Вступление русских войск в Варшаву назначено на утро 9 ноября. Накануне вечером, генерал-аншеф Суворов объезжая войска в Праге, отдает приказы войскам вести себя в Варшаве порядочно и мирно, в город вступить с оружием незаряженным и, если случатся выстрелы из окон, то не отвечать. Последний приказ был продиктован тем соображением, что ярость в солдатах, явленная ими всего 5 дней назад, еще не остыла и могла вновь легко выплеснуться на улицы Варшавы, в считанные мгновения затопив их кровью, как это случилось в Праге.
Однако, миролюбивый приказ Суворова русскими генералами выполнен был лишь отчасти. Генерал-майор Федор Федорович Буксгевден отдает тайное приказание головной колонне все же иметь пушки и ружья заряженными. К счастью, эта его инициатива осталась без последствий. Поляки повели себя мирно, и оружие применять не пришлось.
Русские войска приготовились как на парад и глядели щеголями, надев лучшие свои мундиры и начистив до блеска оружие. Даже казаки Исаева против своего обыкновения вычистили лошадей, как отмечает участник и очевидец.
Движение через мост начинается в восьмом часу утра. Первыми идут войска генерал-поручика Павла Сергеевича Потемкина, с казаками Исаева во главе. Замыкает колонну корпус Виллима Христофоровича Дерфельдена. Идут с музыкой и развернутыми знаменами. Перед первой пешей колонной генерал-майора Буксгевдена едет на коне Суворов во главе большой свиты, одетый в обычную кавалерийскую форму, без орденов и знаков отличий.
Представители городского магистрата в черной церемониальной одежде ожидают на варшавском конце моста. Когда Суворов подъезжает к ним, старший член магистрата почтительно подносит ему на бархатной подушке ключи от столицы Польши, а также, передает хлеб-соль и произносит короткое приветственное слово. Александр Васильевич берет ключи, целует их и благодарит Бога за то, что Варшава куплена не такой ценой, как Прага. Он передает ключи и хлеб-соль дежурному генерал-майору Петру Алексеевичу Исленьеву и по-братски обнимается с членами магистрата, а также, и с некоторыми горожанами, обнаруживая при этом непритворное душевное волнение.
С моста войска вступают в город тем же порядком, только теперь генерал Исленьев едет впереди Суворова, торжественно держа на подушке ключи от Варшавы. Вопреки поставленному русским полководцем условию о тишине и покое в столице, город кипит жизнью, дома не заперты, во всех окнах и на балконах любопытные зрители, а на улицах толпится народ. Причем, в большинстве своем — это горожане настроенные доброжелательно. Часто раздается «виват» Екатерине и Суворову. И только немногие выдают протестующие крики. Ни выстрелов, ни беспорядков нет: самые горячие и непримиримые революционеры покинули город.
Когда русские колонны подошли к Кафедральному Собору Варшавы, Суворов на некоторое время останавливает движение. Здесь великий русский полководец прилюдно совершает короткую молитву.
Пройдя город насквозь, русские полки направляются на заранее для них определенные места внутри городских стен, на окраинах Варшавы: корпус Потемкина к стороне Виланова, а корпус Дерфельдена к Моримонту. Суворов заезжает в одну из гостиниц на окраине, где со вкусом обедает, после чего, согласно своему чину, занимает один из роскошных особняков, находящийся неподалеку от одного из русских лагерей.
Магистрат представляет русскому полководцу прусских, австрийских и освобожденных русских пленных. Пруссаков оказалось 500, австрийцев 80, а русских больше всего — 1376. Австрийцы и пруссаки находятся еще в кандалах, в числе же русских оказывается 3 генерала и 3 дипломатических чиновника высшего ранга. Разыгрывается трогательная сцена. Пленники радуются и, падая на колени, благодарят Суворова за свое освобождение.