Ядовитый борщевик Сосновского за последние годы колонизировал огромные территории в Северо-Западном и Центральном регионах России. Московская, Ленинградская, Тверская, Воронежская, Псковская и другие густонаселённые области страны захвачены борщевиком. Форсировав Волгу, сорняк уже обживается на Урале. Нашествие зарослей борщевика становится ни чем иным, как настоящим национальным бедствием.
Сразу надо определиться, что речь идёт не о борщевике «Сибирском обыкновенном», а о борщевике Сосновского (Heracleum sosnowskyi) – опаснейшем для человека растении, сок которого под воздействием солнечных лучей оставляет на коже сильные ожоги, вплоть до летального исхода.
Уверенному захвату территорий способствует быстрый рост, высокая скорость размножения и стойкость к заморозкам. Сорняки ему не помеха – сам сорняк.
Размножиться и захватить обширные территории зонтичный гигант смог благодаря тому, что начиная с 50-х годов прошлого века, борщевик рассматривался как растение, которое вполне подходит для корма сельскохозяйственного скота. Что в тот период было очень важно для подъёма экономики страны.
Борщевик стали высаживать на полях и вдоль дорог. Создавались даже отдельные команды, в чью задачу входило «осеменять» пространства в европейской части страны. Автор этого материала знал бывшего советского военнослужащего Семёна Ёлкина, который с группой солдат выполнял приказ по засеиванию колхозных и совхозных земель на территории подмосковного Клина.
В качестве забавного отступления. Депутат Госдумы Тимофей Баженов допустил, что борщевик в России – это бактериологическая война США против России.
Позже выяснилось, что коровы, в чей рацион входил борщевик, давали горькое молоко, силос из него коровы ели без энтузиазма. Если парнокопытных кормили только борщевиком, то телята у них рождались слабыми.
Но, процесс колонизации земель борщевиком было уже не остановить. Культивация вышла из-под контроля и заросли Heracleum стали расползаться по стране. В силу своих размеров (до четырёх метров) и живучей корневой системы, борщевик стал вытеснять другие растения, нарушая экосистему - подавлять другие виды трав, не оставляя им никаких шансов.
К 60-м годам распространение «зелёного оккупанта» не то что бы остановилось, снизило темпы. Но в 90-е наступили экономические потрясения. Колхозы и совхозы развалились, на землях, особенно в центральной части России, поля забросили и перестали обрабатывать. Идеальные условия для борщевика! Чем он и воспользовался: наступление на территории возобновилось с новым азартом.
Казалось бы, при достаточном финансировании планомерно и методично если не полностью уничтожить вредителя, то свести его популяцию к минимуму, можно. И начинать надо с заброшенных полей, которые являются основными базами для расширения колониальной экспансии. Но, как оказалось, именно поля стали главной проблемой в решении проблемы.
После развала социалистической системы хозяйства, в стране началась приватизация. Сельские труженики получили право на владение земельными паями бывших коллективных угодий. Каждый пай был от 1 до 10 гектар. Но паевая система распределения не имела определённых границ участков, в целом они общие для всех, без разграничений. Ситуация получилась следующая: я хочу обрабатывать землю, а мой сосед нет. Но если я возьмусь за работу, то я буду вести хозяйство также на территории соседа. Земля-то общая, только паевая, и потом сосед потребует свою часть урожая. Такой расклад людей не устроил.
Это послужило тому, что сельчане сразу же откликнулись на предложение продать свои паи. Покупателями оказались представители крупного бизнеса. Через своих эмиссаров, которые расплачивались за пай или небольшими деньгами, или просто бутылкой водки, скупались огромные территории бывших сельхозземель. В дальнейшем эти земли оставались невозделанными. Но латифундистов это мало беспокоило, так как земля всегда была надёжным бизнес-активом – цена на неё никогда не падала.
Конечно, в основном скупались поля расположенные возле крупных городов или центровых автотрасс для того, чтобы потом на них можно было построить коттеджные посёлки, предприятия или логистические комплексы. Но для реализации таких проектов необходимо время и найти инвестора сложно. Выращивать сельхозпродукцию на купленных площадях отечественный бизнес мало заинтересован - много вложений, большой результативный срок и значительные риски. Поэтому поля простаивают уже десятки лет, зарастая плантациями гигантским ядовитым сорняком.
Никакие законы, постановления и штрафы для того, чтобы хоть что-то предпринималось на этих земельных участках, не действуют. Лендлордам проще заплатить санкционные взыскания и оставить всё как есть, чем вкладывать капиталы в освоение земли или даже просто проводить работы по уничтожению борщевика. Все платежи, какой бы величины они не были, очень быстро покроются с продажи полей.
Вывод не утешительный: война с зелёными оккупантами обречена на провал. Борщевик и дальше будет расползаться по стране «зелёным оккупантом». А государство будет довольствоваться штрафами с крупного бизнеса и с дачников. Сейчас депутаты ГД рассматривают законопроект, который обяжет владельцев земельных участков бороться с борщевиком. Иначе штраф.
Сергей Заведеев
