Снег активно тает, и пора обрабатывать собак от клещей. На самом деле, я уже даже припозднилась — обычно я это делаю сразу, как появляется первая проталина.
В этот раз накормила Веру и Раду фронтлайном, в следующий буду покупать инспектор квадро табс.
На фотографии, которую я сделала, чтобы показать вам готовеньких, обработанных от клещей бубликов, есть букет из ольхи. Сейчас расскажу, как я его добывала.
Летом на крыльце стоит корзинка с петуниями, осенью лежат тыквы, зимой букет из сосновых веток, а весной ольха с её шишечками и серёжками.
И вот весна пришла, я отправилась в лес за ольхой. Было это в деревне 2 марта.
Лес от дедова огорода стоит в двухстах метрах. Раньше всё вокруг было картофельными полями, но потом заросло, и получился молодой лесок. На самом его краю растёт большая ольха. Вот к ней я и направилась, сжимая в руке секатор (подарок Деда Бабушке на ДР, 2700 рублей).
От дома к лесу ведёт тропинка вдоль высокого бредняка. Когда я в десять утра шла по этой тропинке, она была ещё полностью в тени. Снег лежал синий, плотный, ровный — иди и наслаждайся. Я наслаждалась. Потом ещё час шоркалась по лесу, восторгалась растущим на снегу мхом и всякими прочими природными чудесами. Потом резала ольховый букет, и дала ещё пару кружочков по опушке. В общем, когда я вышла на тропинку, время было уже 12, солнце светило в центре неба, от тени не осталось и следа.
Я решительно сделала первый шаг на тропинку. Ох! Провалилась по бедро! Подтащила вторую ногу, поставила рядом с первой. Ох! И эта туда же. Корячилась-корячилась, кое-как встала на четвереньки, потом в полный рост. Снова шаг и снова провал. Вылезаю на поверхность, встаю, шагаю, и опять ОХ. А это очень страшно, когда под тобой проваливается «земля». Я знаю, что снег может не удержать, знаю, что сейчас нога ухнет вниз, но всё равно вздрагиваю, и адреналин затапливает всё тело. То есть вытаскивать ногу из снежного плена тяжело, а момент, когда нога туда проваливается, ещё тяжелей. Шагов пять я сделала, и все пять провалились. Не держит наст! Да и нет больше никакого наста. Под ярким горячим солнцем он растаял, снег стал рыхлый, ноздреватый, зайца может и выдержит, а человека нет.
Стою, думаю. Вот что бы надо сделать? Надо взять телефон, позвонить Деду, он придёт ко мне на лыжах, с собой принесёт вторую пару, и я спасена. Но так я ж, блин, телефон не взяла!!! Хотела в тишине слиться с природой. Слилась, ёпрст! Причём в буквальном смысле.
Дальше стою. Понимаю, что выход только один — придётся ползти. Легла на снег, и началась весёлая игра в гусеничку. Сгибаем ноги в коленях, рывок вперёд, подтягиваемся на предплечьях, не на локтях — это важно, потому что локти в мягком снегу тонут, как и ноги. Сгибаем, рывок, подтянуться. Сгибаем, рывок, подтянуться. Ползу, потею, ржу. Ну это надо же! Как меня так угораздило? Ржу ещё громче.
И ведь не просто ползу — я ещё за собой волоку ольховый букет. Ну не бросать же, да?
А ещё всё время помню, что за пазухой лежит новый секатор за 2700, и надо его не потерять.
А ещё думаю, не пошла бы Бабушка меня искать — уже в ОД ехать пора, а я пропала куда-то. Увидит, как я корчусь в судорогах на снегу, и случится с ней сердечный приступ.
Когда идёшь гулять, двести метров — это пустяк, но когда смотришь на эти метры с нулевой высоты, то совсем другая картина получается — нескончаемая.
Но я доползла! Мокрая насквозь, у куртки карман оторвала, лицо о лёд поцарапала, но букет не выпустила и секатор не потеряла.
М — мотивация.
Когда пойду за ольхой в следующем году, возьму с собой телефон, рацию, лыжи, спички, палатку и сигнальную ракету. Упаковку.
