужа, бегающего туда-сюда по комнате и ей было смешно. Мужчина активно жестикулировал, размахивая руками, громко кричал и казалось, что его глаза вот-вот вылезут из орбит от возмущения.
Женщина молчала и думала: ”Боже мой, с этим человеком я прожила двадцать пять лет. Мы вырастили двоих детей. Мы пережили столько всего и почти не ругались. Какая муха его укусила? Стареет что ли?”
Скандал случился из-за выброшенных старых домашних тапок. Татьяна мыла полы в коридоре и ей на глаза попались изрядно поношенные тапки мужа. Она взяла их в руки для того, чтобы поставить на полку, но вдруг увидела, что один тапок “просит каши” как говорили они в детстве, когда от подошвы отклеивался верх. Не долго думая, она спустила их в мусоропровод. Вечером вернулся муж с работы и не обнаружив свою любимую домашнюю обувь, закатил грандиозный скандал. Татьяна Аркадьевна собиралась купить ему новые, но не успела. О чем сейчас очень сожалела.
— Вечно ты донашиваешь свои тапки до плачевного состояния. Я тебе еще когда предлагала новые купить? А ты заявил, что и старые хороши,— устало произнесла женщина в свое оправдание.
— Да! Они нормальные еще были,— кипятился муж, — тебе же неймется, всё готова выбросить!
— А ты как хламьевщик, копишь весь старый хлам. Загляни в свой шкаф. Чего там только нет! Треники, чуть ли не времен царя Гороха, недавно только выбросила,— едко напомнила она супругу.
— Они тебя трогали, мои штаны? Хорошие еще были. Я бы их на рыбалку под теплые может еще надел бы.
— У тебя новое термобелье лежит, носи!
— Пусть лежит! И вообще, нечего мне указывать. Задолбала уже! На работе командовать будешь! А то два дня в отпуске и заскучала видите ли, руководить некем, на меня переключилась.
Недовольный муж вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.
Татьяна Аркадьевна хотела крикнуть ему что-нибудь обидное вслед, но вдруг неожиданно расплакалась. Ей стало очень жаль себя. Она, как всегда, хотела как лучше. А получилось… как получилось. В последнее время все у них не слава Богу. Муж стал раздражительным, ворчливым. А она устала. Просто устала. Ей надоели эти магазины, бесконечный конвейер приготовления еды — завтрак, обед, ужин, а в выходные еще и полдник с пирогами. А тут еще и былая красота уходит — не остановишь. То новая морщинка вдруг появится, то утром обнаружатся темные круги под глазами, хотя вроде бы всю ночь спишь. Чтобы выглядеть хорошо требовалось все больше времени, да и денег, а результат, к сожалению, не всегда радовал.
Дочки о ней забывать стали, у них своя жизнь, семейная. О родителях вспоминают не часто. Даже муж как будто отдалился от нее. Ему всё то некогда, то неохота. Ни в театр сходить, ни в кино. Даже просто прогуляться вечером стало проблемой. Муж их вечерние прогулки уже давно сменил на уютный диван и телевизор.
Неожиданно на смену обиде пришла злость. “Почему вместо того, чтобы сесть нормально за стол, поужинать, поблагодарить жену за вкусную еду, он закатил ей целую истерику. И из-за чего?! Из-за каких-то домашних тапок. Ничего не случилось бы, если бы походил один вечер босиком. А завтра бы я купила новые”. Так думала Татьяна Аркадьевна, а в голове тем временем зрело непростое решение. Наконец, оно дозрело и женщина решительно достала чемодан.
Когда Сергей Ильич выходил из ванны, где уже успел принять душ, увидел странную картину — его жена, с большим чемоданом в руке, стояла в коридоре и надевала туфли.
— Ты куда? — ошарашено спросил мужчина.
— Я ухожу от тебя!,— решительно заявила супруга,— Давно хотела, да случая подходящего не было. А что? Детей мы вырастили, слава Богу, замужем обе, живут отдельно, внуков нет пока. А с тобой мы в последнее время только ругаемся. Ты вспомни когда мы в последний раз вместе куда-то ходили? Я вот не помню. Я все вечера у плиты, а ты поел и к телевизору. Ты даже не заметил, что я поменяла цвет волос! — высказала наболевшее женщина.
— Так у тебя цвет волос меняется чаще, чем погода за окном,— пытался пошутить Сергей Ильич, но не сработало.
