Галка закончила восьмой класс, когда её родители решились на переезд. Тётя Маруся, сестра Галкиного отца предлагала переехать в Синявку, говорила, что это то место, где можно нормально жить, а работать можно будет хоть в Ростове, хоть в Таганроге, оба города недалеко и электрички ходят регулярно.
А дядя Петя, брат, Галкиной мамы, агитировал за Матвеев-Курган, куда и решено было переехать. Так и понятно. Немалую роль сыграло то, что в Матвеево-Кургане, у дяди Пети с недавних пор жила бабушка, и Галкина мама хотела быть к ней поближе.
Выбирать для покупки дом поехала мама, взяв с собой и Галку. Был июнь 1962 года. Мама с Галкой ходили по объявлениям и присматривались. Много попадалось больших красивых домов, с ухоженными дворами и огородами. Но денег едва хватало на небольшой домишко, и они, походив один день по хорошим домам, на второй день начали смотреть дома похуже. Возможно, если бы они расширили район поиска, то смогли бы купить приличный дом. Но они хотели жить недалеко от бабушки, поэтому и искали в том районе, не далеко от Миуса. . А это почти центр и дома там были дороже.
Остановились на домике по улице Новосветлой. Большую роль сыграл сад, а в нём много деревьев, облепленных спелой вишней.
У них в Большой Крепке ничего подобного не было. Там росла лишь одна вишня, одна абрикоса и куст тёрна. Дорог был каждый клочок земли, так как надо было выращивать картофель.
А тут такое чудо! Для огорода, практически места не оставалось. Это был настоящий, хоть и не большой сад. Было два абрикосовых дерева, которые тоже вот-вот должны поспеть, было несколько слив, на которых было много пока ещё зелёных плодов. Домик, конечно, похуже сада, но вполне нормальный. Три комнаты плюс кухня. Галкина мама сразу решила: это то, что нужно. И по деньгам подходит, и до бабушки рукой подать.
Оформлять было не сложно. Галкина мама вместе с хозяином ходили в поссовет и там всё решилось за несколько минут.
Вернулись в Большую Крепкую окрылённые, и начали готовиться к переезду. Но не давал покоя оставшийся без присмотра купленный домик и фрукты в саду. Решили отправить туда пока Галку одну. Сейчас трудно представить, как её родители на это согласились? Ей пятнадцать лет. Галка позже, уже во взрослой жизни думала над этим и удивлялась. Она бы своих дочерей не отправила. Конечно, время было более спокойное. А Галка тогда, уезжая, сагитировала и свою подружку Галку Дурасову. Это была её самая близкая подруга, начиная с шестого класса. Удивительно, но и подругу тоже родители отпустили. Правда, только на две недели, так как она должна была уехать в Москву от школы на какую-то выставку.
Быстро пробежали эти две недели. Чудесно они провели время. Днём купались и загорали на пляже на реке Миус, вечером бродили по посёлку, ведь он им казался необыкновенно красивым и большим. Иногда навещали бабушку и Галкиных родственников. Никаких ЧП не произошло, никто к ним не приставал, всё было нормально, кроме одного вечера. Вернее ночи. Они уже уснули и, вдруг, услышали, что по палисаднику кто-то ходит. Испугались! Спать уже не смогли. Сидят, прижавшись друг к другу, и дрожат. В окно посмотреть не могут, так как окна закрыты ставнями, но шаги слышались отчётливо. Долго они так просидели, уже всё стихло, никакой возни не было слышно, но всё равно было страшно. И они решили, что на улице не так страшно, как в доме. Потихоньку вышли, и пошли на железнодорожный вокзал., который находился рядом. Там, на скамейке девчонки и коротали эту страшную для них ночь. Вернулись домой, когда совсем расцвело, и первое, что увидели, так это пустое место и свежая земля, на месте росшей в палисаднике одной из трёх туй. А в это время соседка бабушка Антоновна поливала и ухаживала за своей такой же туей. За своей? А была ли она у неё раньше? Этот вопрос Галка задавала себе долго, но ответа не находила. Её мама тоже точно не знала, была ли раньше у Антоновны туя.
Может и была.
А, может, и нет.
Но спрашивать её не стали. Пусть растёт.
И впоследствии это была хорошая соседка и, забегая наперёд, можно сказать, что прожили Галкина семья и семья Антоновны долгие годы очень хорошо.
Продолжение