Найти в Дзене

Франсиско Гойя. Лучшие картины раннего периода

Одно из направлений в искусстве XIX века – романтизм, с которого он, в сущности, и начался. Большое значение фантазии и воображения. Противопоставление мифа и реальности. Внимание к необычному и иррациональному. Признание огромной роли личности, ее внутреннего мира, действий и жизненной борьбы. Все сказанное выше имеет отношение к творчеству великого испанского художника Франсиско Гойи. Он был первым и крупнейшим мастером, с необычайной яркостью и полнотой воплотившим новое романтическое миропонимание. В его искусстве, кроме того, утверждаются принципы и многих последующих художественных явлений. Как сказал Лионелло Вентури, искусство Гойи – это «открытая дверь, через которую должна была пройти вся лучшая живопись 19 века». Гойя – испанец по рождению, всю жизнь был связан с судьбой своей родины, пережившей в XVIII веке далеко не лучшие времена. На протяжении многих десятилетий она была страной отсталой не только в экономическом и политическом отношении. Это было время значительного кул

Одно из направлений в искусстве XIX века – романтизм, с которого он, в сущности, и начался. Большое значение фантазии и воображения. Противопоставление мифа и реальности. Внимание к необычному и иррациональному. Признание огромной роли личности, ее внутреннего мира, действий и жизненной борьбы.

Все сказанное выше имеет отношение к творчеству великого испанского художника Франсиско Гойи. Он был первым и крупнейшим мастером, с необычайной яркостью и полнотой воплотившим новое романтическое миропонимание. В его искусстве, кроме того, утверждаются принципы и многих последующих художественных явлений. Как сказал Лионелло Вентури, искусство Гойи – это «открытая дверь, через которую должна была пройти вся лучшая живопись 19 века».

Франсиско Гойя
Франсиско Гойя

Гойя – испанец по рождению, всю жизнь был связан с судьбой своей родины, пережившей в XVIII веке далеко не лучшие времена. На протяжении многих десятилетий она была страной отсталой не только в экономическом и политическом отношении. Это было время значительного культурного застоя, особенно по сравнению с «золотым веком» испанского искусства и литературы в XVII веке. Абсолютизм, инквизиция, нищета народа, отсутствие реальных общественных сил, способных противостоять старому порядку – кажется невероятным, что именно эта страна дала миру великого художника, не только с беспримерной яркостью выразившего свою эпоху, но и далеко ее опередившего, не только взглянувшего, но и шагнувшего в будущее.

Талант Гойи формировался и мужал в преодолении драматических превратностей истории и собственной судьбы. Он родился в местечке Фуэнтодом близ Сарагосы в семье позолотчика. И хотя его предки со стороны матери принадлежали к обедневшему арагонскому дворянскому роду – он чувствовал себя связанным с испанским простым народом. Это означало не только сочувствие и интерес к обычному люду, но и особое, независимое и горделивое самосознание. Они стали стержнем творчества Гойи.

Он говорил, что мало обязан своему первому наставнику. Его первыми учителями были – «Веласкес, Рембрандт и природа».

Ранние работы художника – «картоны» - 50 художественных композиций. Именно в этих сценах народной жизни и светских развлечений впервые за изяществом галантных празднеств и жанровых картин мы впервые ощущаем собственную творческую личность Гойи – в свободе и непринужденности композиций, в звучном колорите, а главное – в поразительной, подчас доведенной до гротеска выразительности лиц и движений, открывающей нечто неожиданное, непредсказуемое во внезапном взгляде, жесте, мимике.

Зонтик. 1777.
Зонтик. 1777.
Продавец посуды. 1779
Продавец посуды. 1779
Жмурки. 1791
Жмурки. 1791

Картины принесли живописцу известность и официальное признание. Он стал придворным художником, но был чужд придворных нравов. Гойя был рожден независимым, свободным бунтарем, и эти черты его темперамента и характера постоянно проявлялись в его жизни и искусстве.

Ранние работы Гойи смело и откровенно обнажают характер и внутреннюю жизнь своих моделей. Художник часто бывает непосредственно эмоциональным, а порой и дерзким в их оценке.

Среди ранних работ художника много парадных женских портретов. С мастерством, не лишенным оттенка иронии, передает он изящество и обаятельную грацию светских красавиц, нередко пренебрегая реальными пропорциями, изображая фигуры слишком тонкими, руки и ноги неправдоподобно маленькими. Эта произвольность – отличительная черта искусства Гойи, который, внимательно изучая натуру, никогда не был ее рабом.

Характерный пример - портрет маркизы Анны Понтехос, в котором изысканность рисунка сочетается с утонченной красотой цвета – серебристое платье оттеняется розовыми лентами.

Портрет маркизы Анны Понтехос. 1787
Портрет маркизы Анны Понтехос. 1787

К шедеврам относятся и две схожие работы: "Маха одетая" и "Маха обнаженная", отсылающие к произведениям Веласкеса.

