Как родиться внутри фильма?
Задача не посмотреть фильм и уйти со словами: «Я посмотрел фильм». Формула совершенно другая: «Я родился в внутри этого фильма». Не я плюс фильм, а другой после просмотра фильма.
Если я выхожу с полным убеждением, что я то все понимаю и знаю, мы с вами ни о чем не разговаривали и конвенционально, бессмысленно провели время. Еще два часа псу под хвост.
Они же все время задают друг другу вопрос: «Почему я решил, что я не буду одевать чулки?», «С чего я взял, что одевать чулки на того парня – это плохо?», «Кто мне сказал, что я никогда не буду этого делать?»
Когда у них у двоих происходит сбой и у Филипа и у Дриса? Когда речь заходит о каких-то детях приемных, и поэтому один не может вломить своему брату, второй своей дочери. Как только они переходят в сферу знания о себе самом, они теряют свои выдающиеся качества. Дрис совершенно спокойно говорит Филипу: «Вломи ты этой дуре, ну и что, что она приемная», что дальше то? А мы что с вами сказали перед этим – все дети приемные. Про кого я думаю, что он мой ребенок, тот мой ребенок.
Никаких биологических детей нет. Это инструкция, идея. Она придумана человечеством. Это искусственная вещь. Нет никаких матерей, отцов – этого ничего нет. Но как только у них доходит речь до своих собственных проблем, они не в состоянии. Филип не способен управиться с этой девочкой, потому что она приемная и тогда Дрис говорит, ну раз я твои руки, давай я ей вломлю. Но как только приходит этот паренек (брат Дриса), этот оказывается полностью недееспособный и теперь ему Филип говорит: «А чего ты ему не вломишь то?» То есть как только речь заходит о наших любимых знаниях «Кто мы? Что мы можем/ что мы не можем делать», мы сразу начинаем защищать свою позицию.
Но весь фильм говорит: «Попробуй». Ну ка попробуй поживи самовлюбленно для себя. Ты чулки-то попробуй одеть. И может тихий голос сверху инвалиду скажет: «Ну вот видишь, ничего страшного!» Но ведь я после этого перестану относиться к себе, как к хорошему человеку. Хорошие люли так не делаю, а я хороший человек.
Оказывается в нашей жизни есть привилегированные состояния, то есть живые, когда то, что мы сейчас отчебучиваем не регулируется ничем внешним, заимствованным.
Вы хотите жизнь, в которой ничего нет или нашу, инструктивную? В которой ничего нет кроме инструкций, из-под которой все время рвется смех. Я спрашиваю, а почему же мы тогда смеемся над мистером Бином?
https://youtu.be/2k96frOtAOc
Мы же получается над той теткой смеемся?
Продолжение следует, подпишись чтобы не пропустить.