Сегодня я хочу рассказать о старинном красильном и набивном промысле.
В мире красок
Еще в середине 19 века деревенские красильни назывались синильнями. В «Описании Тверской губернии в сельско-хозяйственном отношении» В. Преображенского, опубликованном в 1854 г., утверждалось, что тогда в крестьянских красильнях проводилось лишь окрашивание холста в синий цвет «горячим способом» и делался набивной рисунок на холсте масляными красками и протравами.
Количество подобных заведений в губернии приближалось к сотне и продолжало расти. До 4-х месяцев в году, в свободное от полевых работ время и при наличии заказов в них работали синильщики или синильники.
- Синильщик – «мастер, красящий ткани в вайду, в кубовую краску, … в деревнях красильщик вообще» (В.И. Даль «Толковый словарь живого великорусского языка»).
- Вайда красильная – растение семейства крестоцветных, которое использовали для получения синей краски до широкого использования индиго.
- Кубовой краской называли синюю краску индиго, которую готовили из растения индигофера.
До распространения красок промышленного производства красильщикам приходилось изготавливать краски самостоятельно.
Вот, например, как предлагалось сделать «индиговый раствор» (саксонскую синь) в одном из справочников по ведению домашнего хозяйства первой половины 19 века: индиго мелко растирали, перекладывали в специальную стеклянную посуду и добавляли купоросного масла (так называли тогда концентрированную серную кислоту), строго соблюдая пропорции, указанные в рецепте. Проходила химическая реакция, с выделением теплоты. Краска должна была настояться 3 дня. Пользоваться ею можно было в течение года. Она позволяла окрашивать шерсть, пряжу (шерстяную, льняную) или холст в синий, голубой и зеленый цвета.
В конце 19 века красильщики могли уже применять синтетический краситель индигокармин промышленного производства. Эта краска была чище, «индигового раствора», приготовленного самостоятельно, продавалась в виде сухого порошка или тестообразного материала и была удобнее в использовании. Тестообразную краску применяли для набивки. Но в отличии от натурального индиго, окрашивание индигокармином было менее стойким.
Постепенно красильщики добавили в свою палитру и другие цвета. Сандал, кармин и крапп использовали для получения красного. Сандалом же красили в коричневый. Красный, розовый, пунцовый, оранжевый цвета и их оттенки получали при помощи «оловянного раствора», который тоже мог быть приготовлен красильщиком самостоятельно.
В качестве красителей применяли отвары некоторых растений. В красный красили зверобоем. Для желтого брали отвары желтянки (бессмертника), цервы (дикорастущей резеды), желтника, серпухи.
Были рецепты для окрашивания пряжи в желтый цвет дроком (ядовитым растением семейства бобовых) и гречишной золой. Если хотели получить зеленый цвет, то в приготовленную желтую краску добавляли раствор индиго.
Для окрашивания в коричневый цвет брали отвар из 1 части дубовой и 2-х частей ольховой коры. Для получения серого и черного цвета смешивали и кипятили бразильский желтый сандал, чернильные орешки и железный купорос. Те же самые ингредиенты, но взятые в других пропорциях, использовали для получения оливкового цвета.
Процесс окраски стал значительно проще, когда стали распространяться искусственные краски для тканей и шерсти (например, ализариновые). Но и при их использовании приходилось взаимодействовать с едкими и опасными веществами.
Как работали красильщики
По сути дела, красильня была небольшой химической лабораторией.
Эту тяжелую работу выполняли мужчины. Часто крашением занимались в той же избе, где жила семья красильщика/синильщика. Для работы требовалось большое количество воды, поэтому помещения красилен или сами жилые избы красильщиков должны были стоять рядом с рекой.
Способов окрашивания было множество. Процесс был довольно длительным и обычно состоял из трех этапов.
Вот, например, как проходило окрашивание шерстяной пряжи.
1 этап- предварительная подготовка к покраске.
