Вначале немного из истории самого здания. Дом профессуры (сейчас ул. Дзержинского, 5) был построен в 1935 году недалеко от Сталинградского тракторного завода.
Изначально дом строился для профессорско-преподавательского состава расположенного поблизости Механического института (здание также сохранилось). Дом по тем временам был роскошным, с центральным отоплением, водоснабжением, квартиры здесь имели по два входа — парадный и чёрный.
После войны здание было восстановлено и до сих пор выполняет функции жилого дома.
А теперь непосредственно к боевым действиям.
14 октября 1942 года 6-я армия вермахта начала третий штурм Сталинграда.
В 08:30 по московскому времени немецкий LI армейский корпус перешёл в наступление — удар подразделений 14 тд и 305 пд, так называемой группы Йенеке (генерал-лейтенанта Эрвина Йенеке) обрушился на позиции обескровленных полков 37-й гв.сд Жолудева, и приданные ей части: 117-го гв.сп 39-й гв.сд и 524-го сп 112-й сд. Сообщения передавали по радио открытым текстом, но радиостанции часто выходили из строя — от близких разрывов авиабомб. Первое донесение дивизии Жолудева в 10:30 содержало несколько коротких радиосообщений:
- «109-й гв.сп отбивает атаку 8 танков и до двух рот пехоты противника;
- 114-й гв.сп отбивает атаку до двух рот пехоты и 8 танков;
- 118-й гв.сп ведёт бой с 12 танками и более чем двумя ротами пехоты противника;
- 117-й гв.сп ведёт бой с 6 танками, положение 3-го батальона 117-го гв.сп неизвестно…»
Бой шёл у командных пунктов батальонов и рот 109-го и 114-го гв.сп, командиры которых сами ложились за пулемёты и брались за противотанковые ружья.
В 12:10 штаб 62-й армии получил от комдива Жолудева ещё одно сообщение:
- "Противник силами свыше двух полков, поддержанных более 60 танками, при мощной поддержке с воздуха прорвал оборону дивизии…
- 109-й гв.сп смят танками и автоматчиками противника, на стадион ("Трактор") прорвалось 25 танков и до двухсот автоматчиков…
- 524-й сп 112-й сд отошёл с занимаемого рубежа, вследствие чего КП 109-го гв. сп оказался в окружении и ведёт бой, около КП уничтожено два танка…"
Командный пункт - штаб 109 гв сп 37 гв сд которым командовал подполковник Ф.С. Омельченко располагался в массивном пятиэтажном здании, известном как «дом профессуры». В здании также размещались командные пункты сводного батальона 149-й осбр, политотдел 112-й сд, а в подвале — медицинский приёмный пункт. Из книги «На огненных рубежах» военного комиссара 109-го гв.сп Н.И. Волостнов его батальон был окружон южнее:
"Что произошло на КП полка, мы узнали гораздо позже от самих участников героической обороны.
Дом профессуры представлял собой крепкое кирпичное здание, сильно поврежденное снарядами и бомбами. Окна и дверные проемы во всех этажах были выбиты, обвалилась и обгорела крыша, но подвальное помещение и первый этаж использовались офицерами штаба для работы и отдыха. Рядом с домом были устроены окопы, служившие укрытием личному составу и позицией круговой обороны. Впереди КП, среди развалин, стояла 120-миллиметровая минометная батарея и был резерв командира — автоматчики и рота противотанковых ружей...
... К 12 часам немецкие танки и пехота в ста метрах от КП. Командир полка приказал своему заместителю Губину и начальнику штаба организовать оборону вокруг КП.
Губин собрал остатки роты автоматчиков и сумел на некоторое время задержать пехоту, что дало возможность укрепить оборону самого командного пункта.
Начальник штаба Килимник поднял всех кого мог. Подвал и первый этаж дома были превращены в крепость. Группу бойцов во главе с лейтенантом Бирюковым, отошедшую к КП, пополнили писарями, связистами и, вооружив противотанковыми ружьями, расставили в оконных проемах этажа. В первые же минуты боя было подбито три вражеских танка, два из которых уничтожил сам Бирюков (два танка упоминается и в наградном листе), а третий — гвардеец Иван Миронов. Это сразу подняло дух воинов. Офицеры, связисты, посыльные, оказавшиеся здесь бойцы других частей, даже легкораненые — все сражались, не помышляя об отступлении. Омельченко, не отходя от рации, отдавал распоряжения, руководил обороной. Грохот пальбы потрясал здание, рушились перегородки, стоял дым.
