– Ты в «Байере» не чувствовал плохого отношения к русским в связи с разными политическими событиями в мире?
– Ну, в команде вообще не чувствовал – у нас же интернационал.
– А в городе?
– Ну, в городе бывали случаи, на дороге бывали случаи, когда только все начиналось.
– Прямо эксцессы какие-то у тебя были?
– Прямо эксцессов не было, такие провокации, фразы, жесты были.
– А как они узнавали, что ты русский?
– Я же на русской машине. Я перевез свою машину.
– Ты едешь с русскими номерами, и тебе что-то там кричат?
– Ну, фак показывают. Один раз стояли в пробке, там был большой рейсовый автобус, водитель высунулся...
– Немец?
– Немец, да. С козлиной бородкой, с кольцами в носу, в ухе, какой-то неформал. И вот он руками махал, визжал. Была мысль остановиться и спросить, чего он хочет вообще.
– Если не российские номера, то, в принципе...
– Все спокойно. Ну, один раз еще было, там украинка шла. А, нет, два раза было. Заехал в аптеку, ставлю машину, выхожу – и там из двора, из подворотни: «Слава Украине!»
– Именно тебе кричат?
– Ну а кому?
– И что тебе?
– Да ничего, по барабану, пускай кричат. Я к этому спокойно отношусь. У нас было общение, дети играли с русскоговорящими, которые были из Украины, из Таджикистана, из Казахстана. Не обращал внимание на провокации подобного рода, тем более от незнакомых людей, – сказал вратарь «Карабаха».