Пряжу тщательно мыли в теплой мыльной воде и хорошо прополаскивали. Сильно загрязненную пряжу мыли мылом с добавлением соды и даже «долго стоялой» мочи.
Далее для прочного окрашивания вымытую пряжу пропитывали специальными веществами, протравами (например, такими как винный камень и квасцы, железный, медный купорос, оловянные соли и др.), все пропаривали. Снимали с огня и иногда оставляли в протраве до следующего дня. Затем вынимали и выполаскивали.
2 этап– непосредственно окрашивание в приготовленной краске согласно рецепту.
Оно могло проводиться, например, так:
«В медном котле вскипятить речной воды четыре фунта и влить в нее индигового раствора две чайные чашки; потом вскипятить все хорошенько и положить туда шерсть, обмочив ее прежде в холодной воде; варить опять по произволу и после вымыть в холодной воде. – Индигового раствору для темных цветов прибавлять, а для светлых уменьшать» («Лексикон городского и сельского хозяйства...составленный действительным статским советником и кавалером Иваном Двигубским". т. 10, 1838 г.)
Интересно, что другие рецепты во избежание свойлачивания не советовали погружать шерсть из холодной воды в горячую и из горячей в холодную, а требовали закладывать ее только в холодный, заранее приготовленный раствор индиго и уже потом постепенно доводить до кипения.
Этот этап требовал постоянного помешивания деревянной лопаткой содержимого котла для лучшего пропитывания краской.
3 этап– очистка и выполаскивание.
На всех этапах окрашивания пряжи следили, чтобы она не спуталась и не превратилась в войлок.
У каждого красильщика были свои выверенные рецепты окрашивания и отработанный порядок действий с имеющимися у него красками. Важно было правильно и безопасно (!) для самого красильщика и его семьи соединять химические вещества для приготовления протрав и красок. Быть максимально осторожным на каждом этапе работы с агрессивными веществами.
Непонятно, как в условиях крестьянского хозяйства удавалось без научных знаний, только на основании личного опыта заниматься подобным промыслом?
Набивка
Набивной рисунок в красильнях Тверской губернии первоначально делали только синей и красной масляными красками на белом холсте, используя специальные доски для набоек, купленные в Москве. Потом появились и доски местного производства. Их стал изготавливать старицкий мещанин Писарев. Этот человек занимался шитьем сапог, крашением ткани и набойкой холста. Доски были изготовлены из липы, в них были врезаны кусочки листовой меди и проволоки в виде фигур. Наносимый на ткани рисунок отличался «простотою и красивым, правильным расположением фигур». Стоили такие доски от 40 коп. до 1 руб. серебром.
В своем личном производстве Писарев вместо досок использовал специальное приспособление, в которое вставлялся цилиндр с рисунком. Прокатывая его по ткани, удавалось вдвое ускорить работу. Это не было изобретением самого Писарева, просто до него в небольших красильнях Тверской губернии ничего подобного не применялось.
Позже появился другой способ набивки. Ее стали делать с использованием вапы, специального состава, включающего медный купорос, камедь, глинку, клей, ярь-медянку. Вапу наносили на доски с рисунком и «вбивали» в ткань. Затем ткань красили в цвет индиго. Вапа не давала окрасить обработанные ею места. После очистки ткани на месте набивки оставался белый, желтый или оранжевый рисунок в зависимости от того, какой вапой велась обработка ткани.
Существовал и третий способ набивки – протравой.
Одежда крестьян Тверской губернии
Много ли работы было у сельского красильщика? В чем ходили деревенские жители во второй половине 19 века? В «Описании Тверской губернии в сельско-хозяйственном отношении» перечисляется одежда, которую носили крестьяне и крестьянки.
У мужчины было «не менее полдюжины белых холстинных рубашек и портков, пониток или сарженик, поддевка, армяк, кафтан или зипун, полушубок, тулуп, кушак, шапка, шляпа, сапоги, рукавицы и лапти для работ или чуни пеньковые».
