Роддом. Ночь.
В родблоке помимо прочих роженица Юля. Срок у неё 39 недель, роды вторые. И вроде бы все идёт неплохо, но... КТГ становится хуже - появляются первые признаки гипоксии. Раскрытие 5 см, то есть родить вот-вот прямо сейчас не получится. Пациентке предлагают кесарево сечение.
Юля категорически отказывается. Мотивы её - "я не хочу операцию, я не хочу шрам на животе". Все доводы о здоровье ребенка игнорируются.
Пока нет письменного согласия на операцию, ничего сделать нельзя. Буквально: ходи вокруг этого аппарата КТГ и смотри, как медленного умирает плод. Врачи между собой совещаются и приходят к выводу, что беременная не до конца отдаёт отчёт своим действиям. И вызывают психиатрическую бригаду.
Вообще психиатрическая помощь тоже может быть оказана только по информированному согласию пациента. Но в той ситуации прикрылись возможным вредом, который может причинить пациентка себе и ещё не рожденному младенцу.
Приехали, осмотрели, побеседовали. Дали заключение, что все в пределах нормы, свою волю изъявлять может. Уехали.
Через полчаса ситуация по КТГ ухудшается. Снова уговоры на операцию, снова отказ: "Первого родила и этого рожу. Нечего мне тут скальпелем угрожать." Врачи родблока идут на крайние меры - снова вызывают психиатрическую бригаду. Те через какое-то время (на редкость, быстро, кстати) приезжают. Выслушивают доводы дежурной бригады, выслушивают Юлю, которая, к слову, к тому моменту вообще какой-то бред стала озвучивать. Дали заключение: пациентка находится в состоянии, при котором не может выражать свою волю и отдавать отчета в происходящем и возможных последствиях происходящего.
Собственно, дежурной бригаде это и надо было. Они быстренько за всеми подписями оформили консилиум и галопом помчались в операционную. Детские врачи были предупреждены сильно заранее и ждали уже младенца с протянутыми руками.
Интубация, через 4 минуты извлечение: 3 балла по Апгар. Ребёнок даже не пискнул. Реанимационные мероприятия, искусственная вентиляция лёгких, гипотермия (заморозка, по простому - снижение температуры тела для замедления отмирания повреждённых при гипокии клеток мозга).
У Юли послеоперационный период прошёл без особенностей. На пятые сутки её выписали из послеродового отделения, и она сразу легла в отделение патологии новорожденных: ребёнка к тому времени уже перевели из реанимации.
Живая роженица, живой новорожденный, всех благополучно выписали - дежурная бригада той "психической" ночи выдохнула.
А через полгода прилетела повестка из суда. Юля подала иск к врачам. Если кто-то думает, что это случилось из-за операции, проведённой не по её воле, то ошибаетесь. Суть обращения была следующей: врачи должны были раньше признать, что она не контролировала себя, соответственно, раньше прооперировать. В такой ситуации ребёнок получил бы меньшую степень гипоксии и неврологические последствия были бы минимальные. Ну или отсутствовали вовсе.
Суд она проиграла. Врачей роддома спасло первое заключение психиатрической бригады.