— Ну, что, не умер еще? Ну, слава Богу!
От таких звонков Раису знатно потряхивало. Ее сын Борис уже третий день лежал в реанимации. Врачи не давали никаких гарантий, и женщина уже не знала, кому молиться. А ведь все начиналось так хорошо.
Ребенок напросился в гости в деревню. Тетя обещала рыбалку, ночевку на сеновале и полное мальчишеское раздолье. Ребенок купился.
***
Встретили Бориса в деревне хорошо, приветливо. Двоюродная бабушка Анфиса напекла блинов. Их дом поразил городского мальчишку. Да, у них было отопление и даже водопровод, но в кухне стояла большая русская печь с полатями.
— Хочешь переночевать? — подмигнул ему двоюродный дед Дмитрий и с легкостью закинул мальца наверх. Борис был в восторге!
На следующий день Анфиса договорилась с соседской ребятней, чтобы его сводили на речку.
— Вы поаккуратнее там! — крикнула она им вдогонку. — Боря местных омутов не знает, чтобы глаз с него не спускали!
Ребята попались ответственные, не дразнили, все рассказывали и показывали, а сами спрашивали про городскую жизнь. Каждый из них хотел покинуть спокойную деревню и окунуться в «настоящую жизнь».
— У вас тут лучше! — вздыхал Борис. — В городе дальше одного квартала мне мать не разрешает гулять. Говорит, опасно. А у вас тут и лес, и речка…
— Зато у вас столько развлечений — закатил глаза старший Витька. — В кино можно сходить, в кафе. У нас в ДК только старые фильмы присылают. Мы их на белой простыне смотрим. Никакого 3D.
— Только если в складках, — засмеялась Маша. Девчушкой она была симпатичной и смышленой, Борис немного робел перед ней.
Речка была прохладной, но терпимой. Ребята показали тарзанку. Научили прыгать в воду щучкой и спиной назад. Когда совсем замерзли, играли на берегу в салочки. К вечеру у Бориса начало сильно бурчать в животе. Да и ребята хотели подкрепиться.
— Смотри, Борька! Это дикий виноград, он съедобный. Давайте соберем! — Егоза Маша первая ринулась к лиане с гроздьями мелкого, но винограда.
Радостный Борис срывал ягоды и наперегонки ел с ребятами, пока его не начало тошнить.
— Что-то мне плохо,— прошептал мальчик, хватаясь за живот.
***
— Раиса, ты только не пугайся. Но ребята перепутали дикий виноград с луносемянником. Точнее, Борис перепутал. Дикий виноград оплел луносемянник, сразу и незаметно, — запинаясь, проговорила тетя в трубку.
— Как? Что? — Раиса не сразу поняла, что происходит.
— Рая. Он… он в больнице. В коме.
— Мужики выдрали все подчистую и сожгли. Мой воспитательную беседу с ребятами провел. Но они молодцы, не бросили. Только скорая долго ехала… Сама понимаешь, в наши края доехать сложно.
— Еду,— хриплым голосом сказала женщина, собираясь в путь.
***
Вот уже три дня Раиса не могла спать. Ей казалось, что ее жизнь остановилась. Что все, что было хорошего в жизни, осталось там, за дверью палаты. Без Борьки у нее ничего не осталось. Она молилась. Молилась и тетя. Деревенские ребята спрашивали о Борьке, но она не могла им ничего ответить. Физически не могла, хоть и понимала, они не виноваты. Но они ведь здоровы. Так почему именно ее Борька?
Третий день напряженного ожидания. Раиса не помнила, когда ела или спала, поэтому, когда услышала тихое «мама», не могла поверить своим ушам.
— Мама! Пить, мама,— не открывая глаз, прошептал ее сын.
— Конечно, сыночек,— забеспокоилась Раиса, не зная, что первым делом делать: рыдать, позвать врача, дать воды или затискать сынка…
— Ну, боец. Напугал ты нас. — Врач пришел сам. Осмотрел больного и разрешил напоить, но немного.
— Мам,— жалобно сказал Борька, когда все страсти улеглись. — Я не успел на сеновале переночевать, а ещё ребята обещали на рыбалку сводить и гусей показать.
— Переночуем, сынок. — Еле сдерживая слезы, Раиса гладила парнишку по голове. — Вместе и переночуем. Я больше тебя никуда не отпущу.
Любое копирование, без согласования автора, строго запрещено.