У Джека Лондона есть рассказ о человеке, который боролся за жизнь.
Он чуть не погиб от голода. Его спасли. Но у спасшегося осталась привычка прятать сухари под подушку. Еды было довольно! И глупо сухари прятать.
Только для понимания этой дикой привычки надо было знать, что пережил человек…
И в любой тревожной ситуации многие шли в магазин за припасами. И над ними, над нами, - смеялись. Издевались. Всего довольно, зачем покупать крупу? Какая глупость!
Это привычка. Она осталась со времен, когда не знали, чем завтра кормить детей. Когда зарплату не давали месяцами. А деньги превращались в бумажки. Когда в очереди за мукой или сахаром надо было стоять несколько часов, - если продавали муку и сахар.
Это привычка выживших и переживших. И спасибо за нее тем, кто устроил нам свободные времена. Век не забудем.
Говорят: «Старшее поколение всех пугает девяностыми. А на самом деле это было время свободы! Ничего страшного не было, была свобода!».
Так конечно, много хорошего было. Кто же спорит? Была вкусная китайская тушенка, её по талонам продавали, по карточкам. Из тушенки варили суп на неделю, жирный такой, там прямо один жир был в банке - красота! И хлеб был. Иногда. Если в очереди с шести утра постоять. В Екатеринбурге с хлебом тоже было непросто. Но достать можно!
Сухое молоко было. Нам отправляли добрые страны, которые очень радовались девяностым. И много приложили усилий, чтобы они настали для великой страны.
И окурки продавали трехлитровыми банками. Чтобы люди отказались от дурной привычки.
Все было, надо только в очереди часов шесть постоять или купить в коммерческом магазине. Там продавали за сумасшедшие деньги колбасу. Хотя все равно денег-то не было; зарплату не давали по полгода. А сбережения у людей сгорели: все, что они накопили за всю жизнь… Можно все начать с чистого листа!
И появились железные двери, решетки на окнах. Люди задумались о безопасности. Раньше-то халатно относились к этому вопросу: закрыл фанерную доверил на ключ и поехал в отпуск.
А в девяностые стали осмотрительнее. И без необходимости не выходили из дома после наступления темноты. Это зря, конечно. Потому что грабили прямо днем. И убивали.
А свобода была: появились разные зелья, что хочешь, то и покупай. И погибай. Ты совершенно свободен…
И свобода слова полная, меня так и спросили на телевидении: мол, почему вы не материтесь в кадре? Сейчас обязательно надо материться. Это прогрессивно. И в рассказах у вас нет нецензурных слов и натуралистических описаний. Надо обязательно вставить! Сейчас свобода!
Но я не решилась.
И пугать девяностыми глупо, конечно. Тех, кто прожил те года сыто, рядом с кормушкой. И тех, кто тогда не жил. Потому что они не понимают, что за ложную свободу платить приходится очень дорого. Иногда - жизнью. И нет правил, нет защиты, нет безопасности. И много чего нет. Даже хлеба.
И осталась привычка делать припасы. Сухари под подушкой.
И смеяться или корить не надо, если не пережили те времена с маленькими детьми, не ставили уродливые железные двери, не варили суп на неделю из единственной банки свиного жира. Не бежали по темным улицам, придерживая шапку и сумку.
Надо помнить причину.
И помнить, как изменилась жизнь за двадцать с небольшим лет. Теперь можно смеяться над привычкой делать припасы. Такой дикой она кажется, да?
Так спасибо за то, что сухари под подушкой стали казаться дикостью. Только надо знать, откуда эта манера - делать припасы. И быть благодарным за то, что времена изменились.
Чтобы не пришлось на опыте понять, как мы жили в те веселые времена.
Анна Кирьянова