Некоторое время назад интернет забурлил на тему Жванецкого. Знаменитому сатирику решили установить памятную доску. Тут же нашлась масса людей, заметивших, что как-то шибко заторопились с монтажом таблички. Покойного Михаила Михайловича стали уличать в превратном отношении к России. Обвинители выкладывали на стол противоречивые цитаты. Защитники Жванецкого парировали тем, что раздражающие слова, дескать, вырваны из контекста и, вообще, отстаньте.
Отметились в жарком споре и известные личности. Захар Прилепин привёл отрывок из книги Иосифа Кобзона, в которой Жванецкий представлен, как неблагодарный человек. Тигран Кеосаян отмечал культурную значимость сатирика. Евгений Гришковец, как я понял, в споре не участвовал, но зато сообщил о предстоящем концерте. В нем известные артисты должны читать тексты Жванецкого. Короче говоря, фигура Михаила Михайловича нынче стала волоразделом, расколовшим общество.
Лично себя я не могу назвать поклонником Жванецкого, хотя всем сердцем люблю номера в исполнении Ильченко и Карцева. Также мне милы некоторые жизненные наблюдения сатирика. Чего стоит определение идеальной компании для мужчины: немного знакомых мужского пола и много незнакомых женщин. Здорово подмечено.
Однако на ряду с бесспорным признанием таланта Жванецкого я порой удивлялся его высказыванием. К примеру, у меня на студии есть пластинка Александра Розенбаума. Аннотацию к ней написал Михаил Михайлович.
Вот, кстати, она.
Что меня удивило в тексте Жванецкого, так это его замечание по поводу мастерства Розенбаума, как автора-песенника. Типа того, что слова в песнях по уровню не дотягивают до музыки. То есть Александру Яковлевичу стоит ещё поработать над своими текстами, и вот тогда он может стать настоящим явлением. А на той пластинке, на минуточку, записаны "Вальс-Бостон", "Налетела грусть", "Извозчик"...
Замечание Жванецкого меня даже несколько возмутило. Во-первых, оно было не лишено высокомерия. Во-вторых, я высоко ценю тексты песен Розенбаума. Помню, как обратил внимание басиста нашей группы на пластинку с той аннотацией. Мой коллега - большой поклонник творчества барда и знает не один десяток его песен. Тогда басист довольно точно подметил:
- Да я этого Жванецкого никогда особо не любил. Не доверяю я ему.
Тут нужно пару слов сказать о нашем басисте Лёхе. Парень он деревенский, как говорится, от сохи. Окружение у Алексея по большей части пролетарское. Оно и не мудрено, когда у тебя за плечами годы работы на обувной фабрике. В то же время Лёха отлично эрудирован в плане искусства. Немного у меня друзей, с удовольствием читающих Данте Алигьери и смотрящих на ютубе циклы лекций про Баха, Бетховена, Шуберта, Вивальди...
Тогда-то мне и стала понятна противоречивость фигуры Жванецкого. Простые люди признавали масштаб его дарования, но не считали своим. Тут, кстати, и разгадка странной аннотации к пластинке Розенбаума. Знаменитый бард, как раз всегда был своим для народа. Странное же замечание Жванецкого на счёт текстов песен лично мною считывается, как творческая зависть. Народ не признавал сатирика своим, поскольку своим он был для творческой интеллигенции и тех, кто хотел оторваться от "пролетарского б.дла", примкнув к рядам "интеллектуалов". Действительно требовалась определённая изворотливость ума, чтобы разглядеть, как ловко прячет Жванецкий фигу в кармане. Эта ловкость восхищала. Ну, а факт того, что ты сумел разгадать трюк Михаила Михайловича, дарил тебе ощущение превосходства.
Думаю, что людей, протестующих против мемориальной доски Жванецкому, раздражает не сама доска. Выводят из себя наши деятели культуры, живущие с фигой в кармане, как по отношению к государству, так и по отношению к простым людям. И эти деятели до сих пор сохранили влияние, о чем красноречиво говорит памятная доска почившему сатирику.