... Тем временем полк был разрезан, но продолжал сражаться...
Гитлеровцы, введя в бой свежие эшелоны, захватили поселок СТЗ. Бой шел уже на Тракторном заводе. Там находились лишь бойцы рабочего отряда, тыловые подразделения и группы бойцов из разных частей. Не было связи с соседними 114-м гвардейским и 524-м стрелковыми полками и северной группой.
Омельченко понял, что положение всех усложняется и надо быть готовым ко всему.
А кольцо врагов вокруг КП все сжималось. О помощи не приходилось и думать. Омельченко запросил у Жолудева разрешение на смену КП и такое разрешение получил. Однако сменить его оказалось уже невозможно...
Гитлеровцы окружили КП сравнительно небольшими силами. До двухсот автоматчиков с двенадцатью танками полукольцом охватили его с трех сторон. Получив сильный отпор вначале и потеряв несколько танков, они остановились, залегли и начали обстреливать здание из орудий и пулеметов. В верхних этажах сразу же возник пожар. Снаряды крошили кирпичную кладку, увеличивая число раненых среди защитников командного пункта. Убиты были оборонявшиеся на улице командир транспортной роты гвардии лейтенант Русских и командовавший автоматчиками гвардии лейтенант Егоров, ранен руководивший группой замкомполка Губин, вышли из строя несколько бойцов.
Фашисты почувствовали, что силы обороны ослабли, и перешли в атаку с западной стороны дома. В проломы и по лестницам они ворвались на этажи.
Килимник организовал несколько групп для очистки здания. Ему помогали офицеры Бабаев, Ефанов и гвардии сержант Александров. Особенно отличился здесь переводчик полка гвардии лейтенант Н. А. Сидоров. Он принял командование комендантским взводом и первым начал бой внутри здания. Часть фашистских автоматчиков была отсечена и задержана остатками группы Губина, который, будучи раненным, продолжал сражаться на улице. Гвардейцы действовали гранатами и огнем в упор. Сначала они выбили гитлеровцев из одной комнаты, потом из другой и так, тесня и уничтожая, обратили остальных в бегство.
- Из представления гвардии капитана Килимника к ордену Красного Знамени: «Будучи в окружении, со штабом полка героически отражал атаки фашистских солдат, своим личным оружием уничтожил 15 немецких автоматчиков и вывел штаб из окружения».
Вот что рассказывали в письмах к Волостному, оставшиеся в живых участники обороны Дома профессуры. Свидетельствует М. М. Хасин:
"Все, кто был на КП полка, сражались с большим мужеством. Каждый оконный проем был превращен в огневую позицию, за которую отвечали определенные лица. Немцы несколько раз атаковали, но отбрасывались с большими потерями бойцами, которыми командовал офицер Бирюков. Гвардейцы поражали танки из противотанковых ружей (других средств не было). Очищение захваченной части здания велось штурмовыми группами под руководством начальника штаба Килимника..."
Другой свидетель, бывший комбат 149-й стрелковой бригады А. И. Лисицинский, сообщил:
«Наш четвертый батальон, сформированный из остатков первого, разведроты, тылов и спецподразделений бригады В. А. Болвинова, занимал в нижнем поселке СТЗ несколько опорных пунктов (цирк, больница и др.). Штаб бригады располагался в Доме пионеров, а КП нашего батальона — в том же здании, где и штаб 109-го гвардейского полка, только в правом его крыле. Сам я и военком Кузнецов поддерживали с командованием этого полка связь. Фашисты окружили КП 109-го гвардейского полка. Мы перешли к обороне. Первая атака гитлеровцев с ходу была отбита. Мы отбили еще несколько ожесточенных атак. Но тут случилось непредвиденное: фашистский снаряд разорвался и поджег ящик бутылок с горючей смесью. Начался пожар и удушье. Пришлось срочно выносить раненых и отходить к зданию городской бани, в сквер около нее, к институту. Об этом я предупредил Ф. С. Омельченко. Положение КП 109-го в доме осложнилось...»