Татьяна Аркадьевна смерила мужа презрительным взглядом и подхватив чемодан, вышла, громко хлопнув дверью.
Как хорошо, что младшая дочь уехала со своим мужем в свадебное путешествие. Именно в ее квартиру и направилась женщина. У избранника дочери и свое имелось жилье, но жить они предполагали в ее квартире, а его решили сдавать. Пока они окончательно не определились и запасные ключи от квартиры дочери все еще были у Татьяны Аркадьевны.
Вечером обиженная женщина лежала на диване перед телевизором и зло размышляла: ”Пусть посидит голодным. Надоест — в магазин сходит. Сам себе ужин приготовит. Уборку сделает, посуду вымоет. А то привык на всем готовом.”
Татьяна Аркадьевна в принципе, готовить и вести домашнее хозяйство любила, но одно дело когда тебе за это хоть спасибо иногда говорят, а другое дело, когда по каждой мелочи скандал устраивают. То с уборкой видите ли его достали, то бубнит она, что кино допоздна смотрит, то вот тапки его без спроса выбросила. Устали они друг от друга или надоели за столько лет. Надо действительно пожить отдельно и понять — стоит ли сохранять семью или уже и сохранять нечего.
Три дня женщина наслаждалась полной свободой. Готовить особо не надо, ей достаточно было бутербродов и легких салатиков. Делай что хочешь — отпуск все-таки, красота!
Дни отдыха были насыщенными. С одной подругой она сходила в кино, с другой в театр, с третьей в кафе, а с четвертой посетила художественную выставку. Но когда время, выделенное для нее подругами закончились (ну не могли они уделить ей больше внимания, у всех были свои семьи и работа), она заскучала. И однажды вечером, из чистого любопытства, женщина заглянула на сайт знакомств. В ее планы не входило заводить роман, она просто решила поинтересоваться что же нынче делается на рынке женихов и невест. Надо же быть в курсе. На всякий случай…
Татьяна Аркадьевна, нацепив на нос очки, приступила к изучению кандидатов.
Первый был ухожен, но явно староват даже для ее пятидесяти лет. А вот жених видимо так не считал. Мужчина был с большими амбициями и невесту искал не старше тридцати пяти. ”Старый ты пенёк,— думала Татьяна, разглядывая его фотографию,— тебе уже прогулы на кладбище ставят, а ты все невест выбираешь. Что ты можешь дать молодой женщине? Разве что денег и то ведь не факт”.
Следующий был по-мужски весьма привлекателен и по описанию очень успешен, но почему-то искал обеспеченную женщину, причем допускал весьма приличную разницу в возрасте. “Альфонс,— сразу поняла женщина и быстро перешла к следующему кандидату.
Внимательно изучив требования третьего, Татьяна Аркадьевна сильно возмутилась. Среднестатистический мужичонка требовал от избранницы раннего подъема, горячего завтрака и обязательного выгула его псинки породы чихуахуа.
Четвертый писал про маму, которая нуждается в уходе и этот пункт обязательно должна была учесть невеста.
Пятый показался ей напыщенным индюком и его требования женщина даже не стала читать.
Следующий кандидат был лыс как коленка и видимо гол как сокол, но рассчитывал на искреннюю любовь молодой красавицы.
В общем, мужчины на этом сайте явно ни в чем себе не отказывали и требования к качествам потенциальных избранниц были длинными и весьма разнообразными, как перечень грехов для исповеди вдруг раскаявшейся блудницы ну или девушки с низкой социальной ответственностью, как принято сейчас говорить.
Татьяне Аркадьевне стало искренне жаль тех девушек и женщин, которые решились на создание семьи и таким способом ищут своего избранника. Такие кандидаты точно “осчастливят” - усмехнулась она. Один краше другого.
Отложив в сторону телефон, женщина ненадолго задумалась, а потом уверенно направилась в кухню. Ей вдруг захотелось блинов.
Когда гора свежих и ароматных кружевных блинчиков лежала в тарелке, Татьяна Аркадьевна приготовила себе крепкий кофе и удобно устроившись за столом, пододвинула тарелку поближе. Не торопясь, с явным удовольствием, съела первый блин. Потом второй. Поняла, что наелась. Гора блинчиков практически не уменьшилась.
