ПРОДОЛЖЕНИЕ...
У хищника есть энергия, которую он может отдать; добыча способна получать энергию. Шансы на то, что две особи окажутся в одном и том же месте на месте слияния хищник-жертва, невелики, но они могут быть относительно близки. В таких случаях мы наблюдаем тепло или трение между двумя сторонами как предвестник их последующей дифференциации.
Многие владельцы и все дрессировщики знакомы с термином «агрессивный на поводке», означающим, что, находясь без поводка, определенная собака отлично играет с другими собаками, но когда она находится на поводке, она бросается , щелкает зубами и вступает в серьезные драки. Происходит следующее: когда такая собака видит другую собаку, которую удерживают на поводке, эмоциональная энергия не сбалансирована; входных данных (сенсорной стимуляции) больше, чем преобразуется в выходные данные (способность преобразовать эти входные данные в действие или бег).
Таким образом, собака вновь переживает болезненные воспоминания из-за интенсивности, которую она испытывает, когда ее удерживают. Если бы она могла свободно бегать, кишечник успокаивался бы ритмичными движениями тела при беге. Тогда выходной сигнал будет равен входному, и тогда собака сможет почувствовать, что происходит в ее кишечнике, и это будет приятно.
И это дало бы другой собаке должное за то, что она активировала, а затем разрешила эту старую энергию.
В другом контексте, когда собака сидит за печеньем, она становится эмоционально «ионизированной», чтобы отличаться от того, кто держит печенье, и в то же время дополнять его. Сидя, она чувствует, как её физический центр тяжести перемещается вниз, к заднице, поскольку в этот момент она находится на нисходящем цикле эмоциональных качелей. Она становится южным полюсом, а тот, кто держит печенье, — северным полюсом магнита, который они теперь составляют; их обоих объединяет влечение к общему объекту — еде, которая является эмоциональной опорой их качелей, их единого эмоционального тела.
Ни один другой вид животных не способен совершить этот подвиг с таким оживлением и без подсказок, но мы воспринимаем эту эмоциональную алхимию как нечто само собой разумеющееся и не видим волшебства.
Хотя Дарвин не признавал этого как такового, он наблюдал и сформулировал этот феномен энергетических полюсов, создающих симметрию черт и поведения, в том, что он назвал «принципом антитезы» в «Выражении эмоций у человека и животных».
В примере, который он предлагает и даже иллюстрирует (в главе 2 «Общие принципы выражения — продолжение»), собака приближается к тому, кого она воспринимает как незнакомца, в напряженной оборонительной позе, готовясь к нападению. Но затем, когда собака обнаруживает, что незнакомец — ее хозяин, она переходит к проявлению ласкового поведения, характеризующегося совершенно противоположными двигательными рефлексами и реакциями.
Дарвин пишет: «Насколько я понимаю, они объяснимы исключительно тем, что находятся в полной оппозиции или противоположности положению и движениям, которые по понятным причинам принимаются, когда собака намеревается драться».
То, что Дарвин изображает на своих рисунках, я признаю принципом дополнительных черт: в одном контексте, встречая незнакомца, собака излучает энергию (черта хищника), а затем в следующем случае, когда человек оказывается хозяином, собака меняет полярность и поглощает энергию (хищническая черта). Таким образом, принцип антитезы Дарвина гласит, что, когда один класс действий развился для служения организму, равные/противоположные мышечные модели и модели поведения возникнут в другом контексте, даже если они никогда не развивались для выполнения какой-либо степени служения. организму. Кажется, они появляются из ниоткуда.
Дарвин считал, что его собака демонстрирует несущественный артефакт эмоционального выражения; он, конечно, не подозревал, что это фундаментальный принцип, согласно которому природа создает информацию.
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗАВТРА