Приезжий человек на Диком Западе зашел в салун, заказал себе виски с содовой, сидит пьет. Вдруг слышит на улице крики, выстрелы. Спрашивает у ковбоя за соседним столиком:
– Что это там такое?
– Это Неуловимый Джо балуется, – лениво отвечает тот.
– А почему он Неуловимый? Соберитесь все и поймайте.
– Да кому он нужен?
Техасские страсти.
Все было бы смешно, когда бы не было так грустно и не имело целью лишить жизни человека, потому что все происходило не в техасском салуне, а в канавинском кафе на Московском шоссе. И даже не в кафе, а в неком подобии рюмочной, где отродясь не было гардероба, швейцара и метрдотеля, а посетители, не снимая пальто, на закуску к водке заказывали исключительно засохшие бутерброды и заветренные сосиски.
Это было 9 марта – день благоприятный во всех отношениях: уже не надо поздравлять женщин, вчера отпраздновали, и можно культурно поправить здоровье, так как завтра еще не на работу. За столиком сидели два приятеля и, не прерывая беседы, время от времени опрокидывали по рюмочке. Они бы так и сидели, возможно, до закрытия заведения, но тут внезапно с улицы ворвался третий и сходу накинулся на одного из пьющих. Все происходило так стремительно, что остальные посетители застыли, как парализованные. Впрочем, тот, на кого напали, через несколько секунд преодолел эффект внезапности и попытался увернуться от очередного удара. Однако в тот момент, когда нападавший повалил его на пол и достал нож, даже парализованным стало ясно: этот третий пришел убивать…
А убивец, наконец, изловчился, прицелился в сердце жертвы и, вонзив что было силы нож между его лопаток, быстро выбежал на улицу. Наверное, тот, кто первым догадался вызвать скорую, имел крепкие нервы. Потому что прибывшие сотрудники полиции позже с трудом могли добиться от свидетелей короткометражного вестерна хоть каких показаний. Потрясенные очевидцы с трудом обретали дар речи.
Уравнение с двумя известными.
Произошедшее посреди многолюдного мегаполиса преступление тем не менее никак нельзя назвать громким, потому что старшему следователю следственного отдела по Канавинскому району Нижнего Новгорода СУ СКР по Нижегородской области, старшему лейтенанту юстиции Дмитрию Горшкову до сих пор неизвестно главное – мотив.
– Пострадавший, впавший в кому, до сих пор находится в реанимации, – разводит руками Дмитрий Владимирович. – И хотя сегодня пациент уже пришел в себя и состояние стабилизировалось, врачи категорически возражают против его участия в следственных действиях… А нападавший, которого оперативники задержали по горячим следам, вообще молчит…
– Но хоть что-то он говорит?
– Говорит, пошли вы все в …
На этом месте Дмитрий Владимирович решил меня пожалеть и не договорил.
Впрочем, человек, имеющий в анамнезе восемь судимостей и откровенно нарывавшийся на девятую, наверное, и должен так себя вести.
Из материалов уголовного дела:
«По версии следствия, 9 марта 2024 года 50-летний подозреваемый, находясь в кафе, расположенном на ул. Московское шоссе в городе Нижний Новгород, нанес 40-летнему посетителю удар ножом в область сердца. С полученным ранением пострадавший был доставлен в медицинское учреждение, где госпитализирован в реанимационное отделение.
В настоящее время следователями СК России проводится комплекс необходимых следственных и процессуальных действий, направленных на установление всех обстоятельств произошедшего, а также причин и условий, этому способствовавших…».
Кстати, из неофициальных источников стало известно, что нападавший и жертва были знакомы. И якобы накануне, повздорив, нынешний пациент реанимации ударил (или оскорбил) нашего арестанта. В ответ обиженный мститель возжелал сатисфакции и, узнав о местонахождении обидчика, решил взять реванш.
Сегодня у следователя Горшкова в решении уравнения с двумя известными ожидают ответа две версии. В зависимости от того, кто заговорит первым: тот, который сядет на скамью подсудимых, или тот, который окончательно вернется с того света на этот.
Татьяна Чинякова. Фото nnovgorod.sledcom.ru
]]>