Начало:
Спустя четыре дня из города возвращается отец. Приговор мне вынесен- свадьбе быть! К выходным ждем жениха.
С этого момента начинается другой ад. Теперь мать воет, как я всем должна. Должна родителям, за то, что не выгнали, приютили, сестрам за смекалку, и Константину, за то, что мой позор на себя берёт. Мать наставляет- быть кроткой, терпеть, быть благодарной. А я не могу поверить, что все это происходит со мной и в реальной жизни.
Утро в деревне, независимо от времени года, всегда раннее. Для меня сейчас это больше плюс, чем минус. В делах и хлопотах, хоть не на долго, но получается забыться. Родители во дворе, кормят скотину, убирают там. Ставлю в печь пироги, беру ведра, чтобы принести воды и уже в дверях сталкиваюсь с мужчиной. Отскакиваю в сторону, пугаюсь, мужчина стоит у входа и рассматривает бегло меня.
- За водой?- вдруг спрашивает ровно, но слегка осипшим голосом, а я, словно язык проглотила, только сейчас доходит, что Константин передо мной. Молча забирает ведра и уходит.
Наблюдаю украдкой через окно, а сердце колотится, как сумасшедшее. Движения уверенные, спокойные. Высокий, худощавый на первый взгляд. Мать выбегает на улицу, суетится вокруг него, Костя же спокоен, безэмоционален.
- А мы завтра тебя ждем!- кудахчет мама,- Ну да ладно, как раз к пирогам.
-Мне заступать в воскресенье,- басит ей в ответ.
-А мальчики с кем?
-С матерью моей.
Я, словно тень, еле двигаюсь, накрывая на стол, но все время чувствую на себе его взгляд, мамин голос где-то раздается фоном, не могу разобрать ни слова из ее речи.
Как только стол накрыт, скрываюсь в чуланчике, нужно спрятаться. Развожу бурную деятельность, разбираю тихонько кухонную утварь, протираю по десятому разу столы, фасады шкафчиков. Не могу описать свое впечатление об этом мужчине, но есть в нем что-то, что заставляет меня паниковать. Может мне так только кажется? Как же жить я с ним буду? Если в его присутствии слова вымолвить не могу, а единственное, о чем мечтаю, так это стать пылинкой крошечной и не заметной.
Слышу, как хлопает входная дверь, а через несколько минут замираю, потому что спину мне печет чей-то взгляд. Оборачиваюсь, Костя стоит в проеме, упираясь плечом об косяк и сложив руки на груди, рассматривает меня.
- Не помню тебя совсем,- говорит с усмешкой.
-Я Вас тоже не особо запомнила,- пожимаю плечами и не представляю, куда спрятать глаза.
-Ладно, Тая, я с суток сегодня, отосплюсь и поедем, соберешься за день?
-Как поедем? - начинаю паниковать,- Не расписаны же! Куда поедем?
-Здесь тебе не место, ни больницы нет, ни удобств, народ злой, нечего тебе здесь делать. Сразу тебя заберу, а там сходим, заявление подадим и распишемся. Мне в ухаживания играть некогда, сама понимаешь дети маленькие дома, да и у тебя срок поджимает.
-Я не готова!- начинаю оправдываться и пятиться назад,- Мы даже не договорились еще....
-Не бойся, я тебя не трону!- вдруг перебиват меня,-Все, что нужно мне- чистые, накормленные дети, убранный дом и готовый ужин. В еде я не привередливый, домашним уютом тоже не избалован, сложностей здесь не будет. Да и мальчишки у меня хорошие, с ними тоже не будет проблем. А что до всего остального, так договариваться будем, но потом, сейчас устал я. Давай сегодня вещи собери, чтобы нам утром пораньше выехать.
Только сейчас до меня начинает доходить смысл происходящего, все, что казалось далеким, что должно произойти ещё не скоро, вдруг настигло меня.
