- Бедовая девка будет. – сказала бабушка, как только ей привезли Лерку в гости. Прыткая пятилетняя девочка уже вовсю обследовала дом, в котором прежде не была, пока её родители чинно пили чай на кухне вместе со старшей родственницей.
Всё в этой двухкомнатной квартире дышало чистотой и стариной. Громоздкие шкафы и замысловатые старые часы; ковры и коллекция фарфоровых зверей, которые пялились на гостей из-за прозрачных дверок древнего серванта. В этом доме было много антиквариата и старых вещей, и бабушка тщательно сохраняла их, отказываясь от новой мебели и ремонта. Она вообще была женщиной очень консервативной, и на мужа дочери смотрела с лёгким презрением – нашла кого выбрать, обычного работягу! И всё равно, что они любит друг друга, и хорошо он зарабатывает, и всё равно! Но дочь всё равно вышла за него замуж и жила вполне счастливо, чем бесила мать. Не такой судьбы она желала для дочери, не такой! Поэтому мать и дочь находились в весьма напряжённых отношениях, и за пять лет Зинаида видела внучку от силы раза четыре. Не хотела она с внучкой встречаться – слишком много в ней было черт от ненавистного зятя.
Но, без всякого сомнения – Лера была очень красивой девочкой. Белокурые волосы, серые глаза и ангельское личико, а ещё смешливый характер и очаровательная улыбка. Мало кого могла девочка могла оставить равнодушным, и сразу находила себе друзей в любой компании.
Но вот бабушку никак не воспринимала, отзеркаливая её отношение.
- Мама! – Дочь возмущённо закатила глаза. Зинаида сама пригласила их в гости, и ей казалось, что это будет шаг к примирению. Но видя, как мать поджимает губы при виде зятя, который с удовольствием возился с дочерью, понимала – нет, не будет никакого примирения, видимо уже никогда.
- Что мама? – Недовольно уточнила Зинаида, которая не могла избавиться от чувства раздражения, следя за тем, как зять чай пьёт. Вроде ведь пил как и все, а всё равно ей на него противно было смотреть! – Слишком красивая девочка. У такой счастья в жизни не будет.
- Не говори ерунды, мама. – Попросила дочь, которая видела – Зинаида хочет уколоть побольнее.
А ещё раньше, когда они с мужем только встречаться начали, так старалась их развести, говорила, что Леночка создана для брака с сыном их знакомых профессоров. И подзуживала, и врала откровенно, и дочь грозилась запереть, и никуда не выпускать. Даже на работу к обоим ходила, пыталась что-то предпринять! Молодые тогда собрались и просто уехали в соседний город, предварительно расписавшись, и с Зинаидой прервали все контакты. Потом общение потихоньку восстановилось, но супружеская пара не хотела, чтобы мать Лены вмешивалась в их жизнь, поэтому встречались они редко, да и бабушка особо не рвалась общаться с внучкой. Она упрямо считала, что дочь должна выйти замуж за профессорского сына, и в последние годы только об этом и говорила, когда дочь звонила ей, чтобы справится о здоровье. Лена не знала, что Зинаиду поджимает время, и ей нужен «нормальный» внук.
Сама Зинаида действительно торопилась. Условия договора требовали предоставить её первого ребёнка дочери, чтобы передать ему или ей дар, и тогда Зинаида сможет уйти спокойно. Но первый ребёнок был от неудачного мужчины, и никакого дара не мог наследовать! Вот она и старалась, наседала на дочь, в надежде, что она послушается мать и выполнит её волю.
Попив чаю муж с Лерой ушли ждать Лену в машину, и Зинаида попыталась уцепиться за этот шанс:
- Ну ты же видишь, что ничего путного у тебя в семье не происходит! Да ещё и девочка полностью в породу его пошла! Пора бы уже образумиться, дочь!
- Мама, ты что, совсем с ума сошла? Почему ты так говоришь о моём муже и о моей дочери? – Лена замерла в прихожей, пристально смотря на мать.
- Да какой он тебе муж! Голь перекатная! Иван, между прочим, до сих пор свободен! Так что давай. Заканчивай глупостями заниматься, и переезжай обратно! Иван очень хорошая для тебя партия, и детки у вас будут достойные!
- Мама, я не породистая корова, которую нужно сводить со столь же породистым быком. – Устало проговорила Лена, которая вдруг окончательно осознала, что мать никогда не изменится, и не примет её семью. Никогда. – Всё мама. Моя семья тебя не касается.
Она ушла, хлопнув дверью, а Зинаида ещё некоторое время стояла в коридоре, гневно смотря вслед дочери. Глупая, маленькая… Зинаиде нужен нормальный внук или внучка, а не это белокурое создание, которое явно никаким даром не обладает! И откуда в дочери такое упрямство? Из отца её Зинаида сделала удобного себе человека, и была настолько в себе уверена, что упустила дочь из виду! А та воспользовалась возможностью и попросту сбежала от неё!
