Когда-то, курсе на четвёртом, я увлеклась психологией.
Было интересно отслеживать мотивы своих поступков. Ну и понять, что мотивирует остальных на подвиги, чтоб, естественно, крутить эту мотивацию в нужном мне направлении — не без этого.
Я тогда вообще и Ницше зачитывалась, и макиавеллизм был, кстати, тоже мне не чужд, и спать хотелось не более пяти часов в сутки, а слово «лень» звучало вообще абстракцией наравне с поздним Кандинским: где-то про других и из области параллельной реальности.
И пошла я... уж послала так послала ... в широко известный в узких кругах психологический тренинговый центр.
По приколу.
Ну и интересу.
Я вообще делаю что-либо только до тех пор, пока интересно.
Только почему-то на работе по найму задержалась надолго.
Засосало болото мещанское.
Или стабильность затянула, наверное.
Про центр тот особо писАть не буду, ибо быстро поняла, что это тоже про два «Ку» основателю — «Кин-дза-дза» в помощь — и про грёбанные социальные ритуалы в социально-одобряемом контексте.
Но несколько вещей оттуда, частично видоизмененных, частично — нет, живут в памяти до сих пор.
То, что мне никто ничего не должен, но я должна всё всем по кругу и прямо сейчас трансформировалось в «мне никто ничего не должен, но и я тоже никому ничего не должна, все — по обоюдному согласию и рыночной цене».
Дети лишь в эту концепцию не попадают.
Вернее, во вторую её часть.
Им я должна то есть.
Упражнение на спокойное присутствие холерику и тогда давалось тяжело и до сих пор, когда захлёстывает ярость, включается, только если каким-то чудом удаётся про него вспомнить.
Упражнения на нестандартные поступки - это почти про всю жизнь, ибо любое общение почти в любом коллективе — равно выход из зоны комфорта (напомню, Добби — домашний эльф).
Но не суть.
Одним из вариантов нестандартных поступков, придуманным подгруппой, где я по стечению обстоятельств тогда оказалась, стала задача очистить от мусора какой-то парк в Измайлово. Ткнули пальцем в бумажную карту мск, попали в тот район, договорились на вскр — и в бой.
Ко дню Х закупили огромные чёрные мешки (да-да, аналогичные тем, которые позже физтехи в электричке на Дубну продавали) и перчатки, чтоб инфекцию какую не схватить. Кто-то пришёл с лыжной палкой, чтоб не наклоняться за каждой бумажкой и обёрткой, кто-то просто тренировал спину, ну и так далее.
Тренинг тот длился — без преувеличения — весь день. Встретились мы там около семи утра (все, насколько я помню, чего-то стыдились, поэтому надеялись, что мы это быстренько попеределаем, пока народу немного, и свалим).
Надежда оказалась напрасной, потому что парк был велик, нас — человек восемь, мусора — много (ещё раз напомню, это примерно 97-й год, и дворников из дружественных государств в промышленных масштабах ещё не завезли), поковыряться на «отвали» что-то нам тогда не позволяло, поэтому впахивали мощно и завершили уже в сумерках.
Май месяц на дворе, то есть сумерки не ранние.
К нам, естественно, подходил народ.
С вопросами, а чё это мы тут делаем, а сколько нам за это платят, и будем ли мы это делать каждый божий день.
Но вишенкой на том мусорном торте оказался вопрос, заданный миловидным старичком. Звучал он примерно так: а какая секта вас завербовала, — и не походил на шутку. Дедок тот потом ещё какое-то время за нами шастал и на полном серьёзе рассказывал про деструктивные культы, ну, то есть про то, как он их понимал.
А мы наивно полагали, что «что бы я не делал, количество добра в мире должно увеличиваться».
И лишь одна старушка сказала спасибо.
А я не знаю, зачем это написала.
Время свободное было — раз, в Измайлово сгоняла и вспомнилось некстати — два.
...и чушь прекрасную несли — три.