Найти в Дзене

Стихи продолжение.

Пощёчина общественному мнению А что мне Пушкин? Пушкин мне по пояс. Он рифмы знал и больше ничего. А я могу растить пшеничный колос, И убирать созревшее зерно. А что вам Пушкин? Пушкин вам утеха. Он стих писал легко и ради смеха. А моя жизнь-не бал и не потеха. И мне работать в поте суждено. А что же Пушкин? Он жил без горя и печали. Строгал детей и лез в долги. А меня палубы качали, Черняшку грыз, не пироги. А что же Пушкин? Он пил шампань с заката до рассвета. А я пахал, не видя бела света. Валялся он подолгу, нежился в постели, А мне масла и грязь ладони все изъели. А что же Пушкин? Был корнет, и его знал весь высший свет. Его воспитывали нянька, да дядька с бородой. Меня ж, жалела одна мамка. Остальные били все чугунной сковородой. Барчук он был старинного же рода, А я же вышел из низов народа. Его б, в мои оглобли запрясти, Тогда бы посмотрели, что могло произрасти. Куда ему до матроса Витьки? Он слушал вальс, да щупал титьки. А мне судьбою лишь дано, Точить металл, тесать бревно.

Пощёчина общественному мнению

А что мне Пушкин?

Пушкин мне по пояс.

Он рифмы знал и больше ничего.

А я могу растить пшеничный колос,

И убирать созревшее зерно.

А что вам Пушкин?

Пушкин вам утеха.

Он стих писал легко и ради смеха.

А моя жизнь-не бал и не потеха.

И мне работать в поте суждено.

А что же Пушкин?

Он жил без горя и печали.

Строгал детей и лез в долги.

А меня палубы качали,

Черняшку грыз, не пироги.

А что же Пушкин?

Он пил шампань с заката до рассвета.

А я пахал, не видя бела света.

Валялся он подолгу, нежился в постели,

А мне масла и грязь ладони все изъели.

А что же Пушкин?

Был корнет, и его знал весь высший свет.

Его воспитывали нянька, да дядька с бородой.

Меня ж, жалела одна мамка.

Остальные били все чугунной сковородой.

Барчук он был старинного же рода,

А я же вышел из низов народа.

Его б, в мои оглобли запрясти,

Тогда бы посмотрели, что могло произрасти.

Куда ему до матроса Витьки?

Он слушал вальс, да щупал титьки.

А мне судьбою лишь дано,

Точить металл, тесать бревно.

Ну что ж, пройдут года,

История покажет;

Важней чьи письмена,

И узел сей развяжет.

05.10.97. В. Матрос

ИСТИНА

Я памятник себе поставлю сам-

Не из гранита, бронзы, а- бумаги.

Пусть шелестят страницы по устам,

И придают побольше вам отваги.

Пусть будут книги. Мысли в них мои,

Витают и влетают ваши души.

А ты, потом живущий на земле,

Прочти их и меня послушай;

Я сорок лет все мучился, страдал,

Искал я в жизни к истине дорогу,

Петлял и оступался, падал и вставал,

Но двигался упорно, понемногу.

И вот нашёл я истину свою,

И вам её потомки отдаю.

Она одна для всех на белом свете,

Она в литературе и поэте.

В той рукописи, старой, черновой,

Но при прочтеньи очень громовой.

В ней правда жизни в глубине лежит,

А истина заследушком бежит.

Прочти и вникни. Обмозгуй-

И будет тебе крепкий "поцелуй".

А смысл жизни в ней самой лежит,

Он также как и вода бежит.

198?год. В. Матрос

Ну и ещё одно. ГОСТЬ

Гаснет, гаснет, свеча у камина,

Фитилёк её еле горит,

На лице его кислая мина,

О душе моей гость говорит.

Он в пальто, и пальто нараспашку,

Трость в руке, в висках-седина.

Позабыл даже скинуть фуражку,

Дряблый, старый, седой старина.

Не спеша он беседу заводит,

Поучает как жить и страдать,

И перстами по воздуху водит;

"Ждёт тебя в небесах благодать!

Ты мужайся. мужик. Не стесняйся.

Будь упрямым. При напролом.

Лишь судьбине своей доверяйся,

Остальное будет потом".

Гость замолк. За его плечами.

Тень росла. Суровел старик.

Надоел мне своими речами,

И ему ответил я вмиг.

"Не хочу я летать в поднебесье.

А хочу на земле сладко жить.

Быть удачливым, быть и беспечным,

А потом о душе говорить".

И скривил гость в усмешку;

"Ну ты парень, дрянь! Как и все!

Никогда не люби больно спешку.

Ведь живёте вы все, как во сне. ...."

Ночь глуха, и темна. Словно омут!

Я один. Сам себе господин.

Прилетал ко мне дух с того света,

И стихами со мной говорил.

25.10.98. В.Матрос

Душа какого поэта посещала меня? Жду вашего ответа.