Пожилая женщина, недовольно поджимая губы, отправилась в одну из комнат, которая обычно была закрыта.
Да, дочь не унаследовала её дара, но иногда ведь и через поколение наследуется, поэтому и хотела Зинаида, чтобы дочь вышла замуж за сына таких же потомственных ведунов. Да, Зинаида была ведьмой, и знала, чтобы свой дар передать, нужен достойный наследник. А что у дочери родиться от связи с обычным человеком, да ещё и с такой профессией? Ничего хорошего! В чём сегодня Зинаида и убедилась, более внимательно посмотрев на внучку. Ничего особенного, обычный ребёнок. Но Зинаида чувствовала – уже следует искать замену, времени не так много у неё оставалось. Значит, чтобы дочь выполнила её указание, необходимо, чтобы этого мужа у неё не стало.
Зайдя в комнату, Зинаида плотно прикрыла дверь.
Пожалуй, тот кто в этом не разбирался, принял бы эту комнату просто за библиотеку, в которой просто плотно зашторены окна, вот и всё. Стульев и стола здесь не было, только шкафы с книгами и старый трельяж, створки которого были плотно прикрыты. Как и всегда, Зинаида испытала невольный трепет при одном взгляде на это трюмо, ведь она знала, кто прячется в зеркальной ловушке, и кому нужно вскоре будет привести новую ведьму. Но для этого ей нужно, чтобы он помог разобраться с мужем Лены! Женщина почувствовала приступ злости и скрипнула зубами, подходя к трюмо.
Она почти рывком распахнула створки и увидела непроглядную тьму, которая клубилась в зеркале. Отражения комнаты в нём не было, там вообще ничего не отражалось. Зинаида почувствовала, как вновь заныло сердце – в последние годы давалось ей это всё тяжелее и тяжелее, да ещё и непокорность дочери изрядно подкашивала!
Тьма продолжала клубиться в зеркале, но на зов Зинаиды никто не спешил являться. Женщина обеспокоенно хмурилась, и дурное предчувствие сжимало ей горло. Что происходит? Почему он не является на зов? Конечно, в условиях было то, что только первый ребёнок будет считаться, но… Но ведь это неправильный ребёнок! Почему он должен учитываться? Тем более Зинаида говорила о том, что сведёт дочь с потомственным ведуном, чтобы ребёнок точно родился подходящий!
Женщина нервно вглядывалась во тьму, но та не собиралась ей отвечать. Тогда Зинаида начала просить и умолять, оправдываться и пытаться убеждать невидимого собеседника, что не её вина в том, что ребёнок вышел неудачный. Дочь просто взбрыкнула, но с этой «неудачной» семьёй ведь можно разобраться! А потом дочь выйдет замуж за нужного мужчину и всё точно получится! Зинаида продолжала говорить и бормотать, но её душу заполнял страх. Липкий, холодный и жуткий он медленно расползался по жилам и обволакивал её сердце. Зинаида понимала – она не соблюла условия договора, и теперь сущность из зеркала требовало её жизнь в уплату старого долга. Ведь если она не найдёт того, кому передать свой дар, то тогда заберут именно её.
Зинаида уже жалела о том, что вошла в комнату с зеркалом. Быть может у неё получилось бы ещё потянуть время, но злость продиктовала ей свои условия.
Ледяные пальцы без всякой жалости сжали её сердце, и женщина упала на пол, попутно пытаясь ухватиться за трельяж. Тонкие ножки не выдержали неожиданного веса и он рухнул на свою хозяйку – или пленницу? – и зеркала разбились, усеивая всё вокруг осколками.
Затухающим сознанием она увидела тёмные сгустки тумана, которые расползались в стороны.
Она пролежала неделю, не в состоянии встать, мучаясь болями – сердце продолжала сжимать ледяная рука, словно в насмешку над её положением. Телефона при себе не было. Зинаида понимала, что уходит, мучительно и долго, в наказание за свои грехи, и ничего с этим поделать не могла.
Через две недели, не дозвонившись до матери приехала Лена. От открывшейся картины ей стало дурно, но поделать уже ничего нельзя было. После всех необходимых процедур, она пока закрыла квартиру и поехала обратно. Не хотелось ей пока ничем заниматься. Не взирая на острые отношения с матерью, она её по-своему любила.
- Вот так мама. Не получилось у тебя отдать чужое. – Прошептала женщина, глядя на окна материнской квартиры, после чего села в такси и отправилась на вокзал, чтобы вернуться домой.
КОНЕЦ
