Ведущий «Футбольного клуба» Василий Уткин умел влюблять в себя и раздражать одновременно. Комментатор всегда по-особенному относился к работе, поэтому навсегда останется в истории отечественной журналистики. Вечером 19 марта его не стало. О том, почему кто-то вряд ли потянет уровень Уткина, в колонке для «360» порассуждал писатель Платон Беседин.
Далее — его прямая речь.
На 52-м году жизни ушел Василий Уткин. Легендарный футбольный комментатор. Собственно, для меня это голос из детства, голос, с которым я влюблялся в футбол.
Василий Уткин родился в Балашихе, а начинал работать на телевидении в программе «Политбюро», затем делал новостные сюжеты. Футбол в его судьбе появился позже — в 1994-м: и это был мощнейший заход. С козырей, что называется. Уткин стал делать программу «Футбольный клуб». Уверен, болельщики помнят ее. Какие словесные конструкции создавал там Василий! Хармс и Синявский благосклонно улыбались.
Вообще это было то потрясающее время, когда, несмотря на безумие, хаос, лихолетье в стране, на телевидении экспериментировали и делали по-настоящему классные передачи. Причем, что касается футбола, то было своего рода противоборство комментаторских цехов: один на ОРТ (Первом канале), другой на НТВ. Гусев и Перетурин против Уткина и Маслаченко. Как вариант.
Конечно, Уткин не ограничивал себя исключительно футболом, спортом. Он вел и развлекательные передачи. Но запомнили его именно что по футбольным перипетиям. Подборки его комментаторских перлов неизменно находятся в топе различных социальных сетей. А какие виражи он выдавал на комментаторской дорожке, записанной для компьютерных игр! Но в том был и минус.
Он был слишком ярким, обособленным, нестандартным. Потому, когда журналистика начала сводиться к «стандартам» (не в лучшем смысле этого слова), стало очевидно: Уткина на новом телевидении не будет. Там полюбили однотипных, туповатых, лебезящих перед определенными структурами. Василий же был бунтарь, панк, но панк поразительно начитанный. Внутренне он был как Генри Роллинз из Black Flag; только внешне наоборот. Американский панк был качком, Уткин отвечал за бодипозитив. Но мыслили оба вне принятой парадигмы — мыслили классно.
Уткин запоминался именно нестандартностью. Он влюблял, он очаровывал, он раздражал. Причем отношение к нему менялось — оно априори не могло оставаться константой. Слишком разным, увлекающимся он был. Но в том и крылся секрет величия Уткина. Он шел против установленных норм, правил. Невозможно было представить Уткина скучным, пресным, предсказуемым. Нет, Василий всегда отжигал.
То, что с такой жизнью и с такими привычками жизнь его не протянется долго — это, к сожалению, было понятно. И ушел Уткин как рок-звезда. Ладно, почти как рок-звезда. Он был вольным художником — и в футболе ему было слишком тесно. Уткин всегда расширял пространство борьбы, искал новые формы. Он был тем, кто превратил спортивную журналистику во что-то особенное, наполнив его своими особыми нарративами. Потому его смерть вызвала столь мощные эмоции у многих.
И еще одно — банальное, хрестоматийное, но максимально точное. Будет ли тот, кто потянет уровень Василия Уткина? Кто может быть столь же ярок? Смена поколений — обыденная штука, да, но в то же время весьма неприятная. Я сказал об Уткине, огненном, ярком профессионале, но вот еще пример: в прошлом году ушел из жизни Артем Франков. Это абсолютная легенда украинской спортивной журналистики: человек, который был главным редактором еженедельника «Футбол» — издания абсолютно культового. Данный еженедельник читался как книга.
Уткин и Франков были товарищами. И, думая об этих людях, людях такого масштаба, всякий раз задаешься вопросом: «А кто вместо?» — и не находишь ответа. Что-то особое должно произойти, дабы мы все отыскали ответ. И дождались тех, кто придет в профессию как в искусство.