У женщины - «не менее дюжины рубашек холстинных, сарафан, ферязи, фартук, сарженик, кафтанчик (особый род короткой летней одежды гораздо выше колен…), шуба, зипун или кафтан, полушубок, рукавицы, сапоги или башмаки разных сортов, различные платки, а на голове – уборы различных видов…»
Саржеником называли одежду из саржи, домотканого полотна с «льняной основой и шерстяным утоком». Так могли назвать и мужской кафтан (пониток), и женский сарафан, пошитые из этой материи.
Тогда шерстяные и льняные ткани ткали сами. Домашний холст и пряжу относили в красильни. А вот сукно для пошива мужского армяка, обязательно синего цвета, как отмечается в «Описании Тверской губернии…», обычно покупали фабричное. Считалось даже, что «жених, не имеющий синего армяка, не найдет хорошей невесты». Те, кто не мог позволить себе купить синее фабричное сукно, наверняка, красили имеющуюся ткань для пошива этого вида одежды у красильщика.
Хороший красильщик окрашивал ткани и пряжу в яркие цвета, которые не выцветали. И все же окрашенные вещи требовали особый уход. Их нельзя было стирать с мылом и щелоком, т.к. после этого они начинали линять. Одежду из цветной шерстяной ткани и ткани с тиснением советовали стирать в воде, в которой предварительно отваривали пшеничные отруби.
В 70-е гг. 19 века в будние дни женщины уже носили рубахи и сарафаны из тонкой набивной ситцевой ткани.
А вот в начале 20 века, согласно данным «Статистического ежегодника Тверской губернии за 1902 г.», красильный промысел уже был исчезающим. Объяснялось это тем, что «прясть и ткать стали меньше, покупают больше ситец». Появились магазины готового платья.
Красильный и набивной промысел в Тургиновской волости
В конце 19 века в Тверском уезде существовало 24 красильни. Три из них были расположены в Тургиновской волости: в деревне Большие Селищи, селах Тургиново и Дудино.
Известно, что там выполняли заказы местных крестьян на окраску холста, пряжи или на набивку рисунка на ткани.
Изначально это был отхожий промысел, т.е. три обычных крестьянина уходили на несколько месяцев в году работать красильщиками в другую местность, скорее всего, в красильни в больших городах. Например, только в Твери было 7 красильных фабрик (по данным «Сборника материалов для статистики Тверской губернии» В.Покровского, вышедшего в 1877 г., на них работал 21 чел.). На ткацкой и 2-х бумаго-прядильных (Морозовской и Каулинской) тверских фабриках существовали красильные цеха.
Приобретя знания и опыт, найдя средства и купив все необходимое для работы, бывшие отходники стали заниматься красильным промыслом уже в своих селениях.
У красильщика было несколько емкостей для крашения (медные кубы, котлы для варки, большие деревянные кадки), узорные набивные доски с медной набивкой. Подобный «стартовый» набор в те годы стоил около 120 рублей, а в начале 20 века – уже около 200 руб.
В этих трех красильнях использовали индиго и сандал, т.е. окрашивали в синий, коричневый и красный цвета и их оттенки.
Пуд краски индиго стоил 160 руб. Такого количества должно было хватать для окрашивания 12 000 аршин холста.
1 аршин = 71,12 см
12000 аршин = 853440 см ~ 8,5 км
Помимо всего перечисленного красильщик должен был приобретать разнообразные химические вещества, которые использовались для разведения и приготовления красок, а также для подготовки материала к крашению: кислоты, квасцы, купорос, камедь, известь, селитру.
Красильня в Больших Селищах работала круглый год. Крашение могли проводить сразу в трех кубах. Затраты на краски и другие ингредиенты составляли до 100 руб. в год. Красильщик получал валовой доход в размере 300 руб., имея чистой прибыли 100 руб.