Надо бежать обратно в город, может устроюсь куда, комнату дадут, может угол какой сниму. Не получится у меня с ним, не смогу. Страшный он, угрюмый, голос грубый, разговаривает, будто приказы отдает, уеду, одна с ним буду, ни помощи, ни поддержки, пожаловаться не кому, не кому защитить. Я против него тростинка, захочет обидеть, так даже усилий не приложит. Надо бежать.
Мать с отцом переговариваются между собой, собирают меня, достают посуду, что в приданое припасена, постельное, занавески. Мать с гордостью каждую вещь мне показывает, не стыдно с таким приданым.
-Хоть бы отблагодарила, мы с отцом спину гнули, копили, доставали, а ты нас опозорила! Могли бы вообще без всего тебя оставить, так жалко дуру!
Я снова реву, не убегу никуда, не получится. В городе тоже одна буду, а здесь крыша над головой, да и дети, родная же кровь! Мысли путаются в голове, все плохо, но поделом мне, сама у себя жизнь украла, теперь расплачиваюсь. Ох, не раз еще прольются мои слёзы. Отец тащит из чулана бабкину швейную машину.
-Вот, чего валяться ей, забирай! Там еще тряпья сундук...
-Не, тряпье точно не возьму, и эту бандуру не нужно,- указывает на швейную машинку только что проснувшийся Костя.-Только место займет. Вообще, у нас есть все, одежду собрала бы свою и хватит!
Родители пожимают плечами.
-Нет!- выкрикиваю я, словно протестую, хоть в чем-то пытаюсь себя отстоять, -Возьмем и машинку и сундук с отрезами бабушкин! Мне это нужно.
Шить я люблю, в работе буду забываться, для меня шить, как дышать.
-И правда, Кость, что она зря на швею училась, может польза в доме будет.
-Не знаю, какая там польза...-разводит он руками, снова пристально выглядываясь в мое лицо, вдруг улыбнулся еле заметно,-Ладно, швея, так швея, заберем.
Занимаю себя делами, строго слежу, чтобы машинку уложили в УАЗик, растягиваю этот вечер, как могу. Пусть остановится время!
Костя помогает отцу что-то мастерить, чистит им дорожки от снега перед домом и к погребу, натаскивает воды. А я шарахаюсь от него, как от чумы, только заслышав звук шагов.
Вечер перетекает в ночь, я не сплю, не плачу, просто лежу, мне кажется, что и мыслей в голове моей нет.
Утром копаюсь с завтраком, как можно дольше, мать это злит, она тихо шипит на меня в чулане. А я продолжаю надеяться, что вот-вот Костя передумает и уедет один.
-Ты бы поела,- касаясь моей руки, говорит, когда я в очередной раз пробегаю по вымышленным делам,-Ехать долго, да и дома нас не ждет никто.
От его прикосновения кожа горит, как от ожога, он не отпускает, смотрит прямо в глаза, не могу ни ответить, ни руку убрать.
-Правда, Таисия,- с нажимом говорит мама,- Поесть тебе нужно.
Молча сажусь за стол, кусок в горло не полезет наверное, все содержимое стола сливается воедино, но стук тарелки, что опускается передо мной, приводит в чувство. Еще секунда и она начинает заполнятся кашей, рядом появляется кусок пирога и чай.
-Сахара сколько?- спрашивает Костя. Это он заставляет меня есть.
-Я без сахара пью,- бубню в ответ.
-Ты спала плохо, вон синяки какие под глазами, лучше сейчас с сахаром попить,- больше не спрашивая ничего, кладет мне в кружку три чайные ложки, сам размешивает. Благодарю его кивком головы и к своему удивлению, съедаю все, что было передо мной, а ещё выпиваю сладкий чай.
-Как жить-то с тобой будем, Тая?- спрашивает он, нарушая тишину в машине, где-то через час нашего пути, пожимаю плечами в ответ, он ухмыляется, -А ждать когда?- глазами показывает на живот.
-К концу мая наверное.
-К маю- это хорошо! Хороший месяц. Майку, значит будем жать?
Не знаю почему, но улыбаюсь его словам, немного успокаиваюсь и в итоге засыпаю.
Продолжение:
Ссылка на всю историю: