— Если возвращаться, то мы должны делать это с высоко поднятой головой, со своим флагом и прямо смотреть всем в глаза. Мы не сделали ничего предосудительного, особенно того, что нам приписывают.
Когда я задавал этим людям вопрос по бомбардировкам Ливии, Йемена, Ирана, они отвечали: «Это же НАТО, это не мы». И я удивлялся — как же так, если норвежский летчик в том числе сбрасывал бомбы, пусть и в составе НАТО. И все равно ответ был: «Это по приказу НАТО, это не мы». Но ведь у людей всегда есть выбор. Они могут отказаться. Но находят обоснования таких серьезных конфликтов. А нам не прощают СВО.
— Елена Вяльбе тоже всегда подчеркивает: «Если возвращаться на международные старты, то со своим флагом».
— У Елены Валерьевны, как у нормального руководителя, всегда есть свое мнение и взгляды. Естественно, она дает рекомендации спортсменам и объясняет — как, что и почему. Многие же спортсмены, которые пытаются поехать на соревнования под нейтральным статусом, думают, что это будет как в 2018 году.
— А это не то же самое?
— Абсолютно не то же самое. Это дискредитация и просто унижение человеческого достоинства. Все сделано как раз для того, чтобы мы не приехали. А тех, кто приедет, хотят показать беженцами, униженными, оскорбленными. Поэтому я даже не слышал среди лыжников сборной разговоров по поводу нейтрального флага, и возможно ли это вообще сделать.
Последуют же очень тяжелые последствия для человека после Олимпийских игр в случае его согласия. Не в плане преследования, в плане материальном. Человек должен будет отказаться полностью от государственной поддержки, у него не будет финансирования — ничего. Спортсмена реально пытаются поставить на уровень беженца из любой африканской страны, которого надо просто пожалеть. Якобы человек раздавленный, не любит свою страну и поэтому находится здесь. Прочитав внимательно все условия для нейтрального спортсмена, думаю, откажутся абсолютно все.
— Считаете, в 2024 году на летние Игры никто из России не поедет все же?
— Нет. Некоторые будут. Был же фильм «Увидеть Париж и умереть». Здесь то же самое. Важна цель съездить в Париж… Но на мой взгляд, это просто неприемлемо, — сказал Бородавко.
