Положительная динамика отмечается лишь в сегментах производства грузовиков и запчастей
Число зарегистрированных в РФ компаний с иностранным участием за три года сократилось на 34% – с 29,22 тыс. в марте 2021 года до 19,28 тыс. в марте 2024-го, пишет «Коммерсантъ» со ссылкой на данные проекта «Контур.Фокус».
История вопроса:
Общее число юрлиц за указанный период снизилось на 5,32%, до 3,19 млн. В итоге доля юрлиц с иностранным участием за три года сократилась с 0,87% до 0,6%. Активность регистраций компаний с иностранным участием сокращалась все три года: в 2021 году – 839 компаний, в 2022-м – 396, в 2023-м – 339.
Наиболее крупное сокращение (минус 4 224 компании с марта 2021-го по март 2022-го) вызвано в первую очередь редомициляцией контролируемых иностранных компаний из офшоров. С марта 2022-го по март 2023-го из реестра исчезло 3 039 компаний с иностранным участием, за последний год цифра уменьшилась еще на 2 673 юрлица.
По 10 отраслям с наибольшим числом иностранных компаний доля «иностранцев» росла в производстве лекарств (с 5,2% до 5,7%), грузовиков (с 6,2% до 6,3%), запчастей (с 5,4% до 5,6%) и отделочных материалов (с 4% до 5,1%).
По данным Йельского университета, который отслеживает сообщения об уходе с российского рынка, из 1 028 покинувших его компаний большая часть – американские (32% от общего числа), британские (10,6%), немецкие (7,8%), финские (4,8%) и японские (4,7%).
– Число будет лучше коррелировать с данными из реестров, если учесть, что у каждой из компаний могло быть в РФ несколько юрлиц. Как правило, отдельно регистрировались торговая, производственная и сервисная фирма, – поясняет глава компании «Сапожников и партнеры» Алексей Сапожников.
По его оценке, уходили в первую очередь небольшие компании, в том числе работающие на аутсорсинге: им было легко «сняться» с рынка. Для крупных компаний, владеющих активами, процесс оказался значительно труднее. Продолжить работу смогли те, кто переориентировал свои цепочки поставок.
– 50% не делали ровным счетом ничего, 30% продались, но из них порядка 10% продавалось с правом обратного выкупа – они косвенно остаются под контролем, совсем ушли около 20%, – прикидывает собеседник «Ъ», работающий с западными компаниями.
Некоторые компании наладили цепочки поставок из Китая, Индии и третьих стран (Казахстан, Турция), но у них остается проблема выплаты дивидендов: прибыль либо копится, либо реинвестируется в производство, замечает управляющий партнер BBNP Максим Барашев. Отрасль также важна – фармкомпании (санкциями не затронутые) в основном остались работать в РФ, но переструктурировали ассортимент продукции, замечает партнер департамента налогов и права ДРТ Юлия Орлова.
Компании прибегали к изменению акционерной структуры бизнеса за счет передачи долей, которые принадлежали иностранцам, российским бенефициарам, в результате чего компания фактически оставалась на российском рынке, но без иностранного участия, добавляет юрист практики разрешения споров K&P.Group Нариман Гусейнов. У российских компаний, структурированных через иностранные холдинги, после начала СВО усилилась мотивация перерегистрировать бизнес, чтобы не рисковать потерей управляемости – например, из-за невозможности провести собрание акционеров.
Впрочем, сохранение компаний в российских реестрах не означает активной экономической деятельности – требование о получении одобрения «выхода» правкомиссией по иноинвестициям оказалось «эффективным механизмом сокращения оттока компаний, компании останавливает и требование дисконта в 50% от рынка», замечают собеседники «Ъ». Многие компании заявили об уходе, но заморозили его.
Напомним, действующее законодательство допускает возбуждение российским судом процедуры банкротства с участием иностранного лица как на стороне кредитора, так и на стороне должника, при условии что бизнес должника тесно связан с территорией РФ. LR