Несмотря на то, что в дудинской и тургиновской красильнях работа велась в основном только весной, их доходы были выше. В селе Дудино валовой доход красильни составлял 500 руб., чистая прибыль - 150 руб., в Тургиново валовой доход - 1500 руб., чистая прибыль - 400 руб. Такие данные приводились статистическим справочником по Тверскому уезду 1892 года.
Объяснить расхождения в доходах можно и тем, что в селах собирали больше заказов, чем в деревне, соответственно, больше получая, и тем, что какие-то из приведенных данных ошибочны. Сведения о получаемых доходах приводились, вероятно, со слов самих владельцев красилен и зависели от их честности.
Этим промыслом были заняты не только трое крестьян, владельцев красилен. Нанимали работников. В тургиновской красильне вместе с хозяином трудился 1 рабочий, в красильне в Больших Селищах помогала женщина, хотя это могла быть и жена хозяина.
В «Статистическом ежегоднике Тверской губернии за 1902 г.» «валовой заработок» наемного работника деревенской красильни в губернии за весь сезон определялся в 120-160 руб., а «валовой заработок» хозяина красильни - 200-400 руб.
Окраска 1 аршина холста стоила 2,5-4 коп.,
1 фунта пряжи – 15-20 коп.,
1 аршин набойки – 3 коп.
О красильнях в городах
Услугами красильщиков пользовались не только крестьяне. Правда, уровень городских красилен (красильных фабрик) был на несколько порядков выше деревенских. Это были уже паровые красильни. Помимо работ по окрашиванию тканей, они выполняли также функцию химчисток.
Дамские журналы конца 19-начала 20 веков наперебой советовали своим читательницам выводить пятна в красильнях:
«Трудно и почти невозможно чистить такое светлое платье домашним способом. Вам придется отдать его в хорошую красильню, где вам его сделают как новое» («Новый русский базар», 1893 г.).
«Очень дорогие платья, обезображенные пятнами, лучше всего передавать для чистки какой-нибудь красильне, - не надо на это жалеть денег...» («Хозяйка дома. Подарок бережливой хозяйке дома и заботливой матери семейства», СПб, №48 1903 г.)
В пособии по домоводству «Молодая хозяйка», которое вышло в 1913 г., среди советов, как небогатым женщинам переделать дневное или вечернее платье, дается даже реклама известной красильни в Санкт-Петербурге:
«Большим ресурсом в переделке является кроме того хорошая красильня: совершенно распоротое платье окрашивается в заранее избранный вами цвет, образчик которого вы передаете в красильню (Данцигер, например, на Мал. Конюшенной, 16, хотя правда дорог, но безукоризненно исполняет взятые им на себя перекраски – об услужливости же и любезности его приказчиц могу по собственному опыту отозваться с величайшей похвалой); прежнее ваше платье возвращается к вам совершенно неузнаваемым и, перешитое по моде хорошей портнихой, прослужит вам не один сезон на правах нового.»
Пятна на одежде тогда выводились бензином, что было небезопасно.
Эта красильня Данцигера была питерским филиалом рижской фабрики. Магазин располагался в самом центре Санкт-Петербурга, рядом со знаменитым домом Зингера на Невском проспекте. Фирма занималась чисткой и окраской тканей и платья, помимо Санкт-Петербурга имела магазины в Москве, Риге, Вильне, Минске, Либаве, Ревеле, Орле и Пскове. Владелец давал рекламу своего заведения даже в журнале «Вестник моды для портних», в котором печатались последние новинки парижской моды.
***
Торговля красивой готовой одеждой, пошитой из стойко окрашенных тканей, уменьшение домашнего производства тканей и пряжи привело к исчезновению крестьянских красилен. В книге В.И. Даля «Пословицы русского народа» в разделе о ремеслах можно встретить две маленькие пословицы, которые напоминают об этом скромном деревенском промысле:
«Этого ни забелить, ни закрасить».
«Все закрасится, хорошо будет».