Маха одетая. 1802
Маха одетая. 1802
Маха обнаженная. 1802
Маха обнаженная. 1802

Махи словно вступают в непосредственный контакт со зрителем, смело фиксируя его пристальным взглядом огромных черных глаз. Это одно из самых совершенных и оригинальных изображений наготы.

Гойя со временем постепенно вошел в круг просвещенных и свободомыслящей аристократии. Приобщился к либеральным настроениям, исходящих от Великой Французской революции. В идеях просветителей он начинает воспринимать и испанскую действительность. Пример его выражения интереса и сочувствия к революционной Франции - портрет Фернана Гиймарде, посла Директории, прибывшего в Мадрид.

Портрет Фернана Гиймарде. 1798.
Портрет Фернана Гиймарде. 1798.

Одним из факторов, повлиявших на изменения в его творчеств,е стала тяжелая болезнь 1792 года, после которой он потерял слух. Его искусство стало другим – более глубоким, сосредоточенным и драматичным.

Свидетельство тому – одна из первых, написанных после выздоровления работ – «Дом умалишенных».

Дом умалишенных. 1794
Дом умалишенных. 1794

В картине главное – трагическая изоляция больных друг от друга и от остального мира. Прижатые к нижнему краю небольшого холста, они воспринимаются как воплощение безысходности. Большую часть композиции занимает пространство, не имеющее границ, уходящее в бесконечность, враждебную и чуждую человеку. Картину можно понимать, как метафору безумного, страдающего и потерянного мира.

Эта картина стала своего рода прелюдией к одному из центральных произведений Гойи – графической серии «Капричос».

Гойя работал над ней в 1797-1798 годах. Серии предпослано предисловие, в котором художник раскрывает свой замысле. В его основе «критика человеческих заблуждений и пороков».

Автор «выбрал среди множества сумасбродов и заблуждений, присущих каждому обществу…и среди предрассудков и пошлых обманов, опирающихся на обычаи, на невежество или выгоду, именно те, которые он находил подходящими для насмешки и в то же время возбуждающими фантазию художника».

Он не имел намерения осмеять какого-либо индивидуального лица, ибо живопись вбирает из вселенной то, «что наилучше соответствует ее целям, она соединяет в едином вымышленном образе явления жизни и свойства характера, которые природа рассеяла повсюду; благодаря такому искусно построенному сочетанию получается удачное подражание, в силу которого художник и именуется творцом, а не покорным копировщиком».

-10

Серия открывается автопортретом художника. Горестное выражение его лица вводит в трагическую интонацию всего цикла, который не имеет последовательного сюжета, но проникнут единой мыслью о том, что в мире господствует ложь, лицедейство, подлость и жестокость, что красота и молодость попираются пороком, человеческая глупость становится легкой жертвой обмана.

Серия работ - причудливый калейдоскоп реальных жизненных ситуаций и фантастических сцен.

-11

Темные силы зла воплощены в образах ведьм, чертей, домовых. Люди также принимают звероподобный облик, а звери ведут себя как люди. При этом все гармоничны, невозможно провести грань между реальным и фантастическим.

Ключевой лист серии – 43-й – «Сон разума рождает чудовищ», изображающий спящего человека (автопортрет Гойи) и рой витающих над ним монстров, сопровождает многозначительный комментарий: «Воображение, покинутое разумом, порождает немыслимых чудовищ; но в союзе с разумом оно – мать искусств и источник творимых им чудес».

Сон разума рождает чудовищ
Сон разума рождает чудовищ

Далее следуют новые образы трагической и позорной судьбы человека в мире, покинутом разумом. Неприглядные сцены словно затянуты мраком, колеблющимся, динамичным, то открывающим путь слабому свету, то сгущающимся во мглу. Только в некоторых свет побеждает тьму, как в последнем листе серии – «Уже пора», где лучи утреннего света наступают на бесов и домовых, но те не исчезают, а превращаются в людей, натягивая одеяния священнослужителей.

Уже пора
Уже пора

В этих «кровоточащих сатирах» воплощается сложное восприятие мира в его контрастах и коллизиях, в его безобразии, в страшных и жалких, уродливых сторонах.

Сложности мира соответствует и сложность структуры «Капричос». Реальные образы соседствуют с мифическим, бытовые сцены - с иносказаниями. И все это объединено авторским взглядом, критическим гротескным и ироничным, не исключающим элемент игры.

Рожденные современной жизнью «Капричос» выходят по своему значению за рамки определенного места и времени и превращаются в универсальный образ человеческих страданий и пороков, страстей и заблуждений. Столь же широкий смысл приобретают и многие другие работы художника...

Продолжение скоро...

А какие у Вас любимые картины испанского художника?

P. S. Если Вам понравилась статья, то подписывайтесь на наш канал в телеграмм. Там Вас ждет много разнообразного контента об искусстве в прошлом и настоящем:

ИЛИ | искусство люди история

Если же Вы сами хотите начать творить красоту (в дизайне, фотографии или любой другой области), то смело заходите на наш сайт, где мы подберем Вам специальную программу обучения:

ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ТРАЕКТОРИИ