В 1941 году мне исполнилось восемь лет. Дети моего поколения всегда играли в войну и пели: «Если завтра война, если завтра в поход, будь сегодня к походу готов».
К «походу» готовились все. Отцы работали на Ижорском заводе и делали броню для будущей победы. Мамы ходили на курсы санинструкторов, и нам, детям, не возбранялось ходить вместе с ними. Мы смотрели, как наши мамы в противогазах и с сумками, на которые нашит красный крест, ходят строем, а потом перевязывают друг друга и тащат на носилках. Но очень скоро война началась взаправду и стала частью нашего быта.
Июнь 1941 года был в Ленинграде погожим и жарким. По выходным дням заводской комитет профсоюза устраивал для семей заводчан выезды за город. Вот и на воскресенье 22 июня была назначена поездка на катере до Ям-Ижоры. Загорали, купались, играли, потом мама пригласила нас «к столу», разложив на большой салфетке припасенную снедь.
Очень не хотелось идти обратно на катер, но всю обратную дорогу мы пели песни и в таком хорошем настроении выгрузились на причал.
Было странно, что у всех, кто нам встречался, были озабоченные неулыбчивые лица.
Слышу обрывки фраз: «Война… Немцы… Выступал Молотов… Бомбили Киев…» Тётя Юля говорит решительно: «Какие немцы? Не может быть. У нас с ними договор о ненападении. Наверное, это недоразумение. Пошли скорее домой, сейчас по приемнику всё услышим сами».
У нас был ламповый радиоприемник СИ-1, самый лучший в то время. Вот по нему-то мы и узнали, что все тревожные новости — правда. Паники в моей семье ни у кого не было, но оставалось недоумение: как это на нас напали без объявления войны? А радио сообщало каждый день о новых и новых потерях и поражениях.
В первые дни войны я услышала, что Гитлер зарвался. Ведь наши танки лучшие в мире и по броне, и по проходимости, и по вооружению. Кроме того, их у нас гораздо больше. «Война закончится через 2-3 недели. Ленинград и Москву даже не успеют начать бомбить, потому что самолёты у нас тоже замечательные», — так говорили всю первую неделю.
В начале июля профсоюзный комитет, наверное, всё же опасаясь начала бомбардировок, принял решение вывезти детей работников завода в деревню. Разместили нас по домам у колхозников. А недели через две где-то близко стали слышны взрывы. Ночью полыхало зарево. Взрослые говорили, что в нескольких километрах от деревни — военный аэродром, который бомбят немцы.
За детьми стали приезжать родители и увозить их домой. Начали уходить колхозники, уводя с собой скотину. 14 июля, когда уже массой побежали со своим скарбом жители деревни, крича: «Немцы близко! Аэродром захватили!», вдруг появился синий милицейский мотоцикл с коляской, а в ней — мама. Схватила меня, даже вещи, по-моему, не собрала и увезла.
Это был мамин день рождения, ей исполнилось 36 лет. И чуть ли не на следующий день немцы заняли эту деревню.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ!
#великаяотечественнаявойна
#вов
#страшныеистории