Она допила свой кофе, отчего-то вздохнула и приуныла. Ей вспомнился эпизод, когда она, едва выйдя замуж, только научилась печь блины. Тогда она пекла их каждое воскресенье, а муж всегда приходил в это время в кухню и заваривал им чай. Она управлялась с блинами, а он, заварив чай, садился за стол и с таким обожанием смотрел на нее, что она чувствовала этот взгляд даже спиной. Потом, когда последний блин перемещался из сковороды в тарелку, они вместе их съедали, с удовольствием запивая ароматным чаем. Как же давно это было. Но до сих пор ее блины Сергей просто обожает. От таких воспоминаний женщина тепло улыбнулась.
Татьяна снова посмотрела на гору блинов. “Голодный небось сидит. Пельмени варит или яичницу жарит” — подумалось она и тяжело вздохнула.
Муж за эту неделю не позвонил ни разу. И она не звонила. Зная характер своего Сергея, Татьяна была уверена — он и не позвонит. Считает себя правым. Бывает, если накосячит, то прощения обязательно попросит, а в этот раз нет, она же сама виновата — тапки его любимые без спроса выбросила, да еще и ушла от него, хлопнув дверью. Ну вот такая она… интересная. Мысль о том, куда бы она послала мужа и что бы сказала, если б он вдруг решил выбросить пусть даже самые старые ее туфли, пришла к ней на днях и женщина поняла, что супруг еще был с ней мягок. Она бы в такой ситуации в выражениях не стеснялась.
Сергей Ильич достал с полки тарелку, чтобы положить туда свежеприготовленную яичницу с колбаской, когда уловил звук открывшейся входной двери. Мужчина на секунду замер с тарелкой в руке и прислушался.
— Яичница готова, будешь? — крикнул он, догадавшись кто пришел.
— Буду,— улыбнулась Татьяна Аркадьевна, появившись в кухне.
Сергей Ильич молча достал еще одну тарелку.
— Чай заваришь? Я блинчиков твоих любимых напекла,— произнесла женщина, доставая из пакета контейнер с недавно приготовленными блинами.
— Заварю,— кивнул муж и, поставив тарелки с яичницей на стол, включил чайник.
После ужина они отправились на прогулку. Погода была замечательная — весеннее вечернее тепло было почти летним. На аллее, где они любили гулять, горели уличные фонари, хорошо освещая дорогу. Пахло сиренью и свежестью зелени. Они шли и молчали. Но молчание это было не тревожным, оно было своим, родным, когда молчание не напрягает, а просто умиротворяет, когда каждый молчит и думает о чем-то своем.
“Я сделала правильный выбор, мой муж лучше всех! — размышляла про себя Татьяна Аркадьевна,— рано вставать не требует, завтрак, если надо сам приготовит, собаками и больными родственниками не обременяет,— улыбнулась она своей шутливой мысли,— да и внешностью Бог не обидел, хотя для мужчины это совсем не главное, просто приятный бонус”.
— Не замерзла? — забеспокоился супруг, глядя на легко одетую Татьяну Аркадьевну.
— Нет, тепло на улице,— улыбнулась она и вдруг добавила, — с уходом я пожалуй погорячилась. Но ведь ты первый начал.
— Тапочки выбросила ты и кстати до сих пор не купила,— парировал супруг.
— Исправлюсь,— искренне пообещала женщина.
— Не надо, я купил,— улыбнулся Сергей Ильич.
— Зато ты отдохнул от меня,— сказала жена.
— Это верно, — кивнул мужчина, — можешь чудить дальше.
— И согласись — со мной не скучно,— нашлась Татьяна Аркадьевна.
— С этим пожалуй соглашусь, — слегка иронично произнес супруг,— Ты то собаку бродячую притащишь домой, чтобы потом пристроить ее в добрые руки, то на курсы экстремального вождения запишешься. Помнишь сколько тогда мы оплатили штрафов за превышение скорости?
Татьяна Аркадьевна улыбнулась и молча кивнула.
— А на дельтаплане ты как парила? — продолжил вспоминать мужчина, — У меня чуть инфаркт не приключился, когда я тебя увидел, летящей над морем. Так что правда — с тобой не заскучаешь.
Сергей Ильич обнял жену за плечи и нежно поцеловал в макушку.
“Взгляд тот же”,— радостно подметила Татьяна,— И чего только мне в голову не взбредет. Пожить отдельно… Надо же, додумалась.
Она взяла мужа под руку и счастливые супруги направились в сторону дома.