Много лет спустя удалось получить свидетельство фельдшера Ш. А. Соболевой:
«В ночь на 14 октября 1942 года военврач Саша Воронцов и фельдшер Змиевский вывели из обороны полка большую группу раненых для эвакуации, а меня направили в Дом профессуры за очередной партией. Там у нас был приемный пункт, и там же оказывали первую помощь. Мы были в подвале, когда к дому подошли фашистские танки и начали стрелять. В обороне участвовали все: офицеры и хозяйственники, связисты и бойцы, легко раненные. До вечера находились под шквалом вражеского огня. Немцы заняли часть этажа, но их выбивали гранатами. В некоторых комнатах пол был устлан мертвыми телами. Потом получили приказ к эвакуации. Надо было вывести раненых, особенно нетранспортабельных. Всех их перенесли из подвала наверх, к выходу, и разделили среди бойцов. Было подготовлено таких три группы. Я несла на себе бойца, фамилию его не помню, и шла с первой группой, так как знала немецкий язык и в случае чего могла отвлечь внимание вражеских постов. Выходили под охраной бойцов. Одна из групп попала под артиллерийский обстрел, и многие из наших погибли. Другие две группы — и офицеры, и боеспособные бойцы — вышли...»
- Из представления гвардии военврача А.В. Воронцова к ордену Красной Звезды: «В боях за Сталинград тов. Воронцов на передовом пункте ППМ в доме профессуры оказал врачебную помощь 235 раненым и руководил эвакуацией их к переправе СТЗ».
Бой вокруг КП продолжался уже более десяти часов. Вражеские трупы валялись вокруг, ослабели силы защитников, но овладеть командным пунктом фашистам не удалось.
В 23.00 гитлеровцы были выбиты из всех помещений здания. В воздухе снова появились большие группы наших ночных бомбардировщиков и, осветив район КП, начали с небольшой высоты бомбить расположение противника. Омельченко не замедлил этим воспользоваться. План прорыва у него уже созрел, а путь был разведан. Бойцы Бирюкова должны остаться на месте и усилить огонь. Вперед двинется начальник штаба, за ним раненые, Знамя и группа Гуренко.
Как сохранить Знамя? Эту задачу взялся решить помощник начальника штаба Толкачев. В помощь ему для охраны Знамени была подобрана специальная группа хорошо вооруженных бойцов комендантского взвода. Гвардейцы с оружием наготове окружили его.
Возглавляемая гвардии подполковником Омельченко и военкомом Звягиным группа двинулась вперед. За ней потянулись раненые. Вынесли Знамя...
Кругом пожары. Но гитлеровцев поблизости нет. Только артиллерия противника продолжала короткими налетами обстреливать весь район. Колонна гвардейцев медленно продвигалась через развалины.
Немного спустя гитлеровцы, обнаружив, что блокированный ими КП покинут защитниками, пустились в преследование. В тылу колонны вспыхнула перестрелка. В темноте трудно было разобраться кто где: первая группа продолжала двигаться вперед, другие залегли, а прикрывавшие отход открыли огонь. Здесь погибли старший штабной группы командир роты связи Шевченко, писарь штаба Козел, ранены политрук Кавернин, взводный Клименков. Колонна разорвалась и выходила уже раздельно. Группа Омельченко вышла к Мечетке у СТЗ и попала на КП 124-й стрелковой бригады полковника С. Ф. Горохова. Через его радиостанцию Омельченко связался с Жолудевым. В дивизии их считали погибшими, да и не знали положение в батальонах этого полка".
Вот такая история одного из сохранившихся домов Сталинграда.
К выше сказанному можно ещё добавить несколько наградных листов участников тех событий:
Источники:
1. Статья с сайта Царицын.рф:
2. Статья Егора Кобякова:
3. "На огневых рубежах" / Волостнов Н. И., 1983 г.
4. Сайт "память народа"
5. Сайт "Сталинград 1942-1943" :
6. Группа в контакте "Сталинград 1942-1943" :